Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 47
— Вам повезло, — заверил ее Владислав Анатольевич. — Нам требуется главный редактор студенческой газеты. Приступайте к работе прямо завтра.
Не помня себя от радости, девушка полетела домой как на крыльях, на следующий день примчавшись работать — выполнять за этого мошенника его обязанности.
— Дурочка, — вздохнула Катя. — Она должна была поинтересоваться, когда ее зачислят, и поговорить об оплате.
— Если бы она забыла это сделать, — покачал головой Семен Иосифович, — то ее мама наверняка напомнила бы ей. Точно так же рассуждал и наш друг, придя к Татьяне Афанасьевне с напечатанным приказом, согласно которому журналистку принимали на должность главного редактора с каким-то там окладом. Самой Татьяне он, конечно, не сказал ничего, под ложным предлогом отослав ее из кабинета. Попросив Шумелова посидеть в приемной, секретарь отправилась на бесплодные поиски того, кто якобы желал ее видеть. Времени Шумелов даром не терял. Аккуратно подделав подпись ректора, он поставил на приказе печать. Вернувшаяся Татьяна так ни о чем и не узнала. Этот липовый приказ Шумелов и показал несчастной журналистке. Она, естественно, поверила, спросив лишь, когда ей принести трудовую книжку.
— Вам будут выплачивать из фонда университета, — добродушно пояснил Владислав Анатольевич. — Но это лишь до тех пор, пока газета не получит лицензию. Мы оформим все сразу же после первого выпуска. Так что статус безработной у вас будет недолго. Согласны?
Девушка кивнула.
— Тогда пишите заявление, которое я передам в фонд. Покажем нашу продукцию — и вы сразу получите деньги.
Молодая журналистка была вне себя от счастья. Два месяца она сидела у него в кабинете, словно приклеенная к компьютеру. Шумелов говорил ей, что доволен ее работой. Он якобы постоянно разговаривает о ней с ректором, и тот уже согласен взять ее на следующий год, зачислив в штат преподавателей и предоставив ей вести какую-нибудь дисциплину. Можете представить себе состояние человека после такой продуманной лести?! Разумеется, она сделала номер, и очень неплохой. Шумелов отнес его на верстку, где напротив должности главного редактора напечатали его фамилию и инициалы.
— Ошиблись, — горестно сообщил он своей помощнице. — Обидно, но уже ничего нельзя сделать. Но, главное, ректор в курсе, кто по-настоящему работал главным редактором.
Она поверила и этому. Первые сомнения закрались в ее голову, когда ее не пригласили на празднование Дня студента. Ведь именно тогда должна была состояться презентация ее детища.
— Я бы не советовал вам приходить, — ответил Шумелов на ее вопрос. — Ректор у нас с приветом. Совершенно не имеет своего мнения. Если представителям госадминистрации не понравится газета, ректор тут же сотрет вас в порошок, о чем сам потом пожалеет. Предлагаю вам отсидеться. Вместо вас на амбразуру брошусь я — мне не впервой!
Естественно, его еще и поблагодарили, однако сомнения в ее душу он заронил. Возможно, ее матери что-либо показалось странным. Во всяком случае, на следующий день журналистка поинтересовалась, когда ей заплатят.
— Газета не понравилась, — объявил ей мой коллега. — Теперь все зависит от настроения ректора.
— Что же мне делать? — растерянно поинтересовалась она.
— Готовить следующий выпуск, к 23 февраля.
Вероятно, придя домой, она все рассказала матери. Та посоветовала девушке записаться к ректору на прием, чтобы выяснить, что ждет ее дальше, — Сребренский усмехнулся. — Представляешь, каким ударом стало для нее это открытие: шеф понятия не имел ни о какой новой сотруднице, занимающей с недавних пор пост главного редактора! Он популярно объяснил ей: газета — это общественная нагрузка товарища Шумелова.
— Но ведь он обещал мне! — проканючила бедняжка.
— Он не имел на это права, — пояснил шеф. — А вы как могли ему поверить? Разве вы не знаете, как именно устраиваются на работу?
Услышав о фиктивном приказе, он радостно потер руки: совсем близко замаячила перспектива навсегда избавиться от Шумелова. Ректор обратился к Татьяне Афанасьевне:
— Пригласите ко мне Владислава Анатольевича.
Того, как всегда, не оказалось на рабочем месте. Через полчаса его еле нашли по мобильному. Раздраженный голос шефа его не испугал.
— Буду, как только, так сразу, — буркнул он.
Войдя в приемную, Шумелов первым делом подошел к Татьяне.
— Советую на все вопросы вашего шефа отвечать — «нет», — тихо сказал он ей на ухо. — Иначе вас ждут большие неприятности!
Сначала она ничего не поняла.
Владислав Анатольевич уверенно вошел в кабинет ректора:
— Здравствуйте.
Тот сразу пошел в атаку:
— Я еще раз предлагаю вам написать заявление об уходе по собственному желанию. Пока я не привлек вас к уголовной ответственности за мошенничество!
Мой коллега изобразил любопытство:
— Я, часом, никого не убил?
Шеф в ярости забрызгал слюной:
— Вы прекрасно знаете, о чем я… Вам напомнить, как вы подделали документ?
На лице его собеседника отразилось искреннее удивление:
— Какой документ?
— О зачислении некой (он назвал ее имя и фамилию) на должность главного редактора студенческой газеты!
К негодованию ректора, его подчиненный даже не покраснел.
— Вы о ком говорите?
— О молодой журналистке, которую вы подло обманули и использовали!
Шумелов почесал в затылке. Отречься от своей помощницы напрочь было бы уже слишком. Многие из его коллег видели ее и даже разговаривали с ней, зная, чем она занимается.
— Я понял, о ком вы.
— Слава богу!
Радость ректора оказалась преждевременной.
— Это было целиком и полностью ее желание, — пояснил Шумелов. — Я же не принимаю людей на работу.
— Однако ей вы не только пообещали, но и…
— Я не сумасшедший, — перебил его Владислав Анатольевич. — Никакого липового приказа не было! Девушка добровольно вызвалась мне помочь, думая, что мы оценим ее работу и пригласим к нам преподавателем на следующий год. Я предлагал ей познакомиться и поговорить с вами. Она почему-то отказалась. Может, оно и к лучшему. Я против того, чтобы она здесь работала.
Это было понятно. Шумелов нуждался в помощнице, делавшей для него все безвозмездно. Эта девушка уже сорвалась с крючка, и больше на ней не поездишь. Так пусть катится ко всем чертям. Ректор смотрел на Шумелова, словно читая его мысли.
— Я вам не верю! И у нас наверняка есть свидетели. Вы ведь взяли печать со стола Татьяны Афанасьевны!
Владислав Анатольевич не смутился:
— Давайте спросим ее саму.
Секретарша влетела в кабинет шефа с красными пятнами на лице. Она словно предчувствовала недоброе:
— Я слушаю вас…
Ректор сурово посмотрел на нее.
— Поступили сведения, что вашей печатью воспользовались для мошеннических целей, — сказал шеф.
— Этого не может быть!
— Я хочу, чтобы вы вспомнили, как однажды этот человек попросил вас отлучиться из кабинета якобы по чьему-то вызову и остался в приемной один. Было такое?
Только теперь секретарша поняла смысл предупреждения Шумелова.
Она растерянно посмотрела по сторонам. Шеф начинал закипать:
— Отвечайте!
Татьяна Афанасьевна изменилась в лице. Она не знала, что ей делать.
Ректор попытался прийти ей на помощь:
— Я не верю, что вы сами оставили свой пост. Напротив, я настаиваю, что вы были введены в заблуждение этим субъектом. Можете смело рассказать мне об этом. Уверяю вас, наказания не последует.
Секретарь тяжело вздохнула. Она прекрасно знала о непорядочности Шумелова и о его изворотливости. Лучше понадеяться на его хитрость, чем заиметь такого врага.
— Владислав Анатольевич никогда не просил меня покинуть рабочее место, — твердо сказала она. — Наша печать также не покидала пределы кабинета.
Ректор прищурился:
— Вы уверены? Подумайте хорошенько!
— Я подумала.
Шумелов победно улыбнулся.
— Скажите, кто-нибудь, кроме этой девушки-журналистики, видел липовый приказ? — обратился он к шефу.
Тот побагровел. Он понял, куда клонит его ненавистный подчиненный: его слово — против слова молодой журналистки. Владислав Анатольевич встал со стула.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 47
