Валерий Горшков - Фраера

– А что, ребята, – прервал затянувшееся молчание Сергей, – не отметить ли нам благополучный исход путешествия? Попьём пивка, обменяемся впечатлениями?

Мы с Машей переглянулись.

Поймав в её глазах утвердительный ответ, я тут же согласился и предложил рвануть ко мне на хазу.

Часа через полтора мы уже сидели у меня дома, посасывая пиво под горячие креветки.

Тут я изложил свою версию, что, мол, никакого курьера на яхте скорее всего не было.

– Я с тобой не согласен, – помотал башкой Павлов. – У меня есть другие соображения…

– Подожди, Хаммер, – перебил я приятеля, – все забываю спросить: откуда у тебя взялись спутниковый телефон и пистолет?

Серёга довольно ухмыльнулся:

– Когда я освободился от верёвок, то на обороте картины, закрывавшей сейф, обнаружил шифр. Мне удалось открыть железный шкаф. Эти игрушки оттуда. Там ещё были маленький серебряный ключик и…

– Ну ты даёшь, старик, – снова перебил я Хаммера. – Не зря ты, однако, руководишь сыскным агентством.

– … И, – продолжал Серёга, раздувшийся от комплимента, как индюк, – сто тысяч баксов.

Он поднял с пола адидасовскую сумку и раскрыл её. Увидев перетянутые резинкой пачки стодолларовых банкнот, я присвистнул, Маша охнула.

– Неплохой гонорар за проделанную работу, – пробормотал я.

– Ну, если разделить на троих, получится не так уж много, – подмигнул нам обоим Хаммер.

Когда возбуждение, вызванное сюрпризом моего приятеля, слегка спало, я спросил его:

– Ты вроде бы заикнулся о какой-то своей версии насчёт алмазов?

– Есть версия, и очень серьёзная, – подтвердил Серёга. – Сейчас ты сам в этом убедишься. Думается мне, что курьером был капитан Мэдлок. Ведь он с угрозой для собственной жизни отказывался сообщить код сейфа гангстерам. Оно и понятно: если бы кэп раскололся, ему все равно не жить – прикончили бы повстанцы.

– Что-то я в твой текст не въезжаю, – медленно, по слогам, произнёс я.

– Алмазы находились в сейфе, в боковом отделении, – назидательно, как маленьким детям, пояснил нам Сергей, – которое надо было открыть упомянутым серебряным ключиком.

– Так где же они сейчас?! – вскричал я в один голос с Машей, осознавая наконец, в чем фишка, но ещё до конца не веря этому.

– Неужели до сих пор непонятно? – вполне искренне удивился Хаммер, доставая из кармана маленький коричневый мешочек, из которого высыпал на стол, залитый лужицами пролитого пива и усыпанный шелухой от креветок, жалкую кучку на первый взгляд совершенно обычных стекляшек – ценою в три миллиона долларов.