Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 117
кругах».
«Кто ты на самом деле?»
На несколько мгновений диалоговое окно замерло. Потом пришел ответ.
«Человек, который планирует выжить».
Не разнюхивать. На это Фредрик готов был пойти – иначе он лишится осведомителя. Но каковы его намерения? Это он имеет право знать.
«Почему ты все это мне рассказываешь? Не боишься, что я распространю эти сведения?»
«А кому ты расскажешь?»
«Чего ты хочешь?»
Прошло некоторое время. Парень сам не знает, зачем это делает? Советуется с кем-то третьим? Или же размышляет, что еще вложить в голову бедному фрилансеру, уже запустившему руку в осиное гнездо?
«Все сложно», – ответил осведомитель.
Какая неожиданность!
«Крестный отец может существовать только при условии, что сам факт его существования не известен правоохранительным органам. Иначе они начнут охотиться за ним с энтузиазмом ищеек, и порядок будет нарушен. В рамках организации мы подумываем над тем, действительно ли Свартлинг удачная фигура в качестве лидера, учитывая его корни в преступности старого образца».
«Почему бы вам просто не убрать Свартлинга?»
Фредрик схватился за голову. Он только что сам предложил убрать человека?
«Само собой, мы об этом думали».
«Мы» – написал осведомитель. Журналист тут же обратил на это внимание и понял, что не только держит кобру в одной руке, но и скорпиона – в другой.
«Спровоцируй Свартлинга. Спроси его, верны ли слухи о Крестном отце».
«Он застрелит меня быстрее, чем я успею выговорить „мафиози-психопат“».
«Может быть. Но если он подумает, что Крестный отец знает о его планах, у него не будет другого выбора, кроме как быть осторожнее».
Так-так, ему предлагается обратный билет в нормальную жизнь, где ему не угрожают физическим насилием? Спрятаться за спину мистического Крестного отца, существование которого скрыто в тумане?
«Он боится Крестного отца?»
«Люцифер Свартлинг не боится никого».
Прошло несколько томительных секунд.
«Будь осторожен».
Статус осведомителя изменился на «Не в сети».
Будь осторожен…
Глава 42
Нина разглядывала список сокращений, найденный на столе у Фредрика Хельмарка. С одинаковым успехом это могли быть артикулы кафельной плитки и инициалы игроков команды по флорболу.
И их так много! Она погуглила наобум. RD ничего не дало. Выпали ссылки на все подряд: от аптек до мануальных терапевтов.
Инспектор просмотрела первые шесть страниц совпадений на SSP – «Гугл» пообещал ей не менее 12 600 000.
С СО все с самого начала было обречено на неудачу. На экране высветились все предприятия с добавкой &Co в названии. Так же дело обстояло и с FL. Никакой четкой картины. Просто ребус какой-то.
С этим загадочным списком Нина отправилась прямо к комиссару Хельмарку – вдруг он подскажет, чего там мог насокращать его родной брат?
Вопреки ее ожиданиям, тот вовсе не воодушевился. Он отмахнулся от листа бумаги, как он назойливой мухи.
– Ты не можешь заниматься этим сейчас! Я же сказал, что тебе следует делать! Это второе по важности!
«Не в духе» было привычным состоянием Габриэля Хельмарка. И если Нина хоть что-то вынесла из общения с Алексом Кингом, то «красного» комиссара нужно сперва «заземлить».
– Что-нибудь слышно из больницы? – спросила она, убирая листок со списком за спину.
Хельмарк на мгновение завис, потом шумно выдохнул, словно выпуская пар, и покачал головой.
– Насколько мне известно, Эва Аксберг лежит в закрытом психиатрическом отделении. По словам врачей, ей пока не разрешают ни с кем встречаться. Состояние у нее исключительно нестабильное. Хотя с чего бы ему быть иным.
– Мы успеваем набрать хоть какого-то материала для отчетности? Я могу взять на себя что-нибудь еще. У нас же есть и другие дела, помимо двух трупов.
Хельмарк откинулся на стуле и потер лицо.
– Спасибо. Да, дел у нас хватает. Вчера было вооруженное ограбление в… Черт, не помню. Тот здоровенный торговый центр на окраине города. Давай вернемся к этому разговору чуть позже, голова кругом.
Нина и представить себе не могла, насколько Габриэль Хельмарк устал. Самое громкое дело последних десятилетий рисковало остаться «глухарем». Но он вроде бы успокоился.
Она все же показала ему список.
– Твой брат. Я застряла вот на этом.
Комиссар что-то проворчал и протянул руку к листу бумаги. Пробежал по нему глазами, и через две секунды Нина заметила, как взор начальника остановился на какой-то точке. Его глаза чуть заметно округлились, но она успела это увидеть.
– Наверное, случайность, – проговорил комиссар, нахмурившись. – Возможно, это ничего не значит, он ведь журналист…
Нина закусила губу, чтобы не вскрикнуть от любопытства, поторапливая шефа.
– OG, – в задумчивости протянул Хельмарк, – может быть сокращением от Original Gangsters.
Она медленно кивнула. Может быть. Как и чем угодно еще.
– А остальные?
Комиссар принялся расшифровывать ребус, уверенной рукой вычеркивая сокращения из списка одно за другим.
– R&W вполне может оказаться Red and White Crew – своего рода подражанием «Ангелам ада». Ba может обозначать Bandidos. FL… Хм. Есть такое сборище психов, которые называют себя Fucked for life. Поначалу они называли себя Tumba Lords и специализировались на краже мопедов.
– Краже мопедов? – изумленно переспросила Нина. – Может, они еще конфетки у детсадовцев отбирают?
– Мелкая шпана нередко вырастает во взрослых преступников. Сейчас они, предположительно, стоят за несколькими ограблениями инкассаторов. В прошлом году они срезали татуировку у парня, потому что та им не понравилась. Он сделал себе надпись вроде «Fucking life», а они сочли это недопустимым. Слишком похоже получилось. Ужасная история. Настоящие психопаты.
Cтул тревожно заскрипел, когда Хельмарк поднялся и подошел к окну с бумагой в руке. Тяжело вздохнул.
– Я могу ошибаться, но Na может обозначать Naser – банду гангстеров из бывшей Югославии. – Он закусил губу. – XT – банда с большой фантазией, которая называется себя X-Team. А BrWO – вряд ли что-то другое, нежели братство Wolfpack. Или просто «Братство».
Инспектор Мандер кивнула. Все сходится. Как она могла быть настолько слепа? Как могла проглядеть такую очевидную связь? Но раньше она никогда не работала с группировками.
– Но стал бы твой брат связываться с чем-то таким, не подумав о том, насколько это рискованно? Журналистов порой убивают за их расследования.
Хельмарк издал безрадостный смешок.
– Фредрик за всю свою жизнь ни разу не проанализировал ни одного фактора риска. Начиная от инвестиций и заканчивая… наглым враньем в лицо тем, кому врать не следует.
Комиссар помотал головой, словно отгоняя неприятные воспоминания.
Нина вспомнила слова Алекса Кинга о «желтых» личностях. Действуют согласно интуиции, тут же кидаются с первого попавшегося обрыва, даже не зная, что там внизу. Их легко вдохновить на подвиги, но глубокий анализ происходящего – это не
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 117
