Светлана Алешина - Ошибка природы (сборник)

Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 54

— Фотографии!

Ого! Развоевался…

— Только не надо приказывать, — поморщилась я. — А то я становлюсь неуправляемой!

Он сказал уже тише:

— Фотографии!

— А на колени? — предложила я. — Давайте вы на коленях попросите! А то очень обидно, никто никогда не стоял передо мной на коленях! А ведь я этого заслуживаю!

— Фо-то-графии, — процедил он сквозь зубы, и я почувствовала, как в бок мне ткнулось что-то твердое.

Черт! Мой собственный револьверчик!

— Какая гадость… эта ваша заливная рыба, — пробормотала я. «В такую бездну страх я зашвырнул…» — Я заору, — предупредила его.

— А я выстрелю, — усмехнулся он, и я ни на минуту не засомневалась, что он это сделает.

— Хорошо, но фотографии у меня дома.

— Пошли, — коротко приказал он.

Я обернулась. Из фойе консерватории вылетел Пенс. Наверное, Ларчик больше не мог его сдерживать. Он несся на Воробьевского, как древний рыцарь на нечестивого сарацина. Я даже замерла в восхищении!

— Сашка!

Зря только он закричал. Я понимаю, нервы у него сдали. Но последнее было ужасно.

Воробьевский развернулся, и теперь дуло револьвера смотрело на Пенса, при этом гад Воробьевский схватил меня за шею, прикрываясь мной.

— Пенс, остановись! — заорала я.

Наше представление уже собрало достаточное количество зевак. Только проку от них не было совершенно.

Одна тетка, правда, издала тихий вопль про милицию, но он как-то растаял в тумане.

Пенс продолжал нестись на Воробьевского, игнорируя мой револьвер, отчего мне было глубоко не по себе.

Выстрел заставил меня закрыть глаза от ужаса.

— Сережка, — простонала я. — За-чем?

Но, к собственному удивлению, вдруг обнаружила, что Воробьевский падает.

Я свободна?

Открыв глаза, увидела, что Пенс совершенно жив и более-менее здоров.

И еще я увидела фигурку девушки. Или подростка. В темноте, знаете ли, не разберешься!

Да и вообще — была ли «девочка»-то? На суде я вряд ли поручусь, что видела именно девушку.

В конце концов, если мне когда-нибудь придется встретиться с Таней Глухаревой, я в первую очередь скажу ей спасибо. Но я поняла, что Воробьевский был последним.

Потому что в наступившей тишине я отчетливо услышала это:

— Последний, — сказала Таня, уходя в ночь…

Когда мы пришли и я все еще не могла отделаться от мерзкого запаха пороха, телефон надрывался вовсю.

До этого я была спокойна. Но, сняв трубку и услышав мамин голос, почувствовала, что сейчас со мной точно случится истерика.

— Мам? Когда же ты приедешь? — только спросила я.

— Сашка, ты же большая девочка! А тут маленькая внучка, и Алиска с ней не управляется! С тобой-то ничего не случится, ты большая девочка!

Я стояла, прислонившись к стене, и по моим щекам ползли слезы.

Да, мама, со мной… никогда… ничего… не случается!

Я и правда большая…

Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 54