каюту к этой самой Музе. Мне кажется, я все понял.
Таисия вышла вслед за ним из каюты и заперла за собой дверь. Нельзя оставлять ее открытой, когда на корабле грабители. И убийца.
– Что ты понял? – спросила она, едва поспевая за его широкими шагами.
– Сейчас объясню, потерпи.
Они спустились на среднюю палубу и остановились у каюты, в которой жили Муза и Клавдия. Номер этой каюты Орлов успел выяснить по дороге, позвонив капитану, телефон которого, оказывается, успел заранее взять. Предусмотрительный как… как хирург-трансплантолог, вот кто.
На стук им никто не открыл. Ну, ясно, еще нет полуночи, красотки явно развлекаются в баре, найдя очередную жертву, которая оплатит им выпивку. Неужели и правда у Орлова с этой ночной бабочкой ничего не было? Но что он тогда понял?
– Какие люди, и без охраны, – послышался пьяный женский голос.
По коридору, слегка покачиваясь, к ним подходила Клавдия.
– А подруга твоя где? Мне надо с вами поговорить, – сообщил ей Орлов. – Пока добровольно и без полиции.
– Тю, напугал. С чего бы это нам с тобой разговаривать.
– Поговоришь – узнаешь. Муза где?
– Откуда я знаю, в номере должна быть.
– Тогда почему не открывает?
– Да что ты пристал? Может, спит, может, трахается. Не все же такие несговорчивые, как ты.
От известия, что Иван несговорчивый, настроение у Таисии снова неуклонно повышалось. Может, щитовидку проверить? Иначе с чего бы это ее эмоции скачут туда-сюда, как пьяные сайгаки?
– Открывай, – приказал Орлов. – Придется отвлечь твою подругу от любого из этих прекрасных занятий.
В глазах Клавдии, Таисия видела, мелькнула тревога. Она безропотно вставила ключ в замок, повернула его два раза, толкнула дверь.
– Музка, ты тут? Твой красавчик пришел. Со своей кралей. Поговорить хочет. Муза-а-а-а…
Она прошла по коридорчику в глубь каюты, Орлов успел переступить порог, а Таисия еще стояла в коридоре, когда изнутри раздался оглушительный вопль:
– Муза-а-а-а-а!
Орлов одним прыжком преодолел разделявшее его с Клавдией расстояние, Таисия рванула следом и уткнулась в его спину, все же недостаточно широкую для того, чтобы скрыть от ее глаз ужасную картину. Парализованная Муза лежала на полу и билась в конвульсиях, явно предсмертных. Лицо у нее было совершенно синее, а горло разодрано длинными ногтями, видимо, при попытке впустить в грудь побольше воздуха.
Таисия не успела осознать, что происходит, как девушка дернулась в последний раз и застыла.
– Она что, умерла? – дрожащим голосом спросила Таисия, на глазах которой еще никогда никто не умирал.
– Она не умерла. Ее убили. И, судя по всему, тем же алколоидом, – бесстрастно ответил Орлов. – Надо сообщить капитану. И Бекетову.
День десятыйВятские Поляны
Поднятая ими суматоха длилась практически всю ночь. Конечно, следственные действия на плывущем корабле оказались невозможны, вызванная Бекетовым оперативная бригада сможет подняться на борт только в Вятских Полянах, но опрос пассажиров, которые могли что-то видеть и слышать, следователь провел незамедлительно, сразу после того, как судовой врач Сергей Сергеевич констатировал смерть Музы.
Ее подругу Клаву оставили напоследок, начали с остальных туристов, многие из которых уже легли спать. Разумеется, в лучших традициях, никто ничего не видел и не слышал. В соседней каюте вроде вспомнили, как от каюты, которую занимали Муза и Клавдия, доносились какие-то голоса, а потом хлопнула дверь, но ничего более определенного сказать так и не смогли. Голоса и голоса. Вроде мужской и женский, а может, и нет.
Кто-то из туристов вспомнил, как видел Музу в ресторане за ужином. Там Таисия и Орлов ее тоже видели. Более того, Орлова она даже толкнула, вновь привлекая внимание. Настойчивая была девка, когда хотела добиться своего. Видимо, за свою настойчивость и пострадала.
Хлюпающая носом Клава, которую капитану пришлось в срочном порядке переселить в другую свободную каюту, поскольку оставлять ее рядом с мертвым телом подруги на кровати не представлялось возможным, тоже не знала, как Муза провела последние пару часов перед смертью.
– После ужина я пошла в бар, а Музка в номер. Сказала, что у нее голова болит и ей надо полежать.
Взгляд у Клавы был напряженный, бегающий. Она упиралась, не желая переезжать в другой номер, требовала оставить ее одну, чтобы собрать все вещи, и Орлов прекрасно понимал почему. Он знал, что девушка лжет. Он злился, ведь смерть девицы нарушила его планы на эту ночь. Планы были столь же прекрасны, сколь и грандиозны. Отправляясь в каюту Музы, он собирался расставить все точки над «i», чтобы успокоить Таисию, а потом вернуться к той в номер, чтобы завершить начатую процедуру соблазнения. Не было у него более важной задачи, чем соблазнить девицу Ермолаеву.
Она так ему нравилась, что у него холодело где-то в животе, когда он просто на нее смотрел. Когда же Орлов представлял, как подхватит ее на руки, уложит на кровать и разденет – очень медленно, чтобы смаковать каждый открывающийся глазам кусочек нежной розовой кожи, – и, насладившись увиденным, проложит на этой коже дорожку из поцелуев, в нем зарождался огонь, который, как он подозревал, грозил покрыть все вокруг лавой и пеплом. Почище Везувия.
Каким-то внутренним, тайным мужским знанием он понимал, что она очень порывиста и горяча в постели, и ему не терпелось проверить свою догадку на практике. И вот это выстраданное им удовольствие отодвигалось как минимум на сутки, из-за того, что неведомый убийца решил пришить красавицу Музу.
– Вот что, уважаемая, – резко прервал он сопливые объяснения Клавдии. Свое зло Орлов был готов сорвать на ком угодно. Лгунья Клава для этого подходила как нельзя лучше. – Вы бы прекратили это представление. Ночь за окном. Людям спать пора. Расскажите нам лучше, как вы с вашей подругой обносили каюты туристов.
Таисия смотрела на него во все глаза. Впрочем, на лице следователя тоже появилось крайнее изумление.
– Что? – спросил Бекетов. – Что это значит?
– На корабле произошло несколько краж, – спокойно пояснил Иван. – У туристов из триста двадцать первой каюты пропал бриллиантовый гарнитур, а у Анны Михайловны Быстровой – старинное кольцо с изумрудом. Не ошибусь, если завтра при осмотре каюты, где лежит тело, эти ценности найдут. Правда же, Клавдия? Вы же именно поэтому так настаивали, чтобы вам дали собраться, хотели забрать украденное?
Клавдия не просто заплакала, а завыла в голос, подтверждая его правоту.
– Девушки специально отправились в круиз, чтобы грабить обеспеченных пассажиров. Я с самого начала удивлялся, что столь прелестные создания забыли в скучном речном путешествии, в которое состоятельные мужчины отправляются исключительно со «своим самоваром». Дамы выглядели и вели себя как типичные охотницы за «папиками», но проблема
