курсах валют и всякой другой лабуде. Без мобилы никак нельзя. Это мой верный дружочек, мой помощник и собеседник.
Она звучно поцеловала корпус мобильника и принялась перебинтовывать мне руку.
– Где это ты так?
– Крокодил укусил.
Марго улыбнулась.
– Ага, крокодил! Это ж каким обдолбанным надо быть, чтобы куст терновника или шиповника принять за крокодила!
– Я правду говорю.
– В нашей стране, если не ошибаюсь, крокодилы водятся только в зоопарках.
– А мы не в нашей стране.
– А в какой же еще? – Марго пожала плечами и, чтобы туже затянуть, взялась за кончик бинта зубами. – В другую страну так просто не улетишь, мне об этом рассказывать не надо. Где кастэмз сарвэй? Где рэджистрэйшн сэртификит?
– Таможня и паспортный контроль – это для нормальных людей. А мы ненормальные. Мы играем на выживание. У нас всё шиворот-навыворот.
– Если ты не лукавишь, то всё это мне очень даже нравится, – сказала Марго, любуясь тем, как она наложила повязку. – Такого у меня еще не было. Папик в обморок упадет, если узнает, что я была за границей нелегально… Когда я отдыхала в Таиланде, то ходила на шоу с крокодилами. Но там мне не понравилось. Зверюги какие-то вялые, и любой желающий за десять баксов мог сунуть им в пасть голову.
– Моему крокодилу тоже можно было сунуть в пасть голову, – заверил я. – Причем бесплатно… Ты расскажи, что сверху видно?
Идея оставить Крота и уйти с Марго терзала мой мозг, словно бормашина. Неужели всё упирается только в компас? Но компас – не проблема, я знал много способов определения сторон света. Я чувствовал себя… Нет, не так. Мне казалось, что расставаться с Кротом преждевременно, что я еще должен выпытать у него что-то очень важное для себя.
– Лес. Везде лес, – ответила Марго. – Только вот там, впереди, – она махнула рукой в ту сторону, куда ушел Крот, – торчат скалы. Не слишком высокие, кое-где покрытые деревьями. В общем, как за пляжем Мури на Раротонге.
– Ну да, как за пляжем Мури, я прекрасно себе это представляю, – кивнул я и почесал затылок. – Только одного не могу понять. Если твой папик такой щедрый, то почему он не отправил тебя в какой-нибудь цивилизованный экстремальный тур, чтобы тебе не пришлось месить грязь в мангровых болотах? Допустим, на джипах через саванну…
– Было! – махнула рукой Марго.
– Или на слонах через джунгли…
– Каталась!
– Тогда на воздушном шаре по Европе!
– Только не по Европе, а над странами Прибалтики, – поправила Марго. – Холодно и скучно… Всё скучно, что ты перечислил. Сначала вроде интересно, а потом такая тоска, что выть хочется.
– А здесь тебе нравится больше?
– Здесь в сто раз лучше. Правда, пока мало приключений.
Я рассматривал Марго с любопытством и даже с удовольствием. Ей мало приключений! Интересно, что бы она сейчас говорила, если бы перешла с нами Болото Вампиров. Когда эта романтика ей надоест, и она станет мечтать о пятизвездочном отеле с кондиционером и джакузи?
Как было и вчера, с рассветом дождь утих. Мы сняли пленку, отряхнули ее, и я затолкал ее в свой рюкзак. Марго с удовольствием выпила вторую кружку кофе, затем подогрела две порции фасоли с мясом и орехами по-гречески. Я не останавливал ее и не призывал к экономии. Как минимум через два дня, в каком бы составе мы ни продолжали наш путь, нам придется самим добывать еду. Но эта перспектива меня не слишком пугала. Только за сутки мы с Кротом встретили двух животных, мясом которых вполне можно было утолить голод: оленя и крокодила. А если поставить перед собой цель, идти тихо, незаметно, прислушиваться и присматриваться к следам, то можно рассчитывать на удачную охоту всякий раз, когда добыча будет нам необходима.
Мы позавтракали с хорошим аппетитом. Мне нравилось смотреть, как Марго уминает фасоль, энергично работая челюстями. Из-за своей необыкновенной прически и великого множества висящих на шее безделушек Марго напоминала молодую крашенную дикарку с какого-нибудь полинезийского острова, склонившейся над костью жареного бизона. Энергетика хлестала через край. Еды и приключений! Марго в жизни успела испытать многое. Оставшиеся удовольствия, способные вызывать у нее всплеск эмоций, наверняка можно было пересчитать по пальцам. Мне даже трудно было предположить, где она еще не была и чего не видела. Но что будет потом, когда Марго исчерпает все мыслимые и немыслимые предложения? Полетит в космос? Сегодня это уже возможно.
– А ты в космос не собираешься? – вроде как шутя спросил я.
Марго отрицательно покрутила головой и, не отрываясь от стаканчика с фасолью, сказала:
– Папик говорит, чтоб я сначала родила, а потом уже в космосе здоровье гробила.
Ого! Значит, космос уже стоит в очереди. Это хорошо. Пока еще есть цель, можно жить дальше.
Марго отставила от себя пустой стаканчик, сладко потянулась и посмотрела на склон.
– Нет его, – сказала она и с мольбой взглянула мне в глаза. – Ты же видишь – он сам не хочет к нам возвращаться. Потому что я его раздражаю. Я слишком много ем, слишком много пью, слишком часто попадаюсь ему на глаза…
– И слишком много говоришь, – оборвал я Марго.
– Давай уйдем! Придумай что-нибудь! Пожалуйста! Прошу тебя!
– А если Лобский не найдет твоего водителя?
– Тогда останется один. А почему тебя это беспокоит? Он ведь не раненый. У него руки и ноги целы. Кто он тебе, брат, друг? Ты переживаешь за здорового и крепкого мужика! А он, между прочим, хочет меня выгнать из вашей компании, и у него даже мысли не возникло, как я выживу в лесу одна!
– И всё-таки я хотел бы узнать, куда подевался водитель?
– Да он тоже меня бросил! – запальчиво ответила Марго, выбирая из косичек хвойные иголки и мелкий древесный мусор. – Пойми же ты! Здесь никто никому не обязан. Каждый сам решает, нужен ему спасатель или нет. Но разве есть дураки, которые захотят делиться выигрышем? Так задумана Игра: должен быть нравственный выбор. Мой водитель давно понял, что спасатель из меня никудышный, толку от меня мало, я лишь продукты перевожу. И пока я болталась на стропах и горланила песни, он тихонько свалил. Ну как? Я тебя убедила?
Я ничего не ответил, взял из остывшего костра щепотку угля, растер его в ладони и, как порошком, почистил им зубы. Марго пялилась на меня с нескрываемым восторгом. Я велел ей почистить песком ложки и кружки. Это занятие, по-моему, должно было доставить ей необыкновенное удовольствие. Пока любительница приключений в поисках песка разгребала листья, я походил вокруг лагеря, стараясь определить, откуда мы
