опасно?! Умоляю, не бросайте меня! – Судорожно дыша, девушка изо всех сил – так, что на руках выступили вены, – вцепилась в его халат.
– Хорошо. Тогда пойдем вместе, – после секундного колебания сказал Сюго, и Манами облегченно выдохнула. – Только от меня ни на шаг.
Она кивнула, и Сюго двинулся наверх по темной лестнице. Сердце в груди колотилось все сильнее. Манами, морщась от боли, карабкалась вслед за ним.
– Хигасино-сан! – вполголоса позвал Сюго на третьем этаже, заглядывая за стойку, где дежурили медсестры. Но там никого не оказалось.
Может, палаты обходят? В этот момент стон раздался вновь – откуда-то из конца коридора, и они с Манами повернулись на звук одновременно.
Сглотнув, Сюго шагнул вперед.
– Пойдете туда? – с ужасом спросила девушка.
– Если это главврач, надо ему помочь. Манами-сан, может, подождете…
Но та, не дожидаясь, пока Сюго договорит, изо всех сил замотала головой:
– Лучше с вами, чем одной.
– Ладно, идем.
Они шагали по коридору, и стоны были все ближе. Манами вдруг вскрикнула: из палаты в нескольких метрах впереди высунулась рука, беспомощно хватавшая воздух, будто прося о помощи. Снова раздался стон.
Кто-то определенно лежал на полу у входа в палату. Стряхнув с себя секундное оцепенение, Сюго бросился туда.
– Подождите! – Манами нагоняла его с трудом.
Сюго заглянул в палату и вздрогнул от неожиданности: перед ним был вовсе не Тадокоро, а пожилой мужчина в больничной пижаме, который полз по полу, протягивая вперед руку. Из руки сочилась кровь, темневшая в тусклом свете ночных ламп, – вероятно, больной вырвал капельницу.
– К-кто это? – прошептала Манами, прячась за спину Сюго. Тот указал на пустую койку рядом:
– Видимо, здешний пациент. Выдернул капельницу и свалился с кровати. – Он посмотрел на свисающую с койки бирку: «Синдзюку-11».
– А это что значит? – спросила Манами, недоуменно склонив голову набок.
– Имя.
– Как это – имя?
– Если не удается установить личность пациента, его называют по месту, где нашли, и порядковый номер дают. Пока не выяснится, кто это. Это одиннадцатый неизвестный пациент, а обнаружили его в Синдзюку [7].
Манами с сочувствием посмотрела на мужчину, который продолжал тянуть к ним руку.
– Что с вами? Вы понимаете, что я говорю? – Она опустилась перед ним на пол, но больной лишь бормотал что-то бессвязное.
– Похоже, речь утрачена – афазия. Скорее всего, после инсульта. Вон, левая сторона парализована. – Сюго тоже присел рядом. – Болит где-то?
Мужчина чуть заметно кивнул: похоже, афазия была моторной – понимать он все понимал, но утратил способность говорить.
Сюго бросил взгляд в коридор.
– Где, интересно, медсестры? Мне нужна информация о пациенте.
– Я могу поискать, – неуверенно предложила Манами, уловив в голосе Сюго раздражение. Тот чуть было не согласился, но вовремя опомнился – клоун по-прежнему бродил по больнице, лучше не отпускать девушку от себя.
– Не стоит. Переложим его на койку, а потом вместе поищем.
Сюго посмотрел на мужчину: тот был довольно субтильным – вероятно, поднять его можно даже в одиночку.
– Давайте я помогу вам перебраться на кровать. Сначала перевернитесь на спину, хорошо? – Сюго подсунул руки под тело лежавшего на животе пациента и тут же почувствовал что-то мокрое. Рвота? Моча? Он поморщился, жалея, что не надел перчатки, и осторожно перевернул больного. Тот громко застонал.
Манами вскрикнула: на животе слева расплывалось темно-красное пятно. Сюго посмотрел на свои ладони – правая была испачкана, и даже в тусклом свете не оставалось сомнений, что это за жидкость. Кровь.
Кровь?
Он поспешил поднять больничную тунику, в которую был одет пациент. На левом боку зияла большая рана.
– Это что, от операции? – произнес Сюго вдруг охрипшим голосом.
Длинный диагональный разрез был, без сомнения, сделан скальпелем. Получается, у прооперированного больного разошелся шов?
И тут, осматривая кровоточащую рану, Сюго кое-что заметил:
– Нити… перерезаны?
Он лихорадочно попытался осмыслить ситуацию: «Так… пациента недавно оперировали. Теперь кто-то разрезал шов и применил к ране воздействие… скорее всего, ударил по ней…»
– Но кто мог такое сотворить? – Манами, слышавшая его бормотание, широко раскрыла глаза.
Ответа на этот вопрос у Сюго не было. Клоун? Но тот был на первом этаже и, казалось, совершенно не интересовался здешними пациентами.
Он встряхнул головой – от размышлений сейчас толку нет, нужно оказать помощь больному.
Поднявшись на ноги, Сюго протянул чистую ладонь Манами.
– Идем к стойке медсестры.
– А его одного здесь оставим?!
– Мне нужны инструменты. И еще одни руки. Придется позвать медсестру, – скороговоркой выпалил Сюго, уже таща девушку по коридору.
– Хигасино-сан! Сасаки-сан! Тадокоро-сэнсэй! – заорал он во все горло, доставая с полки физраствор. Услышит клоун? Неважно. Главное сейчас – получить помощь.
Манами, поколебавшись, тоже закричала:
– Медсестра-а!
Прошло несколько минут – Сюго успел подготовить капельницу, иглы и физраствор, – прежде чем вниз по лестнице с перепуганными лицами сбежали Хигасино и Сасаки.
– Вы чего голосите? А если клоун услышит? – на грани истерики зашипела побагровевшая Хигасино, влетая за стойку.
– А вы где были? Сказали, что обойдете палаты, а сами?
Столкнувшись с его возмущением, медсестры смутились.
– Мы… на четвертом обход делали… Сасаки-тян [8] боялась одна идти. Верно? – обернулась к младшей коллеге Хигасино, и та энергично закивала. Сюго нахмурился: ему показалось, что женщины хитрят.
– Там, в палате в конце коридора, пациент упал. Ему срочно нужна помощь!
Хигасино в ответ лишь пожала плечами, будто желая сказать: «Ну и что?»
– Бывает. Иногда больные по палате бродят или на полу засыпают. Дело в том, что…
– Синдзюку-11, – перебил ее Сюго, и медсестра, разом умолкнув, захлопала глазами.
– Простите, что?
– Синдзюку-11. Упавший пациент. У него сильное кровотечение из раны на животе.
Обе медсестры чуть слышно застонали. Им что-то известно – теперь Сюго, внимательно наблюдавший за ними, был в этом уверен.
– Что с ним? Вы ведь наверняка знаете! – настойчиво произнес он, и Хигасино замялась.
– Да нет, просто… В любом случае пойдемте посмотрим. – Она выскочила в коридор и пустилась бегом, словно за ней гнались. Сюго, взяв поднос с инструментами, вместе с Манами последовал за медсестрой.
В палате они обнаружили Хигасино застывшей в оцепенении перед стонущим, окровавленным пациентом.
– Что здесь происходит? – спросил Сюго, и медсестра обернулась – так напряженно, будто у нее затекла шея.
– Да, это здешний больной… – произнесла она.
– Догадываюсь. Почему он на полу и почему у него кровотечение?
– А я откуда знаю?! – воскликнула Хигасино, досадливо мотнув головой.
– Вы же медсестра в этом отделении!
– Давайте лучше капельницу поставим. Пациент обезвожен. – Хигасино выхватила из рук Сюго поднос и, опустившись на колени, принялась накладывать резиновый жгут.
Сюго молча наблюдал, как она ставит
