Допив бутылку до дна, он собрался было сходить за второй, как вдруг над самым ухом прогремело:
– Лицом к земле, руки за голову!
– Мать вашу! – рассвирепел Константин и, вскочив, резко развернулся, готовясь встретить противника. Но вместо опостылевших уже спецназовцев и ментов обнаружил только улыбающегося Аринина.
– Привет, Жиган! – с невинным видом поздоровался тот. – Вот, решил проводить тебя до поезда… А то утром даже попрощаться не успели – срочно вызвали на работу.
– Неприятности?
– Да какое там! Дежурная «летучка», на которой обсуждали странное исчезновение полковника Бушенкова и его команды.
– Твою мать! – опять не сдержался Константин. – Не думал, что его так быстро хватятся! И что теперь? Будет проводиться расследование?
– Да какое там расследование! – отмахнулся Аринин. – Чистой воды формальность. Его исчезновение многим там, наверху, только на руку. Теперь они с чистой совестью смогут списать все свои грехи на Бушенкова и похоронить их вместе с ним. Уверен, кое-кто уже в курсе произошедшего. Ведь не случайно расследование этого дела поручили именно мне. Значит, всех устраивает то единственно возможное заключение, которое я могу дать по этому делу…
– Выходит, дело решили замять?
– Не просто замять! – Аринин поднял вверх указательный палец. – Заработать на нем очки. Телеведущий Тригубович уже получил установку развеять миф о якобы существующем Легионе смерти и его идейном вдохновителе полковнике Бушенкове…
– Ловко! – хмыкнул Константин. – Выходит, Бушенкова никогда и не было?
– Так же, как и легиона, – не моргнув глазом, подхватил Аринин. – Сегодня наконец-то изъяли из сейфа подписанный еще в прошлом году приказ о его расформировании.
– Значит, что-то полезное мы все-таки сделали?
– Однозначно, – подтвердил капитан. – Теперь все будет иначе. В новую команду придут совсем другие люди – исключительно спецы высшего класса… – Его глаза мечтательно заблестели, и он с нажимом продолжил: – Они не станут палить из пушек по воробьям. Их цели будут другими. И это будет по-настоящему большая игра!..
«Боже, как он за эти сутки изменился! – растерянно подумал Константин, наблюдая за тем, как капитан взахлеб распинается о новом Легионе смерти. – Еще вчера он готов был жизнью пожертвовать, чтобы остановить убийц невинных людей, а сегодня уже планирует новые преступления. Откуда в нем все это? Неужели душа Бушенкова нашла себе новое пристанище?»
– Послушай, а может, ну ее на фиг, твою Москву? – возвратил его на грешную землю Аринин. – Оставайся. Будем вместе бороться с нашим внешним и внутренним врагом.
– Ты это серьезно? – не поверил своим ушам Константин.
– Вполне.
– Ну уж нет! У меня патологическое отвращение к ментам и людям твоей профессии. А идти наперекор себе я не привык. Да и тяжело как-то у вас дышится.
– Может, ты и прав, – секунду поразмыслив, согласился Аринин. – Пожалуй, в Москве тебе будет лучше. А мне здесь… без тебя. Сам знаешь, у нас все проще: если ты не союзник, значит – враг. А иметь такого врага, как ты, не хотелось бы.
– Тогда останемся чужаками, – подытожил Константин и, услышав, как по вокзалу объявили посадку на московский поезд, заторопился.
– Ну, что ж, счастливой дороги… чужак Жиган, – Аринин протянул ему руку.
Их первое и последнее рукопожатие было по-настоящему искренним и крепким, наверное, оттого, что оба прекрасно понимали, – если когда-нибудь им и предстоит встретиться, то будут они уже по разные стороны баррикад. А доведется стрелять – выстрелят друг в друга безо всякого сожаления.
