– Прижаться вот здесь к стенке, – строго сказал Макс, – и не дышать, пока я не разрешу! И не дай бог, если ты нарушишь мои указания! В таком случае ты потеряешь мое расположение навеки. Понял?
Мальчишка молча кивнул, сраженный чеканной формулировкой. Макс показал ему, где нужно стоять, и отправился дальше.
Настроение у него было уже не то, конечно. Теперь он даже не был уверен, что затеял разумное дело. Он не обязан ловить преступников и охранять чужие магазины. Особенно в чужом городе. «Хотя, если мне удастся сделать это, Татьяна наверняка призадумается, – пришло ему в голову. – А даже если и не удастся и мне опять надают по башке, у нее будет повод меня пожалеть... Главное, не переборщить и остаться в живых».
Замечтавшись, он несколько расслабился и, выйдя из-за угла здания, не успел среагировать на удар, который словно с неба обрушился на него из темноты. Что-то металлическое врезалось ему в правую сторону лба, ослепив и оглушив его. Уже каким-то остаточным зрением Макс увидел огромную тень, обрушившуюся на него. Он сделал слабую попытку защититься, но у него все поплыло перед глазами, ноги подкосились, и он вместе с бросившимся на него человеком рухнул в воду.
Без специальной техники разгрести обломки над подвалом было непросто. Но ждать было нельзя – внизу находились живые, но, возможно, раненые люди, и им нужно было помочь немедленно. Вместе с пожарными спасатели принялись за дело. Они растаскивали в стороны бетонные блоки, кирпичи, осколки железа. Через полчаса все были грязные как черти, а дело почти не продвинулось. Между тем голос из подземелья настойчиво просил вытащить его. Он рыдал на разные лады и довел всех до нервного срыва.
– Так дальше не пойдет, – угрюмо сказал Грачев, водя лучом фонаря по куче тяжеловесных обломков, из которых они разгребли едва ли четверть. – Нужно какое-то свежее решение. В таком темпе мы до утра провозимся. А если у этих, внизу, кровотечение? У кого есть идеи?
– Нужно наконец уточнить, сколько их там, – заявил Величко. – Если немного и они в состоянии двигаться, то, может быть, они попробуют как-то подняться к люку, а мы зацепим тросом ту махину, которая в основном накрыла вход в подвал, и хотя бы сдвинем ее.
– Сами? – недоверчиво спросил капитан-пожарный.
– И сами поможем. Но вообще нужно вашу машину задействовать. Если постараться, ее можно загнать в цех. У вас есть водитель-виртуоз? Если нет, я сам могу попробовать.
– В темноте, по этим камням и прутьям? – недоверчиво покачал головой капитан. – Не знаю. Если хочешь – попробуй, но кто отвечать будет, если машина выйдет из строя? Случись сейчас еще где-то пожар...
– Все, что могло гореть, уже сгорело, капитан, – хмыкнул Мачколян. – Остальное все мокрое.
– Да нет, я аккуратно, – сказал Величко. – Пойдем, дашь распоряжение. А я пса отведу. Нечего ему тут больше делать.
Они с капитаном ушли, а Грачев попытался выяснить у запертого в подвале человека, сколько там всего людей и в каком они состоянии. Из тех почти истерических выкриков, которые посыпались в ответ, он с грехом пополам уяснил, что внизу только один человек и ему очень плохо.
– Постарайтесь успокоиться, – строго сказал ему Грачев, – и помогите нам. Вы можете подобраться поближе к люку?
После продолжительного молчания человек все-таки ответил:
– Поближе? Это наверх, что ли? Тут лестница есть.
– Подняться сможете?
– А хрен знает – тут не видать ничего!
– Ну, если проблема только в этом, то это еще ничего. Руки-ноги целы? Значит, когда скомандуем, поднимайтесь наверх и лезьте в люк, на свет. Мы вас подхватим.
Человек внизу принялся что-то сбивчиво и непонятно объяснять. Кажется, он был рад одной только возможности слышать человеческий голос. Однако Грачеву рассуждать с ним было некогда. Он еще раз попросил пленника успокоиться и приготовиться.
Величко, лавируя среди обломков, въехал на пожарной машине в разрушенный цех. Его движение направляли пожарные, которые ревниво следили за каждым оборотом колеса и корректировали каждый шаг хриплым отчаянным матом. Благодаря этой помощи, а возможно, и вопреки ей Величко удалось подогнать машину довольно близко ко входу в подвал. Бетонную плиту, накрывшую люк, обвязали тросами и прицепили к машине. Величко поддал газу и тронул машину с места. Бетонная махина едва пошевелилась, захрустела и чуть-чуть сдвинулась. Из-под нее посыпались более мелкие обломки. Некоторые из них попали в подвал, вызвав внизу панику. Но не это беспокоило сейчас Грачева – плита, которую они намеревались поднять, грозила в любую секунду перевернуться и лечь на люк своей более широкой стороной – на этот раз уже так основательно, что без трактора сдвинуть ее не было бы никакой возможности. Нужно было каким-то образом не дать плите повернуться вокруг своей оси, и Грачев решил, что в данном случае может выручить только грубая мужская сила. Плиту нужно было слегка придержать, пока она находилась в неустойчивом равновесии. Но не только он один это понял. Мачколян уже подставил под жесткое бетонное ребро свою могучую спину. К нему тут же присоединился Самохин. «Навались!» – закричал он.
Сразу еще несколько человек подставили свои спины. Трюк был довольно опасный, поэтому Грачев не стал терять ни секунды – он подобрался к освобожденному люку и заглянул в провал.
– Быстро! – заорал он. – Поднимайся!
Прошло несколько бесконечных секунд, пока человек, запертый в подвале, сумел подняться по скользким металлическим ступеням. Он протянул Грачеву свои дрожащие мокрые руки, и тот, ругаясь на чем свет стоит, вытянул бедолагу на поверхность.
– Готово! – закричал он.
– От винта, ребята! – с натугой скомандовал Самохин. – Аккуратненько!
Невольные «атланты» разом отпрянули от глыбы. Величко, убедившись, что все удалились на безопасное расстояние, сдал машину вперед еще на несколько сантиметров. Бетонная плита закряхтела, вывернулась из кучи обломков и легла абсолютно правильно, так что и желать лучше было нельзя.
– Зря корячились! – с удивлением сказал капитан-пожарник.
– Так это рулетка, дорогой, – добродушно заметил Мачколян. – Никогда не угадаешь – зря или не зря. Главное, человека достали.
– Да, повезло мужику! – мрачно сказал капитан. – Ни огонь его не взял, ни обвал, ни вода.
Спасенный мужик сидел на куче мусора и осовело смотрел по сторонам. Он с ног до головы был перепачкан чем-то липким и без стеснения плакал. Самохин принюхался к нему и с изумлением констатировал:
– Да он, ребята, никакой! Пьян в лоскуты! Вот вам и причина везения. А был бы трезвый – сейчас бы холодного уже достали.
Грачев с сожалением убедился, что Самохин прав. Человек, запертый в подвале, времени даром не терял. Что он дегустировал, было не совсем ясно, но не это интересовало Грачева.
– Нужно тщательно проверить подвал, – озабоченно заявил он. – Вдруг там еще кто-то есть? На этого полагаться нельзя. Ему сейчас бог знает что может примерещиться. А его нужно срочно передать медикам.
Пришел Величко – с Графом, – и они оба полезли в подвал. Осмотр ничего не дал – внизу было пусто. Величко вылез сердитый и сразу увел Графа на воздух – псу нужен был отдых.
Но Граф был слишком заметной фигурой. Едва Величко вывел его на широкий двор, поливаемый дождем, как к ним подошел милиционер в плаще и, почтительно откозыряв, сказал:
– Слушай, друг! Может, поможешь? Собачка у тебя, я слышал, на людей натренирована. Так, может, попробуем, а? Может, она след возьмет? У нас с этим делом туго. Нет кинолога в штате, хоть ты тресни! Я который год начальство убеждаю, что необходим, а толку ноль...
– Какой след? – нахмурившись, спросил Величко.
Милиционер почему-то оглянулся по сторонам, а потом, понизив голос, сообщил:
– Беда одна не ходит – правильно говорят. Там в конторе кто-то хорошо поработал, понимаешь? Как минимум пять трупов, и сейф вскрыт. Есть даже мнение, что те же личности завод взорвали – как отвлекающий маневр. Так у меня надежда, – может, твоя собачка след возьмет, а?
Величко снисходительно посмотрел на милиционера. Он его прекрасно понимал: для небольшого города это было слишком – пожар на заводе и тут же в придачу пять криминальных трупов. В такой ситуации за любую соломину хвататься будешь.
– Ты, извини, начальник, – сказал он, – но насчет отвлекающего маневра – это ты загнул, по-моему. Отвлекающий маневр проводится обычно в месте, удаленном от объекта нападения. Здесь же совсем наоборот. Тут ответственного за технику безопасности трясти нужно, директора...
– Директора теперь на том свете трясти будут, – вздохнул милиционер. – Я, когда про трупы говорил, между прочим, и его имел в виду. Теперь понимаешь, насколько все серьезно? Там в конторе мэр сидит, так он просто рвет и мечет. Обещает сгноить, если преступников не найдем. И ведь сгноит – ему это запросто. Может, попробуем, а?..
