Андрей Воронин - Алкоголик

- Ты бы прилег, майор, - сказал Абзац перед тем, как сесть за руль "Волги". - Не могу же я вести машину с этой хреновиной в руке. Придется бросить.

Чиж оглянулся. Его товарищи были далеко и вряд ли могли его услышать, поскольку он не собирался орать.

- Можешь хоть в задницу ее засунуть, - сказал он негромко. - Все равно это муляж.

Секунду Абзац молча смотрел ему в глаза, а потом его губы тронула тень улыбки: он все понял. Его пальцы медленно разжались. Наблюдая за этим движением, Чиж испытал инстинктивное желание упасть носом в асфальт и зажмурить глаза, хотя и знал, что взрыва не будет. Потом Абзац незаметно для стоявших в отдалении людей бросил безобидную железку на сиденье, уронил пистолет на дорогу, боком упал за руль, хлопнул дверцей и дал газ.

"Волга" сорвалась с места, как выпущенная с борта корабля торпеда. Чиж в два прыжка подскочил к тому месту, где она только что стояла, схватил валявшийся на асфальте пистолет и разрядил обойму вслед удалявшейся машине. Одна из пуль разбила задний фонарь, остальные прошли мимо. Майор плюнул и с размаху грохнул разряженным пистолетом об асфальт - очень эмоционально, но при этом так, чтобы, не дай бог, не повредить механизм.

***

Операция "Перехват" не дала никаких результатов, поскольку была введена в действие с большим опозданием. Два дня Чиж терпеливо ждал вестей, а в начале третьих суток из сводки происшествий по городу узнал о смерти уголовного авторитета Павла Букреева по кличке Хромой. Смерть эта была описана в сводке как очевидный несчастный случай: в первом часу ночи тяжелый "континенталь" Хромого, идя на огромной скорости, потерял управление и врезался в опору троллейбусной контактной сети. Живых в машине не осталось. Прибывший на место инспектор ГИБДД установил, что причиной аварии послужил прокол правого переднего колеса - баллон просто взорвался, послав тяжелую машину в смертельный занос.

Дочитав сообщение, Чиж откинулся на спинку стула, закурил и стал думать о принесенной Лаптевым бутылке водки, которая до сих пор поджидала его в холодильнике. Случай был особенный, и Чиж решил, что вечером непременно примет сто граммов перед тем, как отправится на прогулку по Гоголевскому бульвару.