– А у вас, господа, будет такая задача, – сказал я и попросил Костю показать нам атомоход «Лакшми».
– Знакомая штучка, – обрадовался кап-три Барков, – проект «Дельфин», натовцы называют «Дельта-4». Какая задача?
– В идеале – захватить. На борту – ядерное оружие, грозят взорвать двенадцать американских городов.
– Мусульмане? – спросил Николаев.
– Мусульмане, – со вздохом ответил я.
– Они могут, – согласился Николаев, – и, наверное, только они и могут…
– Отрабатывали мы такую задачу, – сказал Барков, – на других лодках, правда, но отрабатывали. – Он оглянулся, словно ища поддержки у своей команды. – На месте надо смотреть, что можно сделать. Но опыт говорит, что всегда можно что-нибудь сделать.
– Это точно, – подтвердил полковник Николаев.
Я взглянул на часы:
– Через часик подъедет Шахов, подготовьте ему заявочку, какое оружие надо, сколько, может, вам акваланги нужны, еще что-нибудь…
– Так точно, – ответили в один голос Барков с Николаевым.
– Ну, – сказал Володя Седой.
Паша-командир молча кивнул.
Глава шестая
Татуированный труп
Вечером я снова встретился с Джорджем Вашингтоном. Он внезапно проявился из темноты – в черной футболке, черных джинсах, с огромной черной магнитолой в левой руке.
– Музыку послушаем, – сказал он вместо приветствия и включил магнитолу.
Улицу заполнила торопливая скороговорка рэпа.
– Эминем, – объяснил он, – классно! Пойдем погуляем, – и взял меня под руку.
– Чего-то мне вчера показалось, что нас подслушивают, – он вопросительно посмотрел на меня.
– Может быть, – я вспомнил капитана Бахтина на площадке третьего этажа и его нелюбовь к черномазым.
– Новости есть?
– Есть.
Я рассказал о новостях.
– Когда выдвигаетесь?
– Завтра, на двух вертолетах. Я с бандюгами и пятеркой Сажина – к замку, две пятерки бойцов – на побережье.
– Хорошо, значит, я сейчас за вами следом.
– На машине, что ли? – удивился я.
– Ты чего – на машине? Далеко же. Самолетом куда-нибудь поближе, а там – на машине. Нормально, – к утру доберусь, – уверенно сказал он, блеснув зубами. – Пошли обратно, а то твой сторож еще подумает чего-нибудь. Когда черный с белым в Гарлеме под ручку разгуливают, это разные мысли навевает, в основном игривые.
Остановились у подъезда.
– Чао, у замка встретимся, – сказал тезка американского президента и растворился в темноте.
Только белый рэпер Эминем жалобно причитал о нелегкой судьбе белого человека в черной Америке.
На площадке третьего этажа курил капитан Бахтин. Молча он включил свой армейский фонарь, осветил лестницу и только когда я поравнялся с ним, спросил:
– Хорошо на улице?
– Хорошо, – честно сказал я.
– Тогда я еще покурю…
Курить вместе с ним у меня никакого желания не было. Я уже покурил на улице…
Утро началось с того, что пропал капитан Бахтин. Об этом мне спокойно доложил капитан Сажин, старший своей пятерки. Я почему-то не удивился.
– Когда пропал?
– А хрен его знает, – не по уставу ответил Сажин, – он же отдельно спал, бирюком.
– Ладно. Когда обнаружили?
– А сейчас и обнаружили. После подъема на завтрак собрались, его нет, обыскали этаж – нет, и я к вам.
– Интересно ты сказал – после подъема. У вас там в пятерке что – подъем, отбой, может, и дневальный у тумбочки стоит?
– Дневальный не стоит, – серьезно ответил Сажин, – но пятерка на военном положении, поэтому ночью по очереди дежурим, а подъем и отбой есть – мы ж солдаты…
– Дежурные ничего не слышали?
– Нет. Вещи – на месте. Может, какой мелочевки и не хватает, но вещмешок на месте, оружие – тоже.
– Что можешь сказать о капитане Бахтине?
– Ничего. Все, что знаю – только с его слов. Понимаете, остальных из пятерки я по своим каналам «прозвонил», все сходится, до деталей, а Бахтин в «Гамме» служил, это не министерство обороны, это отдельное ведомство, в их архивы так просто не доберешься.
Я подумал про Костю, он, наверное, мог бы и в те архивы пролезть, но времени уже не было, да и особого смысла копаться в его прошлом я не видел. Раньше надо было этим Бахтиным интересоваться. Я попытался вспомнить, чем он занимался в Питере, в киреевском особняке на Каменном острове, но сразу пришла в голову Наташка, и смерть, пришедшая за мной, но забравшая почему-то ее…
– А в Питере?
– Да и в Питере так же, бирюком, даже в тир ходил отдельно от нас, ночевал вообще в городе.
– Как – в городе? – удивился я. – Был же приказ: все на казарменном положении, за ворота – ни ногой!
– Был такой приказ, – подтвердил Сажин. – Теперь-то я вспоминаю, что вообще редко Бахтина видел, похоже, он больше времени за оградой проводил, чем в особняке.
– А где он был, когда Наташу убили?
Сажин глянул на меня по-особому, понимающе кивнул:
– Не знаю, с нами его не было, это точно, подошел он уже позже, когда и девушку принесли, и снайпера этого.
Ну, Наташку он, предположим, не убивал, а вот снайпера – вполне мог, дырочка у того, в основании черепа, не от сучка образовалась, кто-то стрелял в него, сзади, и с близкого расстояния…
Приехал Шахов на двух автобусах – один для морпехов, что на побережье поедут, второй – для нас.
– Оружие я привез, – сразу сказал он, – лежит в машинах, все по заказу…
– Погоди, – прервал я его, впервые, не думая, обратившись на «ты». – Капитан Сажин!
– Есть!
– Ты говорил, у Бахтина оружие здесь осталось?
– Черт! Как же я сразу не сообразил, ни у кого ведь оружия нет, а у него – есть! И ствол-то хороший, австрийский – «Глок-30». Как провез?
– У вас что-то случилось? – спросил Шахов.
– Случилось, – ответил я и рассказал историю капитана Бахтина.
Шахов молча кивнул и направился к ноутбуку. По экрану побежали строчки английских букв, изредка сопровождаемые фотографиями живых и мертвых людей.
– Ночная сводка полицейского департамента Нью-Йорка, – объяснил он.
Строчки побежали медленнее, потом совсем встали.
– Мужчина? – спросил меня Шахов.
– Мужчина.
– Белый?
– Белый.
– Возраст? – 35-40 лет.
– Рост? – 180, плюс-минус сантиметры. – 6 футов, значит… Он?
На экране появилась фотография мертвого мужчины. Почему-то всегда было понятно, снят мертвый человек или человек крепко спящий с закрытыми глазами. Этот человек был мертвым. Я всмотрелся.
– Похож.
– Съездим на опознание? Заодно подробности узнаем. Здесь недалеко…
– Съездим, – нехотя согласился я. Контактировать с американским законодательством не хотелось, но подробности знать надо.
На одном из микроавтобусов быстро доехали до полицейского участка, первым пошел Шахов, поговорил с дежурным, ушел куда-то вглубь коридора, вернулся с толстым негром в полицейской форме со множеством нашивок.
– Капитан Блэкстоун, – представил он мне негра, ему Шахов ничего не сказал.
Капитан пожал мне руку, ладонь была большой, горячей, с характерными мозолями, которые остаются от рифленого грифа штанги. Втроем мы спустились в подвал, где было значительно холоднее, чем на улице. Человек в зеленом халате приветливо кивнул Блэкстоуну, нам, и, словно большой картотечный ящик, выдвинул ячейку, где в темном полиэтиленовом пакете хранилось тело капитана Бахтина. Блэкстоун раздвинул молнию, показывая мне мертвое лицо. Я кивнул. Несомненно, это был Бахтин, лицо было спокойным, ни страха, ни удивления, ни боли. Похоже, что крутого спецназовца, отчисленного из элитного подразделения «Гамма» за неоправданную жестокость, смерть застигла врасплох.
– Можно рану посмотреть? – спросил я у Шахова.
Он перевел мой вопрос, услышал долгий ответ Блэкстоуна, потом сам произнес длинную фразу на английском и полез во внутренний карман куртки. Я заметил, что капитан Блэкстоун машинально дернулся, не просто вздрогнул, а сделал правильное движение назад и в сторону. Такой рефлекс вырабатывается у человека, в которого много и часто стреляют. Шахов достал из кармана не пистолет, а удостоверение с белоглавым орланом на обложке и свернутую вчетверо бумагу с каким-то текстом. Блэкстоун мельком глянул на удостоверение, бумагу даже не стал брать в руки, почесал мясистый нос и кивнул. Но добавил длинную злую фразу, где через слово повторялось «фак».
Шахов улыбнулся:
– Он говорит, что в Гарлеме хватает черных трупов и ему наплевать, что будет с белыми покойниками, но, вообще-то, рассматривать жмуриков до проведения экспертизы не положено. Но ему уже на все наплевать. И на это тоже.
Санитар перевернул мертвого Бахтина, показал колотую рану на спине – маленькую точку с кровавым ободком.
– Чем его, шилом?
– Шилом, заточкой, стилетом… Может, экспертиза что-нибудь добавит, если конец обломался. Это важно?
– Да, в общем-то, нет.
Негр-капитан стоял рядом, равнодушно жуя резинку. Санитар снова положил тело Бахтина на спину.
