потом смотреть в их не слишком умные, но честные физиономии?
– Мне не нравятся ваши манеры, – резко произнес Саванейк. – Сядьте. Все подготовлено. Вы можете убрать платок с лица?
– Могу, – хмуро ответил мистер Кэмпион. – Полагаю, вы скажете, что сочинили письмо мистеру Рэндаллу, которого я знаю тысячу лет, и мне нужно всего лишь переписать его.
– Подписать, – поправил Саванейк. – Оно напечатано на машинке, взятой в вашей квартире. Я его прочту. «Дорогой старина, – прочистив горло, начал он сурово, – боюсь, это будет для тебя несколько неожиданно. Но не суди слишком строго. Видишь ли, мне подвернулось дело, сопряженное с нешуточным риском, а я, как тебе известно, слишком падок на такие соблазны. Оставляю детскую забаву, которой мы занимались, в твоих руках. Всем привет. Твой…»
– Берт, – услужливо подсказал мистер Кэмпион. – Послушайте, не хочу вас обидеть, но это нельзя посылать. Гаффи сразу же заподозрит неладное. Сама идея неплоха, но лучше я сам напишу. Не бойтесь кодов и всякого такого. И не отправляйте письмо, пока я не уеду.
Он вынул автоматическую ручку из кармана и склонился над листом машинописной бумаги. Письмо вышло очень коротким, и, закончив, Кэмпион придвинул его к Саванейку. Тот прочел вслух безо всякого выражения в голосе и на лице:
– «Старый дружище, я умею признавать свою вину. Мне подвернулось кое-что занятное, требующее выезда за границу, и я ухватился за эту возможность. Прими мое сочувствие. Согласен, это ужасно – узнать, что человек, которому ты симпатизировал, оказался слюнтяем. Но подобное разочарование все же имеет образовательную ценность, и я пойму, если ты меня не простишь. Твой А. К.»
– Так лучше, – кивнул Саванейк. – Само собой, вам не разрешается посылать телеграммы с борта парохода. Полагаю, собеседование подошло к концу. Я вызову секретаря.
– Минутку! – мистер Кэмпион поднял бледную руку. – Есть условие, которое мне кажется вполне резонным. У вашей фирмы имеется побочный бизнес в страховании, так? Мне бы хотелось застраховать мою жизнь на сумму пятьдесят тысяч фунтов на короткий период. Можете это устроить?
Серые глаза смотрели на него хмуро.
– Непросто застраховаться, если вы отправляетесь выполнять подобное задание, – сказал Саванейк. – Там, где вам предстоит действовать, довольно опасно. Мне казалось, это именно то, чего вам хочется.
– Да нет же! – весело сказал мистер Кэмпион. – Вы неправильно поняли. Период, который я имею в виду, – это с момента, когда я покину ваш офис, и до отплытия «Маркиситы».
С минуту исполин смотрел на него с недоумением, а потом запрокинул голову и расхохотался, да так, что по лицу покатились слезы.
– У вас и впрямь есть чувство юмора, – сказал он. – Ладно, будет вам страховка.
– Нужно, чтобы она была оформлена по всем правилам, – не унимался мистер Кэмпион. – И желательно проделать это через кого-нибудь из моих личных брокеров. Позвольте воспользоваться вашим телефоном. Я позвоню моему человеку, велю немедленно явиться сюда и встретиться с вами.
Саванейк покачал головой:
– Не выйдет, мой мальчик.
Похоже, мистера Кэмпиона это задело.
– Если у вас имеется телефонный справочник, можете сами найти эту фирму и набрать номер. У меня есть веская причина, чтобы лицо, которое я назову, получило значительную сумму в случае моей смерти. Это также намек вашему секретарю, чтобы заботился обо мне хорошенько.
Саванейк взял телефонный справочник:
– Что за фирма?
– «Полтер, Брейд и Симпсон» на Пэл-Мэл. Вы, вероятно, слышали о них.
Саванейк приободрился. Это была одна из самых солидных фирм в своей области, уважаемая во всем мире.
– Я веду дела через брокера по фамилии Маккаффи. Свяжитесь с ним и дайте мне трубку.
Скорость, с которой Саванейк дозвонился, вызвала у Кэмпиона желание выразить похвалу, но исполин не позволил:
– Не будем терять время. Скажите, чтобы явился сюда через полчаса – страховка уже будет готова.
Мистер Кэмпион взял трубку.
– Привет, Маккаффи, – сказал он. – Это Кэмпион. Я страхую мою жизнь. Да, меня нанимает «Ксенофон» на короткое время. Можешь заскочить и оформить? Мне нужно уехать, но я все подпишу и оставлю тебе. Прости, старина, но это срочно. Поспеши. Скорость важна. Нет, я не сказал «корысть важна», я сказал «скорость важна». Срочно приезжай. Не думаю, что это потребуется: я совершенно здоров. Я в полном порядке, если не считать больного зуба. Ты знаешь, где это. Ксенофон-Хаус. До встречи. Поторопись. Спасибо, ты молодчина. – Он положил трубку. – Вы удовлетворены?
Саванейк кивнул:
– Пока все в порядке.
В какой другой фирме задача подобного рода потребовала бы изрядного срока, но здесь хватило пары фраз по телефону, адресованных деловитой пожилой секретарше в соседней комнате, чтобы нужные бланки были тотчас найдены и надлежащим образом заполнены.
– Страховая премия будет выплачена из причитающихся мне двадцати пяти тысяч, – заявил мистер Кэмпион, старясь выглядеть по-деловому. – И я хочу, чтобы в случае моей смерти страховая сумма досталась физическому лицу. Это ведь можно устроить?
– Безусловно. Кому именно?
– Мисс Аманде Фиттон. Адрес: Cуффолк, Понтисбрайт, мельница.
Саванейк удивился:
– Но вы знакомы с этой девушкой всего неделю, разве нет? С какой стати дарить ей пятьдесят тысяч фунтов?
– Есть ли необходимость углубляться сейчас в эту тему? – устало возразил мистер Кэмпион. – Вы и так слишком много обо мне знаете. Можете сами выяснить. И надеюсь, это никак не повлияет на выплату ей пятидесяти тысяч фунтов.
Когда со всеми формальностями было покончено, Саванейк нажал кнопку звонка.
– Пришло время прощаться, Кэмпион, – сказал он. – Вы выбрали единственно правильный курс, и уверен, вы добьетесь успеха. Мистер Парротт ожидает в приемной. Документы взяли? Деньги? Очень хорошо. Тогда до свидания. Рекомендую ознакомиться с инструкциями, как только доберетесь до каюты. Они исчерпывающие, и полагаю, вам не составит труда следовать им. Желаю удачи.
Мистер Кэмпион в приемной нашел мистера Парротта, который весьма неплохо справлялся с ролью полицейского под прикрытием, будучи одет в синее пальто и солидную шляпу-котелок. Пожилая дама по-прежнему сидела за своим столом; она дружелюбно кивнула посетителю.
– У вас чудесная каюта на борту «Маркиситы», – сказала она. – Я телеграфировала стюардессе, велела положить вам на койку кучу одеял. Когда отплываешь, всегда холодно.
Мистер Парротт, очень мрачный и полностью лишенный своего природного добродушия в разреженной атмосфере приемной шефа, взял Кэмпиона под руку.
– Идемте. – Он немного расслабился, когда они вышли в коридор и за ними закрылась дверь. Понизив голос, доверительно сообщил: – В конце коридора есть лифт – не нужно проходить через офисы. Как зуб, старина?
– Кошмар, – пробормотал мистер Кэмпион, чей рот теперь полностью был закрыт платком. – Разболелся вконец. Надо полагать, зайти к дантисту мне нельзя?
Его речь была так неразборчива, что мистер Парротт не уловил ее смысла. Разобрал лишь
