Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
«Не выйдет, – подумал комбат, – я и не таких обламывал».
Он отступил на шаг и сделал вид, что споткнулся о лежащую на полу покрышку. Багор пошел вверх. Бригадир, ощутив свое внезапно возникнувшее преимущество, сделал неосторожный шаг вперед. Тут же крюк багра скользнул под его рукой и впился в плечо, разорвав прочную материю куртки. Гримаса боли исказила лицо бригадира.
Рублев дернул багор на себя, и его противник, насаженный на крючок, рухнул на пол.
Жалобно звякнул обух топора. А Борис Иванович не терял времени. Он, не давая бригадиру подняться, потянул его по пыльному полу и, когда тот оказался у его ног, вытащил крюк из плеча. Удар ногой – и топор отлетел в сторону.
Помня о привычке бригадира наносить удары ногами, Рублев затолкал его под машину и, навалившись на грудь коленом, опустил домкрат.
Лишенный колеса автомобиль, рамой придавил бригадиру ноги. Он задергался, но было уже поздно – ни вызволиться, ни ударить.
Теперь можно было и осмотреться. Второй автомеханик, уже немного придя в себя после удара, и не думал оказывать сопротивление. Он сидел, забившись под нижнюю стеллажную полку, и взглядом умолял лишь об одном: только не бейте, только оставьте меня в живых!
Бригадир зло ругался, обрушивая на голову комбата потоки проклятий, но теперь уже абсолютно не страшных и способных вызвать лишь одно – снисходительную улыбку победителя.
– Заткнись и лучше подумай о том, как выберешься из дерьма, – посоветовал ему Рублев, стягивая руки бригадира жгутом разноцветных проводов.
– Сдохнешь, сука! Убью! – шипел бригадир.
А комбат, завязав провода двойным узлом, взялся за ручку домкрата.
– Еще одно слово и…
– Козел! – прохрипел бригадир.
– ..и я опущу эту штуку до конца, ноги тебе отдавит вместе с яйцами.
Рублев перевел домкрат на один зуб вниз.
Бандит взвыл от боли.
– Я же предупреждал, – напомнил ему комбат и, недовольно покачав головой, вновь чуть-чуть приподнял машину.
Бригадир задышал часто и неровно.
– Твоя взяла.
– Теперь можно и поговорить.
Борис Иванович уселся на деревянный ящик, отчего тот сразу жалобно заскрипел и абсолютно спокойно, как будто бы разговаривал с незнакомым человеком на улице, спрашивая у него дорогу, проговорил:
– Значит, ты машинами крадеными занимаешься? На запчасти их разбираешь.
– Ни хрена я тебе не скажу!
– Посмотрим, – комбат коснулся ручки домкрата и легонько дернул ее.
– Кости переломишь! – вновь зашелся в истошном крике бригадир.
– И яйца отдавлю.
– Стой!!!
– По-моему, ты сам этого хочешь.
– Все равно потом найду тебя! Кончу!
– А ты уверен, что у тебя будет это «потом»?
Рублев лениво потянулся за газовым резаком, прикурил от него и чуть-чуть открутил краник. Пламя загудело еще более угрожающе, острие его сделалось неровным, словно с зазубринами, как на лезвии ножа.
– Хорошая, парень, у тебя зажигалка, хоть и газовая. Крутая, – покачал головой комбат и поднес пламя резака к небольшому комку пропитанной отработанным маслом ветоши, лежавшему на полу.
Пламя тут же из синего сделалось желтым, ветошь вспыхнула и через секунд десять исчезла, рассыпавшись в пепел.
– Знаешь, нет у меня времени на разговоры, – пожал плечами Рублев, – не хочешь – заставлю говорить. А лучше скажи сразу.
– Что тебе надо?
– Обидно, понимаешь… – продолжал комбат, – машина у меня классная была, «Волга, ГАЗ-32».
Глаза бригадира тут же сузились то ли от злости, то ли от страха, а может, и из-за боли.
– Хорошая машина была, а потом пропала.
Племянничек у меня непутевый – Валик, оставил ее не там, где надо, вот какие-то суки и угнали. А потом как-то случайно узнаю, что эти самые суки вот тут, в гараже окопались. Как, понимаешь, было не зайти, не побеседовать?
Несмотря на всю безнадежность своего положения, бригадир захрипел:
– Не было здесь твоей машины, понял!
Ментов приводи, кого хочешь – ни одной детальки от нее не найдешь. Не докажешь.
– А мне и не надо ничего доказывать.
– ..ни одной детальки.
– Да нет, бригадир, знаю, что работаешь ты аккуратно и чисто. Мою машину не найдут, но ведь эта же «БМВ» тоже кому-то принадлежит.
Не собрался же ты ее на винтики разобрать, в бензине промыть и снова собрать?
– Не знаю я никакой «волги», никогда ее в глаза не видел!
– Ой ли? – засомневался комбат и медленно стал подносить ревущее пламя к ширинке на брюках бригадира. – Хорошая машина была, жалко…
Пока еще бригадир скрежетал зубами, не в силах превозмочь свою злость, не желая подчиниться Рублеву.
– Зажарится твой банан. Тоже, наверное, хорошая вещь. А жалко не будет?
– Падла! Сука! – вместе со слюной вырывалось изо рта придавленного машиной бригадира.
Он дергался, пытаясь вызволиться. Но, с одной стороны на его ноги рамой навалилась разобранная «БМВ», а с другой стороны комбат надежно прижимал его связанные руки к полу рифленой подошвой ботинка, а пламя тем временем все ближе и ближе придвигалось к ширинке. Изловчившись, бригадир плюнул в Рублева. Белый комок слюны повис на кожаном рукаве скрипучей куртки.
– Зря ты так, – мрачно проговорил Борис Иванович, чуть нагнулся, схватил за клапан нагрудного кармана своего собеседника, резко рванул. Затрещали нитки, кармана как и не бывало. Он старательно вытер плевок, бросил скомканную тряпку на грудь лежавшего. – Мне много не надо, – продолжал Рублев, поглядывая то на язык пламени, то на побелевшие губы бригадира, – мне хотя бы память про свою машину вернуть. Номер у нее очень красивый был, запоминался легко.
– Не знаю я никакой машины! Не было здесь «волг»!
– Врешь.
Язык пламени лизнул материю брюк. Но комбат довольно быстро поднял руку, и материя не успела загореться, лишь только пошел дым.
– Второй раз можно и подольше подержать.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – решил перейти на более миролюбивый тон бригадир, прикинувшись полным идиотом. – Зря, – Рублев вновь опустил руку.
На этот раз пламя, лизнув промасленную ткань брюк, подожгло ее.
– Убери! Погаси! – верещал бригадир.
– Это от тебя зависит.
Комбат снял ногу с его запястья и чуть отодвинулся вместе с ящиком, спокойно продолжая курить, наблюдая за действиями бандита.
Тот секунду, словно умалишенный, тряс головой, но при этом умудрялся не сводить глаз с пылающих брюк.
– Ты же плевать метко умеешь, – спокойно сказал комбат, – вот и заплюй. А еще лучше – намочись в штаны. Мокрое плохо горит.
Бригадир попытался сбить огонь связанными руками, но, обжегшись, вскрикнул. А затем все-таки, преодолев боль, прижал тлеющие остатки брюк к своему телу. С минуту он скрежетал зубами, морщился, а затем без сил упал на спину, продолжая прикрывать связанными руками то, чем, наверное, дорожил все-таки больше, чем деньгами.
– Ну что, подержался, убедился? Все на месте? А теперь руки за голову! – прикрикнул комбат.
И, не дожидаясь, пока бригадир исполнит его приказание, ухватился за обрывки разноцветных проводов и вновь придавил запястья грубой рифленой подошвой.
– Поумнел немного, приятель, а?
– Что тебе надо?
– Номер. Номер от моей машины.
– Не знаю, не помню…
– Ну как же! Номер-то легко запоминается, – комбат назвал номер, который сообщила ему Наташа. – А то нехорошо выходит: мой номер на чужую машину нацепили, а потом ко мне гаишники ходят, объяснений спрашивают. А я и сказать ничего не могу, потому что не знаю.
Просвети меня.
– Не знаю. Я номер в реке утопил, а кто его вытащил не знаю…
– Врешь! – оборвал его Рублев.
– Правду говорю!
– Нет, приятель, ты определенно жареные бананы любишь. Извращенец.
Бригадир упрямо молчал.
– Так любишь или нет?
– Иди ты… – послышалось в ответ. – И я не люблю, – вздохнул комбат.
А затем, резко вытянув руку, крикнул Никите, сидевшему возле заднего колеса машины с электроотверткой в руках:
– Ну-ка, дай свой инструмент!
Тот не двигался с места.
– Мне что, подняться? Тогда уж точно ты сам с места не встанешь.
– Извини, бригадир, – проговорил автомеханик, – ты же сам видишь, ничего не поделаешь.
Он вложил электрическую отвертку прямо в руку Рублеву. Тот нажал кнопку запуска, полюбовался бешено вращающимся острием инструмента.
– Красивая, чистая… Жаль, пачкать.
Он еще раз нажал на кнопку, выключив инструмент. И наступившая тишина напугала бригадира больше, чем визжание отвертки, так напоминавшее звук бормашины в кабинете стоматолога.
– Да, была у меня твоя машина! Только не краденая она, мне ее твой племянник продал.
Так что с ним и разбирайся.
– Мне это не интересно. То, что «волгу» мою Валик продал, я и без тебя знаю.
– Тогда что же от меня хочешь?
– Ты ее разбирал, ты номера с нее скручивал. Вот и скажи кому их отдал.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
