– Живосалов, козел вонючий! – заорала Элис по-русски и с размаха врезала по голове Гризи папкой с секретными циркулярами Фонда Индустриального Развития, которую схватила со стола Брэкстона.
Брэкстон нажал кнопку вызова, на пороге кабинета тут же вырос здоровенный охранник.
– Джим, проводите, пожалуйста, людей на выход, – сказал агент, загружая снова „Крайм-Рекер-II“. Выходящая троица тем временем обменивалась гневными словесными эскападами по-английски и по-русски, причем неформальные высказывания на русском превалировали.
Оставшись один, Брэкстон немного повеселел. „Да все не так уж плохо, есть впереди перспективы...“, – подумал он.
Два часа назад Брэкстон, красный как рак, вошел в кабинет Дейла Паркера, который угрюмо сидел за столом и поигрывал ручкой „Паркер“.
– Вы уволены, Брэкстон! – небрежно заявил Паркер.
– У меня есть предложение, сэр, – по-деловому отреагировал Брэкстон. – Мы можем заработать миллион долларов. Русским, конечно, не под силу сделать программу для дела, но в играх они, как выяснилось, знают толк.
Настроение Паркера при упоминании о столь значительной даже для американца сумме зримо улучшилось. Он отложил ручку-однофамилицу в сторону и немигающим взглядом уставился на подчиненного.
– Вы сейчас звоните в „Майкрософт“, и мы загоняем им это дерьмо. Хотя не такое уж это и дерьмо, это хорошая игра, старина Билл Гейтс сделает на ней неплохие деньги, – выпалил Брэкстон. – А то, что получим, можно будет просто поделить.
Паркер оценил предложение своего подчиненного тут же, потянувшись рукой к телефону. Уже собираясь набрать номер, он вдруг остановился и, глядя на Брэкстона в упор, заявил:
– Я хочу семьдесят процентов, Тони...
Брэкстон сглотнул слюну и зло подумал: „Мать твою...! Как будто это он дошел до десятого уровня, а не я! Вот гад!“
„Какие же гады эти русские! Шакалы паршивые!“, – думал Абдалла аль-Носсад, стоя прислоненным к стене в позе распятого Иисуса в своем особняке в Эр-Рияде. Его конечности были связаны, а тело болело от побоев. Рядом с ним находилось трое арабов, намерения которых в отношении Абдаллы отнюдь не были доброжелательными.
– Говори, где программа? – в сотый раз спросил один из резидентов и с размаху въехал аль-Носсаду в пах. – Кому продал ее, ишак позорный?
В голове агента четко отпечаталась ужасающая мысль – сексуальная ненасытность саудовского миллионера после этого вечера уйдет в историю навсегда.
– Я же говорил, что с Россией работать нельзя! – устало откликнулся аль-Носсад. – Нет там ничего ценного и быть не может, потому что не может быть никогда! Кого вы слушали? Видели бы вы этого дурака Бакаева, с которым мне пришлось общаться там!
Зазвонил телефон. Один из палачей взял трубку и тут же встал по стойке „смирно“.
– Да, я все понял, господин президент, – выслушав минутный монолог невидимого собеседника, ответил он в трубку.
Закончив разговор, он сказал двум остальным:
– Развяжите его и сажайте в машину. Мы едем в аэропорт. Приказано прекратить заниматься этим делом и доставить этого козла в Центр.
В центре экрана зажглась надпись „GAME OVER“, что означало конец моего очередного сеанса вечерних компьютерных развлечений. Весьма увлекательная это вещь – „Крайм-Рекер“. Намного круче, чем хваленый „Дум“. И не в пример последнему разнообразнее. Однако что-то я заигрался...
„Надо бы и отдохнуть“, – сказал я сам себе, устало нажимая Escape и выходя в Нортон.
Приятель словно угадал мои мысли и зажег на экране надпись:
ПРЕДЛОЖЕНИЕ ДЛЯ ХАКЕРА.
ИСПОЛЬЗОВАТЬ ПРОГРАММУ „ПИШЕМ ДЕТЕКТИВ“ ДЛЯ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ОПИСАНИЯ ПРОВЕДЕННЫХ ДЕЛ.
Я понял, что Приятель с его семигигабайтной фантазией не позволит мне отдохнуть никогда, выругался и пошел спать.
