Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 59
– Спасибо на добром слове, Егор Алексеевич. Нет, ничего не надо, просто я устала. – Ираида отвела взгляд. – Неделя так неделя, я понимаю.
Егор вышел из кабинета, запер дверь и спустился в холл – там его ждал Федор, держа в руке вязаную шапку. Егор вспомнил постоянные их с Инной препирательства вокруг злополучной шапки и засмеялся: у Федора не было ни единого шанса.
– Что смешного?
– Инна тебя с этой шапкой в покое никак не оставит?
– Куда там… перед Новым годом случился у меня отит, так она меня с тех пор перепилила напополам из-за этой шапки. Куда едем?
– К Рубахиной. – Егор открыл дверь на лестницу. – На работу не вышла, трубу не берет. Как-то неспокойно мне, а Сорокин, как на грех, куда-то запропал. Ну а одному ехать неразумно – мало ли, что там может оказаться, один в поле не воин.
– Я сейчас Дэну позвоню. – Федор достал телефон. – С ним будет проще. А то в прошлый раз нехорошо получилось.
– Дэн занят, только что Диму пытались убить.
Федор присвистнул:
– Я час назад звонил в больницу, узнавал, как он там. – Егор щелкнул замком сигнализации. – Дима тогда в себя не пришел, но был жив, и док сказал, что раны заживают. Убить его хотели, потому что он знает, кто угостил его наркотиком – тот же человек, который дал его Шаповаловой, а та передала Маше, велев отравить Верочку. Когда Дима очнется, он скажет, кто с ним пил в тот вечер и из-за чего его хотели убить. Надеюсь, медсестра выживет.
– Диму теперь будут охранять, я думаю. – Егор устало потер лоб. – Он один может указать на убийцу. Единственный свидетель, по сути.
– Это если он вспомнит. – Федор хмуро смотрит на дорогу. – Я вот в сомнении… когда Верочка очнется, вспомнит она меня?
– Федь, даже не думай о таком! – Егор посмотрел на его потемневшее лицо. – Она жива и рано или поздно проснется. И, конечно же, вспомнит тебя, и вы поженитесь – будет свадьба, она наденет белое платье и фату, ты будешь в смокинге, с цветком в петлице, у Патрика на шее бант…
– Мы сегодня решили Патрика контрабандой протащить к ней в палату. – Федор еще больше нахмурился. – Инна с Олеговичем не будет говорить – он, по ее мнению, толстокожий ретроград, не признает альтернативных методов, а во всем мире кототерапия применяется довольно успешно.
– Что применяется?!
– Кототерапия. – Егор вздохнул. – Ну, посмотрел я в Интернете. Когда больной долго в коме, ему котят запускают на кровать, они ходят, мяукают, урчат – и многие просыпаются. Я видел даже исследование, где ученый пишет, что урчание кошки действует на нервную систему человека очень благотворно.
– Я все понимаю, но Патрик – это не котенок, которого можно незаметно в кармане пронести. Как ты притащишь незаметно кота весом почти восемь килограммов, с хвостом в шестьдесят сантиметров? Куда ты его сунешь, чтоб незаметно было?
– Инна в сумку его усадит, есть у нас дома сравнительно небольшая дорожная сумка радикального леопардового окраса для суточных командировок. Мы уже примерили, Патрик поместится. Она не выглядит большой, пронесем его в ней.
– Так, понятно. – Егор засмеялся. – Вы уже все продумали. Что ж, свадьба, похоже, не за горами. Ох и напьюсь я за ваше здоровье – хоть и непьющий!
– Ты-то что с Инной?
Федор спросил это осторожно, вскользь, но Егор понял – он беспокоится об Инне, он привязан к ней и чувствует себя ответственным за нее. Несмотря на то что она обращается с ним как с ребенком, Федор понимает, что он – мужчина в доме.
– Я-то что… как она.
– Это да. – Федор вздохнул. – Вера все сокрушалась, что Инна не создала семью из-за нее. Хотя я думаю, что это не потому, просто Инне семья не нужна была. Но когда-то же станет нужна? Сначала я думал, что у них с Дэном получится, но оказалось, это не совсем те отношения. И вдруг у вас стало что-то получаться…
– Думаешь, получается?
– Боюсь вспугнуть. – Федор показал скрещенные пальцы – средний и указательный. – Видал? Держу за тебя. Мы с Верой всегда говорили: необходимо, чтобы у нее кто-то был… ну, кроме нас. Она же классная, Инка, если вдуматься. Просто очень самостоятельная, независимая, и с отношениями не умеет напрочь. Этому ты должен ее научить, а ты сам в этом чайник. Может, потому у вас и стало что-то получаться, что вы оба в этих делах – чайники. Вот и строите что-то свое, не опираясь на прежний опыт, которого нет. Как вы оба умудрились дожить почти до сорока лет и не получить никакого опыта, для меня загадка.
Егор знал, что Федор прав. Но тут он никак не мог повлиять на ситуацию – он шел на ощупь в темноте, держа за руку женщину, которую не хотел потерять. Они ступали осторожно, то и дело останавливаясь и возвращаясь на пару шагов назад. Но утром она делает ему бутерброды и кладет в портфель, и это наполняет его день светом. Он хочет, чтобы свет остался с ним, а без женщины, которая является его источником, такое невозможно.
– Я хочу быть с ней на любых условиях – кроме Дэна в ее постели. – Егор притормозил недалеко от нужного дома. – Не из-за ревности, а просто потому, что она мне дорога, а не что попало. А вот хочет ли она…
– Она, пожалуй, сейчас хочет только одного – вернуть Верочку. – Федор вздохнул. – Вся ее жизнь последние семнадцать лет строилась вокруг Веры. И если ты не станешь ее торопить, но будешь рядом, когда нужен, – я думаю, шанс есть. А Дэн… Егор, я ни хрена не понимаю в их отношениях, но я бы на твоем месте не сильно переживал из-за его присутствия в ее постели, это будет всегда, время от времени они просто затевают эти хороводы, но они ничего не меняют для них обоих. В какой-то момент у вас что-то пойдет в нужном русле, и Дэн останется в гостиной, а в спальне будешь только ты. Подумай об этом и не парься понапрасну. Дело не в сексе, а в нашем к нему отношении. Идиотский дом, скажи?
Они вышли из машины, припаркованной около высокого здания. Жилой комплекс «Лермонтово» – название гораздо лучше, чем сам дом, построенный за городским цирком. С одной стороны девятиэтажная общага, почти впритык придвинутая к новостройке, с другой – трамвайная линия. И цирк, закрывающий первые три этажа дома. Добавить сюда высоковольтную линию, проходящую рядом, и картина готова.
– Квартиры здесь продавались с большим скрипом. – Федор скептически осмотрел высотку. – Второй подъезд, восьмой этаж. Дэн сейчас подъедет, подождем.
Реутов прибыл на служебной машине.
– Снова головной боли мне добавить хотите? – Реутов хмуро посмотрел на них. – Ну, не вышла эта дура на работу, стоило тащиться сюда…
– Дэн, не в ее привычках не прийти на работу. – Федор, похоже, не слишком обращал внимание на настроение приятеля. – Она даже с гриппом приходит.
– Тогда пошли.
Консьержка, взглянув на удостоверение Реутова, кивнула и вернулась к вязанию. Егор подумал, что вдвоем с Федором они бы вызвали у старушки кучу вопросов, а так хватило кивка.
– Пешком я не пойду. – Федор нажал кнопку вызова лифта. – Дэн, у нас лифтофобия, знаешь?
– У меня бы она тоже появилась, если бы я вчера был с вами. – Реутов помрачнел еще сильнее. – Я тут узнавал… эксперты говорят, что трос был перерезан. А это не так легко, трос рассчитан на десять лет работы по поднятию тяжестей, и чтобы его перерезать, нужен специальный инструмент и немалая физическая сила. Понятно, что ни одна из подозреваемых баб на это не способна. Так что есть кто-то еще, тут Егор прав. Сколько у вас сотрудников-мужчин?
– Надо посчитать… – Егор призадумался. – Я приеду в офис и составлю список.
– Составь, обсудим. – Реутов первым вышел из лифта. – Квартиры здесь огромные, на коне гуляй, но дом расположен неудачно. Вот ее апартаменты, звоним, что ли.
Звонок звучит как гонг в буддистском храме, но за дверью тихо. Егор достает сотовый и звонит Рубахиной – где-то в квартире слышен звук сигнала, он узнает мелодию, это рингтон, который всегда звучит у Татьяны.
– Труба тоже в квартире. Дежавю? – Федор потянул на себя дверь, и она подалась. – Да тут не заперто, смотрите! Совсем как у Димы…
– Отойди. – Реутов достал пистолет и снял с предохранителя. – Вы оба идете за мной. А лучше вообще оставайтесь здесь.
– Еще чего! – Федор состроил гримасу. – Нет, мы с тобой.
– Тогда сзади. – Реутов открыл дверь и вошел. – Ни к чему не прикасайтесь.
Продвигаясь по коридору, Реутов заглядывал в открытые двери: в кухне пусто, в ванной тоже, в спальне и кабинете беспорядок, но никого нет. Егор с интересом осмотрелся. Квартира Рубахиной была такая же безликая и бесцветная, как ее хозяйка. Все стандартное, и на всем печать какой-то незавершенности – тут не хватало мягкой мебели, здесь – шкафа, вещи навалены, как попало, на диван и на пол.
– Стойте там. – Реутов выглянул из гостиной. – А лучше отправляйтесь назад. Теперь это дело полиции, нечего вам тут топтаться.
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 59
