Правда, другого там масса… – он сделал неопределенный жест. – Но это уже не моя забота. Что делать будешь дальше?
Они остановились на парковке: Максу очень хотелось пройтись до гостиницы, подышать резкими запахами продрогшей осени, полюбоваться на город – массивный и хмуро-настороженный.
– Сперва – выспаться, – признался Макс. – Утром продолжу поиски Темных. Я еще раз попросил оперов перепроверить записи с камер, надо выяснить, что за хмыри увели девушку из клуба.
– Там чисто, мне кажется, кто-то не хочет, чтобы их физиономии попались нам.
Макс тоже об этом подумал.
– Значит давай поищем другие камеры, к которым никто не мог подобраться: уличное видеонаблюдение, записи с регистраторов на машинах такси… Это же бар, там есть парковка. Не может такого быть, чтобы никто ничего не видел и не слышал… В общем, еще раз наведаюсь в этот клуб.
В конце концов девушку именно здесь видели в последний раз живой, должен же владелец заведения понимать, что на этом моменте шутки закончились?
Глава 22
Макс вздохнул и посмотрел на часы – в клуб уже прибывала ранняя публика, предпочитающая тихую музыку и трезвую компанию. Этот клуб, в котором обрывались ниточки, ведшие к Глафире Темных, его беспокоил – здесь чувствовалась прочная круговая порука: клуб принадлежал какому-то местному криминальному авторитету, с которым все тщательно старались не портить отношения.
И Макс теперь знал, за что дернуть, чтобы эти ниточки начали распутываться.
Он сверился с фотографией, загруженной в галерею мобильного телефона, насупился, расправил плечи и решительно шагнул к двери.
Его сразу окутало искусственным дымом, оглушило кислотной музыкой, игравшей, впрочем, пока не на полную мощность – в зале еще можно было разговаривать. Но в нем Макс не задержался. Он пересек его, толкнул вторую дверь, ведущую во внутренние помещения и VIP-залы. Тут же напоролся на шкафоподобного охранника.
– Куда? – протянул тот, по-бычьи выпучив глаза.
– К Царю…
Достал удостоверение и распахнул перед носом охранника, тот нахмурился, отстранился, как это обычно делают дальнозоркие люди.
– Тут стой, – велел.
И скрылся за ближайшей дверью.
Макс последовал за ним.
И оказался в небольшом обеденном зале, где за единственным столом скромно обедал невысокий лопоухий мужчина в дорогом серебристо-черном костюме. На вошедшего охранника он посмотрел как на пустое место, а вот появившийся из-за спины амбала Александров его заинтересовал.
– Пожрать спокойно не дадут, – вздохнул мужчина и, вытерев губы салфеткой, отбросил ее. Откинулся на спинку стула.
Охранник обнаружил Макса у себя под рукой, схватил его за локоть:
– Куда-а! – заревел.
– Повторяешься, дружище, – Макс лукаво усмехнулся. – Ты уже спрашивал, а я уже отвечал. К шефу твоему, к Царю.
И он кивнул на замершего и с интересом изучающего его мужчину.
– Пусть пройдет, – велел.
Охранник с видимой неохотой высвободил локоть Макса и отошел к двери в ожидании указаний. Мужчина за столом сделал едва уловимое движение плечом – охранник ретировался за дверь.
Макс тем временем, не дожидаясь приглашения, устраивался за столом Андрея Ивановича Горохова, местного авторитета и владельца этого клуба. Он был из криминалитета старой закалки, получивший воровской статус благодаря многократным хождением на зону, жесткими решениями и следованием воровскому закону. Это по сведениям вездесущего Глеба. Он очень не хотел отпускать Макса одного на встречу.
– Ты что, Горох, были времена, людей живьем в бетон закатывал!..
Макс отмахнулся:
– Это когда было? В девяностые? Сейчас он уважаемый человек, предприниматель…
Глеб фыркнул:
– Видал я таких предпринимателей.
– С нами обоими он говорить не станет, – отрезал Макс.
И оказался прав. Царь Горох или просто Царь, как его теперь все звали, был тертым мужиком. Кто сел перед ним, он разгадал раньше, чем Макс достал удостоверение. Поморщился:
– Убери ксиву, воняет от нее…
Макс пожал плечами, удостоверение убрал. Поставил локти на стол, будто рассчитывая на доверительную беседу. Горохов не торопился, он изучал его. Из неприметной двери появилась официантка.
– Что-нибудь еще, Антон Иванович?
– Кофе принеси, – велел он тихо. – И это все забери… Сыт я.
Все это он сказал, не отпуская взглядом Макса. Криво усмехнувшись, уточнил:
– Себе закажешь что-нибудь?
– Кофе здесь нормальный? – спросил Макс.
– Обижаешь… – Горохов скривился.
– Тогда кофе… черный, без сахара.
Когда девушка-официантка удалилась, владелец бара протянул:
– Значит, без затей ты человек? Раз кофе черный и без сахара…
Макс рассмеялся:
– Как вы ловко меня раскусили!
Горохов помолчал. Макс не торопился, ждал свой кофе. Когда он, наконец, оказался перед ним, принюхался, сделал небольшой и аккуратный глоток: напиток, в самом деле, оказался отменным, с легкой горчинкой, без кислоты, с пряным и мягким послевкусием.
– Ну, говори, зачем пожаловал, – Горохов шумно отхлебнул кофе, отставил крохотную фарфоровую чашку на блюдце. Макс заметил, как ему некомфортно: Царь, в сущности, был простой мужик, и наверняка привык пить из больших толстостенных чашек густой и сладкий кофе. Статус обязывал играть едва ли не аристократа.
– Кофе отличный, – Макс, будто издеваясь над хозяином, сделал еще один глоток. – Надеюсь, мне туда ничего не подсыпали.
– Ничего… кроме слабительного, – Горохов замер, насладившись вытянутым от удивления лицом Макса, и расхохотался.
Макс вздохнул:
– Н-да… Не ожидал я от вас такого… мальчишества.
– А не хрен моих людей в неловкое положение ставить. Вот ты прорвался ко мне, а я Батисту должен за это голову свернуть? Нет уж, дудки… Хотя он, конечно, накосячил, упустив тебя из виду.
У него был тихий, шелестящий голос. Осторожный, будто извлекаемых из связок с оглядкой. Обманчиво теплый и притворно любезный.
– А я, между тем, пришел вам помочь.
Горохов удивился:
– Вот это невидаль. Чего это вдруг?
– У вас в клубе пропала девушка, ваша консуматорша Глафира Темных, – Макс достал мобильник из кармана, показал Горохову фото Глафиры.
Тот прищурился:
– Впервые вижу.
– Ну, это понятно: не барское дело – смотреть, как сотрудники выручку делают. Но свидетельские показания, чем она тут у вас занималась, у меня имеются, – Макс отмахнулся: – Да не в этом суть. А суть в том, что ее похитили прямо из зала. На глазах у ваших сотрудников.
– И что?
– А то, что после этого девушку никто не видел, однако найдены ее окровавленные вещи. Смекаете, к чему я клоню?
Горохов задумался. Макс вздохнул:
– Я готов закрыть глаза на то, что подчистили записи с камер видеонаблюдения, что ввели сотрудников полиции в заблуждение, но тогда вам придется посодействовать следствию и дать отмашку своим людям предоставить все необходимые нам сведения и сообщить, кто именно увез Глафиру Темных из клуба. У нас есть все основания полагать, что личность это была знакомая и вам, и вашим сотрудникам… Ну, а если
