Если кто-то постучит в дверь, не обращай внимания. И не отвечай на звонки.
С этими словами Син Чжисэнь закрыл дверь и ушел.
Фан Му понял, что он имел в виду: позволить посторонним людям просматривать полицейские досье было серьезным нарушением дисциплины.
«Почему он не подумал о том, что убийцей могу оказаться я?»
Фан Му горько усмехнулся, но тем не менее был благодарен Син Чжисэню за доверие.
Юноша огляделся. Кабинет был совсем тесным: письменный стол, стул и диван у стены. Остальное пространство занимали несколько книжных шкафов, Фан Му попробовал подергать за ручки шкафов, но все они были заперты.
Юноша сел за письменный стол. Перед ним лежали толстые переплетенные тома. На обложке были написаны детали дела, время и место преступления, а также имя жертвы. Фан Му вытащил нижнюю.
Умышленное убийство. 31 декабря 1999 года.
Здание университетского театра. Чэнь Си.
При виде имени Фан Му задохнулся, словно его горло сжала смертельная хватка.
Он протер внезапно помутневшие глаза, собрался с мыслями и с трудом пролистал этот том.
Стенограммы допросов. Отчет об осмотре места происшествия. Отчет о вскрытии. Далее шли фотографии с места происшествия. Руки Фан Му задрожали.
Вот Чэнь Си лежит на тележке. Шея тонкая и белая, но головы нет. За исключением нескольких пятен крови на воротнике, халат чистый и белый.
Голова на сцене. Длинные волосы, перепачканные кровью, смутно виден широкий белый лоб, скуластые щеки.
Фотография головы крупным планом. Длинные волосы разделены на пробор, выражение лица спокойное и безмятежное. Брови слегка нахмурены, глаза плотно закрыты, а в уголках рта, кажется, затаилась улыбка. Под ней аккуратная гладкая рана, а мышцы кажутся безжизненными и бледными.
Топор с длинной ручкой, брошенный на сцене. На лезвии не видно пятен крови.
Фан Му испустил неудержимый всхлип, слезы крупными каплями падали на фотографию.
Спустя некоторое время юноша прикусил пальцы и заставил себя успокоиться.
«Ты под моей защитой…»
Фан Му засунул фотографию обратно, глубоко вздохнул и открыл первую папку.
Умышленное убийство. 17 сентября 1999 года. Ванная комната на третьем этаже второго общежития для мальчиков в Педагогическом университете (западная сторона). Чжоу Цзюнь.
Когда он закончил, было уже пять часов вечера. В свой кабинет вернулся Син Чжисэнь. Он зажег сигарету и сел напротив Фан Му. Тот опустил голову, не желая, чтобы Син Чжисэнь видел его все еще красные и опухшие глаза.
– Ты хочешь о чем-то поговорить?
Фан Му покачал головой.
На лице Син Чжисэня не было и следов разочарования. Он встал и похлопал парня по плечу:
– Пойдем поедим вместе. В здешней столовке неплохая еда.
Фан Му поднял голову и улыбнулся:
– Нет, я хочу вернуться пораньше.
* * *
Он сидел в шестьдесят четвертом автобусе и смотрел в окно. Был час пик, когда повсюду горланят люди и громко гудят автомобили. Прохожие спешили, возможно, предвкушая простой или, наоборот, роскошный ужин дома. Собственные ноги или проворные колеса несли своих обладателей к сухим тапочкам, теплому рису, добродушным жалобам, детскому лепету. Жизнь как текущая река – то успокаивается, то бурлит…
Фан Му посмотрел на темнеющее небо и почувствовал слабость во всем теле.
С противоположной стороны проехал автобус номер двадцать пять. Юноша смотрел, как он пересекает дорогу. В салоне ехала целая толпа людей; кто-то с неподвижным лицом, кто-то громко смеется… Их жизни никак не связаны друг с другом, судьбы просты, как день.
Только ее больше нет…
«Если я буду следующей, то хочу, чтобы он убил меня одним ударом. Желательно со спины, чтобы я ничего не поняла…»
В отчете о вскрытии говорится, что Чэнь Си была под наркозом. Ее обезглавили, пока она находилась в забытьи.
Уму непостижимо, но ее пожелание сбылось.
Автобус проехал мимо Педагогического университета, но Фан Му не хотел вставать и в итоге в оцепенении доехал до конечной. Выйдя из автобуса, он медленно побрел по дороге обратно к кампусу. Небо уже совсем потемнело, и на улице поочередно зажигались фонари. Его тень то удлинялась, то укорачивалась.
Он шел все быстрее и быстрее и наконец побежал изо всех сил. Прохожие с удивлением смотрели на несущегося куда-то юношу.
Прямо на бегу Фан Му снова разразился неудержимым и мучительным плачем.
* * *
Через два дня он пошел на похороны Чэнь Си.
Церемония проходила в крематории Чаоянгоу. Большинство участников были однокурсниками Чэнь Си, также пришли ребята из «отряда WPO».
Родителей Чэнь Си поддерживали ее тетя и дядя, кивая и отвечая тем, кто пришел попрощаться с девушкой. Чэнь Си была очень похожа на своего отца.
Вместо траурной музыки в зале звучала песня Карен Мок[17] «Любовь», которая, как говорят, была любимой песней Чэнь Си при жизни.
Если б не моя любовь к тебе, с чего мне не уснуть глубокой ночью…
Фан Му обошел гроб, установленный в центре зала, в котором лежала Чэнь Си с лавандовым шарфом, обмотанным вокруг шеи. Благодаря визажисту похоронного бюро она выглядела умиротворенной.
Любовь мучительна, но ты не можешь вот так просто от нее отказаться. Если копнешь поглубже в сердце, то найдешь там мое имя…
Ее руки были скрещены на груди и слегка сжаты, как будто она прятала секрет, похороненный глубоко в ее сердце.
Любовь – мой единственный секрет, разбивающий сердце, но такой пьянящий, и какие бы слова ни прозвучали, я буду скучать по тебе.
Поминальная служба закончилась. Когда убитых горем родителей Чэнь Си выводили из похоронного зала их родственники и однокурсники, а сотрудники похоронного бюро подняли гроб, чтобы переложить на специальную подставку и отправить в печь, Фан Му резко отвернулся.
Я люблю тебя…
Чжоу Цзюня задушили в туалете. После смерти убийца спрятал юношу в туалетной кабинке, придав ему позу человека, справляющего нужду, чтобы его не обнаружили раньше времени.
Тун Цянь столкнули с лестницы, и она разбилась, упав на площадку. Убийца убрался с места преступления, не оставив следов.
Сун Фэйфэй привязали к флагштоку и заморозили заживо. Убийца раздел ее догола, но следов сексуального насилия обнаружено не было. Он просто хотел убить, вот и всё. Превратить девушку в ледяную скульптуру.
Цзя Ляньбо убила глыба льда. Судя по всему, это был несчастный случай, точно не определишь… Однако почему убийца не спрятал тело и не убрал место преступления, как в прошлые два раза? Он мог засунуть трупы Сун Фэйфэй и Цзя Ляньбо под трибуны стадиона. В этом случае они могли бы оставаться незамеченными недели две.
Привязав девушку к флагштоку, убийца хотел показать,
