себе и играли прежние роли.
Только Фан Му и У Хань выслеживали убийцу.
Размышляя об этом, Фан Му молча положил руку на плечо друга. Этот парень был худощавым, однако в нем чувствовалась незримая сила, которая заставляла людей чувствовать себя уверенно, и на него можно было равняться.
– Пойдем. – У Хань не переставал озираться. – В сложившейся ситуации лучше проявить осторожность.
Фан Му кивнул. Он встал, размял онемевшие конечности и поплелся за У Ханем.
Кампус давно опустел. Слабо светили одинокие уличные фонари. Фан Му и У Хань шли там, где граничили свет и тьма. Фан Му заметил, что правая рука У Ханя засунута в карман пальто. Да, с таким провожатым бояться нечего…
Подойдя к зданию общежития, юноша осторожно подергал ручку. Как ни странно, дверь оказалась заперта. Он уже собирался постучать, когда У Хань помешал ему:
– Не беспокой тетю Сун, а то опять раскудахтается… У меня есть ключ.
Через несколько секунд он уже отпер дверь.
– Пойдем, только тихо!
Вдвоем они прокрались в здание общежития. На подходе к лестнице У Хань, шедший позади, внезапно остановился.
– Что случилось, Третий брат? – спросил Фан Му.
У Хань повернулся и уставился на лестницу в другом конце коридора.
– Фан Му, ты ничего не видел?
Глава 21
Истинный убийца
Фан Му глянул в другой конец коридора, но там была лишь пустота.
– Ничего… – Он повернулся к У Ханю: – А что ты увидел?
– Ну… – Тот задумчиво покачал головой. – Может, мне просто померещилось? – Пожал плечами. – Ладно, пойдем…
Фан Му побрел по лестнице, но, дойдя до площадки, вдруг понял, что У Хань не следует за ним. Он повернулся и обнаружил, что тот замер на месте.
– Что случилось, Третий брат?
У Хань нахмурился, все еще глядя в другой конец коридора. Через несколько секунд он сказал Фан Му решительным тоном:
– Шестой брат, кажется, что-то не так…
Увидев его напряженное лицо, Фан Му быстро спустился и негромко спросил:
– Что ты только что видел?
– Когда я поднимался, мне показалось, что я видел человека на лестнице… и вдруг он исчез.
– А? – Фан Му посмотрел на часы. – Уже почти двенадцать часов, кто мог выйти…
– Вот почему мне не по себе. – У Хань посмотрел на Фан Му. – Может быть, это…
Они переглянулись и, не сговариваясь, направились в другой конец коридора. У Хань, прижавшись к стене, бесшумно скользнул к лестнице; Фан Му следовал за ним, прислушиваясь.
Ближе к лестнице У Хань сунул руку в карман пальто и вытащил большой складной военный нож.
Фан Му замер:
– Третий брат, ты… что?
Тот поднял палец к губам и прошептал:
– Купил после выписки. Когда я снова встречусь с ним, он так просто со мной не справится.
У Хань щелкнул ножом. В тусклом свете холодное и блестящее лезвие выглядело впечатляюще. Фан Му вдруг почувствовал необъяснимую нервозность, его ладони внезапно вспотели.
На лестнице никого не оказалось. У Хань подтолкнул Фан Му сзади, давая понять, чтобы тот следовал за ним по лестнице.
Поднявшись на второй этаж, он внезапно изменился в лице и быстро присел на корточки. Фан Му тоже поспешно опустился на корточки, не смея даже пикнуть.
Через несколько секунд вокруг воцарилась тишина. Фан Му осторожно поднялся и посмотрел на лестницу. Ничего необычного. Он глянул на У Ханя. Тот, очевидно, уже что-то обнаружил: он нахмурился и слегка прищурился, словно улавливая какой-то звук. Фан Му прислушался, навострив уши, но ничего не услышал.
У Хань мрачнел, и Фан Му втайне забеспокоился.
«Что именно ты услышал?»
Наконец Третий брат повернул голову и одними губами произнес: «Шестой этаж».
Шестой этаж?
Насколько знал Фан Му, только половина комнат на шестом этаже была занята студентами, а другая половина временно пустовала. Несколько комнат использовались в качестве кладовок, там хранились всякие мелочи и чистящие средства. Для удобства жилая зона и склад были разделены бетонной стеной. Кроме того, между лестницей и коридором с этой стороны склада находилась железная дверь, обычно запертая. Лестница, по которой сейчас поднимались Фан Му и У Хань, вела на склад. На этой стороне не жили студенты, как мог кто-то подняться туда поздно ночью?
Фан Му мучило странное чувство, У Хань же метнулся вверх по лестнице. Фан Му не стал долго раздумывать и бросился следом.
Восемь пролетов показались невообразимо длинными. Подошвы кроссовок чиркали о ступеньки в несколько раз громче обычного. Фан Му бежал вверх, а перед ним мельтешил У Хань. Когда они добрались до площадки между пятым и шестым этажами, Фан Му почувствовал, что сердце готово выскочить из груди.
И тут же его глаза расширились.
Обычно запертая железная дверь была открыта.
В одно мгновение Фан Му почувствовал, что в его мозгу воцарился хаос, словно в него хлынули бесчисленные вопросы.
Кто открыл эту дверь?
Кто тайком пробрался на шестой этаж посреди ночи?
Что он хотел сделать? Или…
Что он уже сделал?
От этих вопросов Фан Му на время потерял способность думать и действовать, просто застыл на месте. У Хань же, наоборот, быстро пришел в себя, взбежал на шестой этаж, внимательно осмотрел замок двери, а затем осторожно толкнул ее, махнув рукой, чтобы Фан Му поднимался.
Тот осторожно вошел в железную дверь и увидел У Ханя, который сидел на корточках в углу коридора.
Фан Му прижался спиной к стене и уже собирался открыть рот, чтобы спросить, в чем дело, как вдруг увидел лицо У Ханя. Оно побледнело, как мел, а его черты исказились. Третий брат тихо встал и, прислушиваясь к движению в коридоре, жестом попросил Фан Му приложить ухо.
– Какой-то человек… вошел во внутреннюю комнату.
Фан Му изумился:
– Ты видел, кто это?
– Нет, только спину, но… она кажется мне знакомой.
Фан Му вдруг почувствовал, что у него пересохло во рту.
– Что нам делать, Третий брат? Может, вызвать полицию?
У Хань, подумав, прошептал:
– Не торопись, может, это и не убийца… Давай сначала посмотрим.
Он высунул голову из-за угла и, убедившись, что там никого нет, махнул рукой Фан Му и осторожно двинулся в конец коридора.
У Хань шел впереди, а Фан Му позади. Нужная им дверь была закрыта, но через щель пробивался слабый свет. У Хань прижался ухом, а через мгновение выпрямился и тихо сказал Фан Му:
– Внутри кто-то есть.
Сердце Фан Му бешено забилось. По барабанным перепонкам ударил гулкий звук, словно в коридоре стучали кувалдой.
У Хань посмотрел на Фан Му, его кадык заходил ходуном. Он сжал нож,
