— рявкнул Мердок, тыкая пистолетом вперед. — Я не буду рисковать с тобой.
Бенсон выпрямился. Он знал, что Мердок предпочел бы не стрелять, потому что звук на воде распространяется очень далеко и отчетливо. Но он знал, что мужчина выстрелит, если сочтет это необходимым. Потом он всегда сможет сказать, что стрелял по плавающей бутылке или чему-то еще.
Бенсон должен был придерживаться своего первоначального плана — схватить Мердока, когда тот подойдет, чтобы привязать к нему груз.
Но этот план тоже не сработал. Мердок был старым мастером. Он сделал петлю на конце веревки и подошел к люку.
С расстояния шести или семи футов, слишком большого, чтобы Бенсон мог быстро до него дотянуться, он бросил петлю правой рукой, держа пистолет наготове в левой.
Петля опустилась на тело Бенсона. Мердок дернул ее, натянув. Петля удерживала руки Бенсона по бокам. Только тогда, злобно хихикая, Мердок подошел ближе, опустив пистолет.
— Собираешься на меня наброситься, да? — сказал он. — Ну, более крупные мужчины, чем ты, пытались...
Его голос оборвался диким криком. Руки Бенсона были прижаты к бокам, но он мог двигать руками — и он это сделал!
Стальные пальцы сжали ноги Мердока чуть выше колен. Как железные когти, они впились и скрутились, и о боли свидетельствовали хриплые крики Мердока.
Мердок вышел из тумана агонии настолько, что вспомнил, что у него есть пистолет. Он отклонился назад от Бенсона, чтобы освободиться и использовать его.
Бенсон ждал этого движения. Он сильно толкнул его назад. Толчок и наклон назад отправили Мердока лететь назад, и он упал кучей в центре маленькой каюты. Его голова ударилась о палубу.
В тумане он поднял пистолет. Но Бенсон, освободившийся от веревки, набросился на него, прежде чем тот успел выстрелить. Он вырвал пистолет одним мощным движением. Мердок снова закричал, глядя в бледные и смертоносные глаза, пылающие на белом, неподвижном лице, которое в разгар суматохи не выражало никаких эмоций.
Затем Бенсон взмахнул пистолетом.
Наступила тишина, нарушенная глухим стуком из кабины. Бенсон направил ружье. Стук донесся из шкафчика напротив того, в котором Мердок нашел веревку и запасной якорь.
— Выходи оттуда, или я выстрелю!
Крышка открылась. Появилось красное, сырое лицо, по бокам которого торчали красные уши, похожие на паруса. Ледяные голубые глаза уставились на смертельно серые глаза Бенсона.
— Макмерди!
— Я бы поймал этого ублюдка лодочным крюком, если бы вы его не схватили, — довольно спокойно сказал Макмерди.
— Мак! Как...
— Я видел, как этот человек приплыл на лодке, из-за ящиков. Я видел, как он вошел в магазин, и понял, что это Мердок. Поэтому я изменил наши планы, спрятался в шкафчике, думая, что лодка довезет меня туда, куда мы хотим, и что позже я смогу вернуться и привести вас к ней. Но, похоже, вы тоже пришли.
Обстоятельства уже доказали, каким необычным человеком был этот краснолицый шотландец с костлявыми кулаками и огромными ногами. Это стало последней каплей.
Бенсон на мгновение коснулся костлявого плеча.
— Спасибо, — сказал он. Затем, голос снова безэмоциональный, как его мертвое, бледное лицо: — Но план провалился. Мы не нашли, где находится укрытие...
— Я думаю, мы нашли, — прервал его Макмерди. Он вернулся к шкафчику, в котором прятался, наклонился и достал грязный, испачканный водой листок бумаги.
— Похоже, этой лодкой управляет не один человек. Поэтому для удобства тех, кто, возможно, не знает озеро в мельчайших деталях, кто-то из банды, которую мы преследуем, нарисовал аккуратную маленькую карту. Вот она. Я нашел ее, когда прыгнул в этот пахнущий рыбой гроб.
Бенсон развернул ее. Грубые карандашные линии показывали остров с деревом странной формы на возвышенности. Дерево было низким с одной стороны и высоким с другой. Оно напоминало гигантскую сидящую курицу.
В линии от востока до дерева берег был обозначен как прямой низкий утес. А в утесе был черный круг, выгибающийся от воды.
— Дыра в утесе! — сказал Бенсон, его бледные глаза зажглись. — Это их причал!
Макмерди кивнул. Смысл был ясен.
— А это наш остров прямо перед нами, — добавил Бенсон.
Даже с такого расстояния оба могли разглядеть дерево, напоминающее сидящую курицу.
Бенсон включил сцепление, и моторный катер начал двигаться к острову.
— Мон, мон! — возразил Макмерди. — Сейчас светлое время суток. У нас нет шансов высадиться на этом острове, не зная, сколько кровожадных крыс ждет нас там. Нам следует подождать до ночи...
— Мы пойдем сейчас, — сказал Бенсон. В его бледных глазах была смерть. — Моя... жена и дочь... могут быть на этом острове, Мак. И с каждым часом может стать слишком поздно.
— Но как только одна из этих тварей нас увидит, все будет кончено, — серьезно сказал Макмерди.
— Не думаю, — ответил Бенсон. — Принеси Мердока на свет.
Бенсон покопался и нашел половину разбитого зеркала. Он уложил Мердока на пол, спиной к стене, и сел рядом с все еще без сознания мужчиной. Мак держал зеркало так, чтобы оба лица, расположенные рядом, отражались для сравнения.
Человек с тысячей лиц! Именно таким стал Бенсон после шока, который убил плоть его лица. До сих пор он использовал это странное явление только случайно. Теперь он использовал его в полной мере. И результат был похож на магию. В любом случае, это заставило Макмерди бормотать под нос.
У Мердока было плоское лицо. Бенсон массировал свои щеки и лоб, пока не добился частично такого же плоского вида. В основном это была иллюзия, поскольку костная структура под пластичной кожей была неизменна. Но иллюзия была поразительной, художественно хорошей.
У Мердока были высокие скулы. Бенсон немного помассировал кожу своего лица вверх и вперед. Кожа осталась на месте — и у него появились высокие скулы.
У Мердока была слабо выраженная ямочка на подбородке. Бенсон прижал кончик большого пальца к ужасающему пластиковому телу на конце челюсти — и появилась небольшая ямочка.
Когда чудо было совершено, лицо Бенсона напоминало лицо Мердока так же, как размытая копия напоминает оригинал письма. Когда два лица были рядом в зеркале, конечно, было невозможно сказать, какое из них какое. Но если разделить их, сходство останется!
— Чувак, тебе нужно выйти на сцену!
Бенсон не ответил. Он снял старые брюки и свитер с без сознания тела Мердока и надел их на себя. Они были ему велики.
— Ваш рост и ваши глаза, — сказал Макмерди, —
