посидишь без него, — всё тем же безразличным тоном инструктирует меня Дым.
— Отпусти! Немедленно! — я окончательно слетаю с катушек и поддаюсь эмоциям.
Дым стряхивает меня со своего плеча. Я едва не падаю на задницу.
— Оставлю павербанк. На всякий случай, — он вытаскивает из заднего кармана совсем крошечный павербанк с проводком.
— Я здесь одна не останусь.
— Останешься.
— Нет! Мне страшно!
— А сдохнуть не страшно?
Я давлюсь очередным своим вскриком и судорожно пытаюсь втянуть воздух.
— Не заставляй тебя приковывать наручниками, — Дым берет меня за руку и вкладывает в нее павербанк. — Я вернусь, а ты сиди тихо. Ради своей же безопасности.
Я стискиваю твердый пластик пальцами и продолжаю смотреть в «дымные» глаза. Их взгляд предельно серьезный и как всегда тяжелый.
Медленно проглатываю слюну и прижимаю несчастный павер к груди, будто это какой-то оберег.
Дым едва заметно мне кивает. На секунду я решаю, что он хочет что-то еще сказать или… сделать, но он только разворачивается и уходит. Закрывает меня в безопасной темноте своего будущего дома.
Глава XXXII
Еще утром я плескалась с девчонками в бассейне и наслаждалась жизнью. Теперь же сижу в темноте чужого дома и прислушиваюсь к каждому шороху как напуганная до смерти кошка.
С собой у меня нет ничего из того, во что можно было бы закутаться и почувствовать себя чуть менее одиноко. Все свои пляжные вещи я оставила у Насти. Не удивлюсь, если подруги больше никогда не захотят со мной куда-нибудь выбираться, потому что потом им вечно приходиться возиться с моими вещами.
Понизив до максимума яркость экрана смартфона, я бездумно перемещаю иконки, захожу в сеть, выхожу, перебираю контакты.
Сердце то успокаивается, то снова начинает разгоняться. Стараюсь пресечь поток немых вопросов, которые буквально атакуют мое сознание. Всё равно ведь это ничего не даст, только сильней себя измотаю и напугаю.
Нужно дождаться возвращения Дыма.
Если он, конечно, в очередной раз не пытается меня обмануть.
Но какой у меня есть выход? Ослушаться и рискнуть собственной жизнью?
Устроившись в самом дальнем углу комнаты, которая скорей всего в будущем должна стать гостиной, я притягиваю колени к груди и упираюсь в них лбом.
Сама не замечаю, как проваливаюсь в дремоту, несмотря на не самую удобную позу для сна.
Просыпаюсь и резко поднимаю голову. Кажется, мне приснилась какая-то жуткая ерунда. Шарю взглядом по полутьме комнаты. Она выглядит ужасно пугающе, особенно, ее голые кирпичные стены.
Растираю лицо ладонями и аккуратно поднимаюсь с пола. Решаю, что сделаю всё от себя зависящее, чтобы не уснуть. Пока не дождусь Дыма, глаз больше не сомкну.
Принимаюсь расхаживать то в один угол комнаты, то в другой. Замечаю в окне какое-то странное шевеление.
Замираю.
Кровь начинает оглушительно ухать в ушах.
Это Дым? Он вернулся?
С усилием проглатывая комок, я аккуратно подхожу к окну, чуть прячусь, чтобы меня не заметили снаружи. Хотя это вряд ли возможно. Здесь такая темень внутри.
Кто-то ходит вокруг дома и светит фонариком. Я быстро присаживаюсь на корточки, когда яркий белый луч врезается прямо в мое окно.
Я так часто и быстро дышу, что приходиться закрыть рот ладонью. Меня вдруг одолевает глупый детский страх, словно тот, кто ходит там снаружи, вот-вот услышит мое дыхание.
Нет. Это точно не Дым. Ему незачем нарезать круги, правда же?
Значит… этот человек вполне может оказаться врагом.
Впрочем, Дыма тоже в категорию друзей не отнесешь.
Я не двигаюсь еще очень долго, буквально врастаю в холодную шершавую стену дома. Внутрь, к счастью, никто не ломится и окна не пробует разбить.
Это хорошо. Определенно хорошо. Но я всё равно больше не рискую разгуливать по дому, отчего меня снова начинает клонить в сон.
Медленно возвращаюсь в свой угол и снова засыпаю. Кажется, что закрываю глаза всего лишь на пару секунд, а на деле сплю весь остаток ночи.
Просыпаюсь от того, что кто-то касается моего плеча. Непривычно нежно и аккуратно. Не знаю, кто это делает и зачем, но мне приятно. Безумно. Хочу окунуться лицом в эту осторожную… нежность?
— Вставай, — слышу до одури знакомый голос.
Дым.
Разлепляю глаза, дергаюсь, отчего врезаюсь спиной в стену.
Че-е-ерт. Больно.
Дым сидит передо мной на корточках. Взгляд, как всегда, серьёзный.
Это он ко мне только что прикасался?
Вряд ли. Он так не умеет. Он умеет причинять только боль.
Мне просто всё это приснилось.
Чуть жмурюсь от яркого солнца, что затапливает своими лучами комнату.
— Уже… всё? — хрипло спрашиваю и сажусь.
— Не особо.
Тру заспанные глаза и пытаюсь пригладить ладонью волосы. Это глупо, но меня беспокоит мой внешний вид, будто я хочу для этого мужчины даже в такой ситуации казаться… красивой?
Да зачем?
Если и прихорашиваться, то только для того человека, который действительно это оценит.
— Здесь ночью кто-то был, — сообщаю и чувствую, как по коже проносятся мурашки.
— Зима. П-проверял, нормально тут всё или нет.
Я рассеянно киваю. После «весёлой» ночки не получается быстро собраться с мыслями.
— И что теперь? То есть, что теперь мне делать? Я могу уйти?
— Нет.
Короткий ответ Дыма заставляет что-то внутри меня неприятно сжаться.
— Почему? Ты можешь хотя бы в двух словах объяснить, что происходит?
Дым чуть склоняет голову набок и продолжает рассматривать меня. Я не могу прочесть его этот пристальный взгляд, а щеки всё равно почему-то становятся горячими и сердце в грудной клетке словно подрагивает.
Нет уж. Больше никаких иллюзий насчет этого… этого говнюка.
Мне с лихвой хватило прошлого урока. Не уверена, что во второй раз Поля согласится меня вытягивать из трясины. Скорее окончательно утопит и скажет напоследок, что я сама виновата. И она будет права.
— Тебе бы п-поесть и…, — он обводит взглядом всю мою съёжившуюся фигуру. Наверное, я сейчас выгляжу жалкой. — П-переодеться, например.
На самом деле Дым прав. Мне бы не помешало привести себя в порядок и смыть с кожи след опасных приключений.
— Подбросишь меня домой? — неловко спрашиваю, пока поднимаюсь с пола.
— Нет.
— Почему?
— П-пасут.
У меня перехватывает от ужаса дыхание.
— Я понятия не имела, что за мной кто-то следит, — шепчу и обнимаю себя руками, чтобы почувствовать хоть какую-то защиту.
— Логично. Так и должно быть.
Дым выпрямляется и сует ладони в карманы джинсов.
— Сейчас ко мне, а потом п-поговорим.
Я не протестую и считаю этот план, наверное, лучшим из возможных на данный момент.
* * *
Выключаю воду и аккуратно выбираюсь из душевой кабины. Вытираю ладонью запотевшее зеркало
