Марина Серова - Медовый месяц под прицелом

Что скажет Арефьев дальше, меня уже не очень волновало, потому что на дальнем плане я увидела Кондрашова в униформе официанта. Он лавировал между столиками, подавая угощение богатым клиентам.

«Папа» все-таки сдержал свое обещание: он стал уделять Кондрашову внимания больше, чем другим, даже оставил его при себе. Что ж, Иван сам того хотел.

— Женя, тебя к телефону, — прервала мои размышления тетя.

— Кто? — удивилась я.

— Подойди, узнаешь, — лукаво улыбнулась она.

— Я слушаю, — сказала я, взяв трубку.

— Видела интересный репортаж? — услышала я голос Никиты.

— Видела, а ты откуда про него знаешь?

— А мы с Егором в Тарасов ненадолго вернулись. Должен же я тебе дать вольную. Завтра пойдем разводиться, если ты, конечно, не передумала, — усмехнувшись, сказал Никита.

— Нет, Никита, я не передумала, — решительно сказала я.

— Тогда завтра мы с Егором к тебе подъедем. Твоя тетя не будет против, если Егор некоторое время побудет у нее?

— Думаю, нет. Приезжайте.

— Тогда до завтра.

— Пока, Никита.

Я уже хотела повесить трубку, когда услышала голос Никиты:

— Женя, подожди!

— Да, я слушаю тебя.

— Завтра мы с тобой разведемся, но обещай, что подумаешь, вдруг когда-нибудь тебе все-таки захочется разбавить нашу мужскую компанию.

— Я обещаю подумать. До завтра, Никита.

Я повесила трубку и еще некоторое время смотрела на молчащий аппарат.

Подумать-то я подумаю, но ты, Никита, мне просто нравишься, и жить с тобой всю жизнь я не смогу. И я не хочу, чтобы при виде меня ты немел или продолжал мечтать о совместном счастье.