пока перейдем к обсуждению конкретики. Я прошу вас приготовить и передать мне список всех крупных должников вашего предприятия, которые по тем или иным причинам давно уже не расплачиваются с вами. Я думаю, что инвестиции – это хорошо, но и долги надо возвращать.
– Да, конечно, – согласился Лепешев, – только мне хотелось, чтобы это обошлось – как бы это сказать? – без лишней жесткости. Мне не хотелось бы, чтобы последствия были неприятными для нас.
– Не волнуйтесь, – сказал Потапов, – излишней жесткости не будет. Что касается последствий, то пусть вас это не волнует. Это будет моей проблемой.
Потапов посмотрел на рыжего мужчину и произнес:
– Надеюсь, что ваш заместитель господин Толкачев сумеет подготовить списки к завтрашнему дню и передать их директору охранного агентства «Легион» Дегтяреву.
Потапов кивнул на Ивана.
– Боюсь, что к завтрашнему дню это будет сделать очень затруднительно, – начал отнекиваться Толкачев, но Лепешев прервал его разглагольствования и заявил:
– Как тебе сказали, так и сделай, тем более что эти документы уже все готовы. Мы собирались подавать на своих должников в арбитраж.
Толкачев послушно кивнул головой:
– Хорошо, завтра днем я вам позвоню.
Последняя фраза была адресована Ивану. Иван в ответ протянул Толкачеву визитную карточку, которую тот, внимательно изучив, засунул в папку, лежащую перед ним.
– И последний вопрос, Павел Николаевич, – сказал Потапов. – В ближайшее время наше с вами соглашение не должно нигде афишироваться. Чем дольше наши противники не узнают об этом, тем лучше для дела, поэтому, кроме присутствующих здесь пятерых людей, об этом никто не должен знать.
– Я согласен с вами, – ответил Лепешев.
– Ну что ж, в таком случае позвольте откланяться.
– Секундочку, секундочку, – вдруг неожиданно оживился Толкачев, – так просто уходить нельзя. Событие важное, и я предлагаю его обмыть. На этот случай у меня есть хороший армянский коньяк. Подождите меня здесь минуту, я сделаю распоряжение.
Лепешев поддержал идею:
– Да, да, Сергей Владимирович, я не очень суеверный, но обмыть стоит. Мы здесь фуршет организовали под это дело.
Потапов улыбнулся и, поглядев на своих спутников, согласился:
– Ну кто ж откажется от хорошего армянского коньяка! Тем более что вы правы: сделка крупная.
Толкачев с папкой под мышкой быстро вышел из кабинета и вернулся в него минут через пять. Секретарша катила перед собой передвижной столик, на котором стояла бутылка коньяка, пустые рюмки и две тарелки с закусками – бутербродами с осетриной и телятиной.
Лепешев сам, как радушный хозяин, разлил коньяк по рюмкам и произнес витиеватый тост за процветание и удачу. Все дружно выпили коньяк, который, по общему мнению, действительно оказался очень хорошим, после чего Потапов и его коллеги распрощались и покинули кабинет Лепешева.
Едва за ними закрылась дверь, как Лепешев налил себе еще одну рюмку и, опрокинув разом, словно в ней была водка, а не коньяк, спросил у Толкачева:
– Где договоры?
– У меня в папке, – произнес тот, дожевывая бутерброд с осетриной.
– Давай их сюда, – приказал Лепешев.
Толкачев засунул большой кусок бутерброда в рот, раздув себе щеки, как надувные шары. Открыл папку и вынул листы бумаги. Лепешев еще раз проглядел их и, подойдя к своему сейфу, спрятал в него договоры.
– И вот еще что, – сказал он, – предупреждение Потапова о неразглашении информации – не пустые слова. Помни об этом. Эту сделку надо держать в тайне как можно дольше.
Толкачев с набитым ртом, пережевывая бутерброд, молча кивал головой.
– Да прекрати ты жрать, как будто тебя дома не кормят, – раздраженно проговорил Лепешев, глядя на своего зама.
– Павел Николаевич, побойтесь бога, уже четыре месяца зарплаты толком не было. Хоть на фуршете нажраться за счет фирмы.
– Ладно, не скули, если наши дела с Потаповым пойдут, будут у нас и деньги, и фирму сохраним.
Лепешев подошел к окну и посмотрел, как от офиса его конторы отъезжают две иномарки, на которых приехали Потапов и его коллеги.
* * *
За отъездом Потапова из офиса Лепешева следил и Валет, сидевший недалеко в белых «Жигулях». Впрочем, он находился у здания почти с самого утра, когда Лепешев приехал на работу.
Он следил за директором карьера по поручению Полковника уже несколько дней, но ничего нового за эти дни не произошло. Лепешев был однообразен в своем режиме дня: утром часов в девять он приезжал на работу и около семи покидал свой офис, отправляясь домой.
Вот и сегодня в пятнадцать минут восьмого Лепешев вышел из двухэтажного особняка карьероуправления и, усевшись в служебную «Волгу», отправился домой. Проследив за ним, Валет тронул машину с места.
Был уже девятый час, когда Валет вошел в кабинет Полковника. Тот сидел за столом и читал бумаги, лежащие перед ним в раскрытой папке. Едва Валет вошел, как Полковник тут же закрыл папку. Валет успел разглядеть, что бумаги являются ксерокопиями.
Поздоровавшись, Полковник пригласил его сесть в кресло. Отодвинул папку, подвинул к себе чашку кофе, стоявшую чуть в стороне.
– Слушаю тебя внимательно, – сказал Полковник и отпил глоток кофе.
– Лепешев и Потапов встречались сегодня днем в офисе Лепешева. Вместе с Потаповым прибыло еще двое людей. Один из них, судя по всему, его секьюрити, здоровенный детина, лет под сорок. Я его видел еще в баре «Монарх». Второй приехал на «мерсе», с охраной, невысокий такой, белобрысый. Его я видел в первый раз.
– Это Юрий Ламберт, его банкир, председатель правления Дисконт-банка, в котором Потапов является президентом. У них сегодня была важная встреча. Они подписали договора о сотрудничестве. Потапову отходит сорок процентов акций карьера. Цена этой сделки – сумма всех долгов предприятия плюс некоторые инвестиции.
– Откуда у вас такая информация? – спросил Валет.
– Не важно, – ответил Полковник, – ты не единственный мой источник.
– Вы хотите сказать, что мы проиграли? Если договор подписан?
– Нет, отчего же, – ответил Полковник. – Я хочу сказать, что теперь мы имеем серьезного соперника в лице Потапова.
Он отпил из чашки темного напитка и спросил у Валета:
– Хочешь кофе?
– Да, пожалуй, – сказал Валет, который с обеда ничего не ел и не пил.
Полковник позвал своего секретаря Сергея и заказал для Валета чашку кофе покрепче.
Когда напиток стоял уже перед Валетом, Полковник, некоторое время молча размышлявший, произнес:
– Значит, все-таки он пошел на это, несмотря на наше предупреждение.
– Может, он просто не понял? – спросил Валет.
– Пусть это будет его проблемой и его бедой. Я уверен, что
