Михаил Серегин - Если надо-порвем НАТО

Кислому после вращений казалось, что шапка должна быть где-то слева. Но он не угадал. Через две секунды все услышали звон. Это Фрол лопатой попал по ведру. Кислый схватился за жесть, стараясь унять неприятные колебания.

– А! – кричал дух.

– Ошибка! Лопатотомия всех лечит! – радовался Валетов. – Бежим туда, туда! Никто не видит, куда надо бежать?!

По стукам лопаты и крикам своих некоторые счастливчики осознали, что надо двигаться подальше от криков. Все равно, пинаешь ты при этом кепку или нет, главное – сторониться от злого Валетова, который продолжал бегать вокруг робко перемещающихся футболистов.

– Пинать надо кепку, пинать! Где мяч?! Ищите мяч!

В тот самый момент, когда Валетову после двадцати ударов по головам удалось все войско сориентировать в нужном направлении, появился генерал Лычко.

– Что здесь происходит?!

Все тут же поснимали ведра. У многих горели носы, уши и затылки. Валетов подбежал к начальству.

– Товарищ генерал, идет обучение новой игре: американо-европейский футбол. Все игроки в касках – современная защита от столкновений, – он поднял кепку с земли. – Теперь шапка заменяет мяч. Самое последнее достижение нашей спортивной науки.

Если кожа у генерала, когда он выбегал на шум, была желтая, то теперь она медленно принимала зеленоватый оттенок. Казалось, Лычко, словно хамелеон, медленно маскировался под окружающую местность.

– Вон!.. Вон все, сволочи, отсюда. Все в штрафбат!

Услышав страшное слово, Валетов отпрыгнул.

– А чего, чего такого-то, товарищ генерал? Мы отдыхаем после дико тяжелой работы всего десять минут. Простите, товарищ генерал, если шумим чуть-чуть, но зачем же сразу штрафбат, товарищ генерал. Мы же хорошие, мы же все ради нового вида спорта.

Лычко не выдержал и схватил Валетова за шкирку.

– Солдат! – кричал генерал. – Пора уже выйти из комы, солдат!

– Я же просто так, – бормотал Валетов.

Подошел Простаков и внушительно навис над генералом.

– Извините его, пожалуйста. Он перегрелся на солнышке сегодня. И вообще он очень чувствительный. У него здоровье плохое.

– Да, в армии мне нельзя служить, – подвывал Лехе мелкий поганец, освобождаясь от рук генерала. – У меня совсем с организмом дела плохи, мне никак работать нельзя, ну, никак, товарищ генерал.

Подошел Резинкин.

– Вы не удивляйтесь, товарищ генерал, поведению рядового Валетова. Вот когда я был в дурдоме...