Верховенский - Priest P大

– К-кто такой лао Ян? О чём речь?

Тао Жань вопросительно посмотрел на капитана, тот похлопал Сяо Хайяна по плечу и кратко представил:

– Этого дурня воспитывал Гу Чжао. Можно сказать, он родственник невинно пострадавшего ветерана.

Фэй Ду пожал плечами:

– В таком случае я родственник преступника, предавшего «организацию» и тоже ставшего жертвой.

– Мы с Тао Жанем пытаемся выяснить правду об убийстве нашего наставника лао Яна, который погиб три года назад, – пояснил Ло Вэньчжоу. – Не так давно его жена передала нам предсмертное письмо. Каждый из нас располагает разной информацией, предлагаю за ужином обменяться сведениями.

Они будто вслепую продирались сквозь густой туман. Все четверо отправились во тьму, кто в поисках справедливости, кто по личным мотивам, и теперь после долгих блужданий их пути, взявшие начало в разных точках, наконец сошлись в один. В бескрайнем мраке загорелись крохотные огни.

– Я могу задержать Вэй Вэньчуаня с отцом, но ненадолго, – сказал Ло Вэньчжоу. – У нас нет никаких доказательств, а парень даже не совершеннолетний. Они прекрасно это понимают и чувствуют себя в безопасности. Времени мало. Что будем делать дальше? Проверка «Мелодии дракона» точно не лучшая идея. Я разузнал: здание принадлежит Вэй Чжаньхуну. В теории можно достать записи с камер видеонаблюдения поблизости, но для этого нужен официальный запрос и веская причина. Я не могу затребовать их по велению левой ноги. В отделе полно народу, даже если жучок Тао Жаню подкинул кто-то со стороны, всё равно нельзя исключать утечку. Пока не нанесём решающий удар, будем держать всё в секрете.

– А если обратиться к информаторам? – предложил Тао Жань.

– Можно ли им доверять? – вмешался Сяо Хайян. – Среди них встречаются люди всех мастей, никогда точно не знаешь, с кем они общаются и на кого ещё работают. Я подозреваю, что дядю Гу подставил как раз один из информаторов.

До сих пор хранивший молчание Фэй Ду вдруг произнёс:

– Можем задействовать моих людей.

Глава XXX

Здание «Мелодии дракона» в Бэйюане было построено по всем правилам фэншуй. В нём насчитывалось более тридцати этажей, верхние занимал отель, нижние – коммерческие помещения и офисы, а посередине разместились рестораны с видом на город. В хорошую погоду солнечные лучи проходили сквозь панорамные окна и переливались радугой на соседнем здании, но сегодня солнце ещё не взошло.

В четырёх заведениях гостям предлагали насладиться шведским столом, западной, юго-восточной и авторской домашней кухней. Как раз в последнем подавали тот самый фо тяо цян с бок-чоем. Ресторан юго-восточной кухни занимался круглосуточной доставкой блюд в гостиничные номера и в шесть утра открывал свои двери на завтрак. В четыре часа несколько девушек ещё протирали столы и меняли цветы в вазах. Уборка и украшение зала значились последними задачами для сотрудников ночной смены, в четыре пятнадцать на дежурство заступали их коллеги.

Большинству официанток было около двадцати. Одни приехали на заработки, другие учились в университетах, и все без исключения благоухали юной свежестью и радовали глаз, стоило лишь немного принарядиться. Старшая официантка – симпатичная девушка с волосами, собранными в конский хвост, – наполняла водой вазы, умудряясь не пролить ни капли, и расставляла по ним цветы, создавая простые и изящные композиции.

– Вэйвэй-цзе, давай быстрее, первые закуски уже готовы!

Старшая официантка коротко отозвалась, окинула внимательным взглядом зал и последовала за коллегами на кухню. Первая порция закусок готовилась для прогрева печи, проверки свежести ингредиентов и экспериментов с новыми специями. Иногда шеф-повар использовал это время для обучения подчинённых, но блюда, сделанные на пробу, никогда не подавались гостям. Как правило, их получали официантки ночной смены и, если не съедали на месте, уносили с собой.

После работы девушки с урчащими от голода животами слетелись на аппетитный запах. Старшая официантка по имени Вэйвэй дождалась, пока каждый возьмёт себе по порции, и аккуратно собрала остатки в пакеты.

– Опять собралась кормить этих неудачников снизу? – скривила губы одна из девушек, поправляя макияж. – Вэйвэй-цзе, послушай, с этими деревенщинами надо быть настороже. Ты слишком добра к ним, того и гляди надумают себе лишнего и позарятся жабы на лебяжье мясо! Сама подумай, куда им такая еда? Они акулий плавник от стеклянной лапши отличить не смогут, зато помои и собачий корм сожрут за милую душу. У них же язык так, только для вида! Баоцзы с туалетной бумагой из придорожного ларька – вот их уровень.

Вэйвэй не стала спорить и улыбнулась. От официанток дорогого ресторана требовали безупречных манер и обязывали на работе выглядеть идеально. Окружённые роскошью, со временем они начинали верить, что сами принадлежат высшему обществу, и с пренебрежением смотрели на охранников, которые трудились одновременно с ними в том же здании.

Вэйвэй была добрым человеком и прекрасно ладила с окружающими. Каждый раз после смены она забирала часть закусок и по дороге домой заносила их охранникам. В конце концов, они также всю ночь не смыкали глаз и заслуживали сочувствия и поддержки. Коллеги Вэйвэй и повара уже давно не удивлялись её поведению и, возможно, даже считали глуповатой: вместо того чтобы угождать гостям, она водила дружбу с бесполезными людьми.

Тихонько подпевая весёлой песне в наушниках, Вэйвэй спустилась по служебной лестнице. В конце рабочего дня у неё открылось второе дыхание, лёгкой походкой она обошла своих подопечных, каждому вручила по пакету с едой и двинулась дальше – в подвал, в комнату наблюдения. Обычно там дежурили двое: коренастый парнишка лет восемнадцати и старый хитрый лис, который скидывал на напарника всю работу и дрых без задних ног в комнате отдыха по соседству.

После четырёх утра, когда бороться со сном становилось особенно трудно, визит красивой девушки, несомненно, бодрил, но, к сожалению, насладиться им в полной мере юноше не удалось. Сегодня Вэйвэй принесла необычные баоцзы с тайскими специями. Молодой оператор оказался не готов к такой экзотике, и после двух штук у него в животе поднялся настоящий ураган. Некоторое время он стоически терпел, но в итоге не выдержал и с мученическим видом попросил:

– Вэйвэй-цзе, ты не могла бы тут за всем присмотреть? М-мне надо в туалет, а напарник отдыхает, не хочу его будить.

Вэйвэй согласилась, и юноша, вздохнув с облегчением, засеменил прочь. Когда его шаги стихли вдали, лучезарная улыбка девушки померкла. Она сделала глубокий вдох, сосчитала про себя до двадцати, а затем вытащила из кармана флешку и обернулась к мониторам.

«Нужны записи за шестое ноября, около полудня, – мысленно повторила она, – ресторан, вестибюль, основной и служебный входы,