Кто-то щелкнул камерой – снял старика Рински. Потом еще один. Поднялись руки желающих задать вопросы. Один репортер выкрикнул с места, интересуясь чувствами Рински. Тот сыграл умно, приняв вид растерянный и жалкий. Он изобразил не столько гнев, сколько изумление, пожал плечами, поднял фотографию жены и сказал: «Евнис хочет провести последние дни здесь».
«Гейм, сет, партия», – подумал Адам.
И пусть противник выворачивает факты наизнанку, как ему нравится. Звуковой фрагмент в новостях – за ними. Их история лучше – это то, чего всегда хотят СМИ: им нужна не правдивая история, а лучшая. Что делает повествование более увлекательным – торгаши, выбрасывающие из дома героя и его больную жену, или упрямый старик, который препятствует реновации, отказываясь взять деньги и перебраться в новое жилье?
Тут и сравнивать нечего.
Через полчаса, когда репортеры ушли, Гриббель с улыбкой похлопал Адама по плечу:
– Это мэр Гаш по вашу душу.
Адам взял телефон:
– Здравствуйте, господин мэр.
– Вы думаете, это поможет?
– Только что звонили из программы «Сегодня». Они хотят, чтобы мы пришли завтра утром и дали эксклюзивное интервью. Я сказал, что пока рано.
Это был блеф, но недурной.
– Вы знаете, с какой скоростью в наши дни сменяется лента новостей? – задал вопрос Гаш. – Мы это благополучно перенесем и забудем.
– О, сомневаюсь, – возразил Адам.
– Почему же?
– Потому что на первых порах мы решили представить это дело без персоналий и как бы в общих чертах. Но мы готовы сделать следующий шаг.
– В смысле?
– В том смысле, что мы намекнем, что, дескать, мэр, который так старается выкинуть из дома стариков-супругов, вполне вероятно, имеет личные причины точить зуб на честного копа, так как тот однажды арестовал его, хотя в конце концов отпустил.
Тишина. Потом:
– Я был мальчишкой.
– Ага, я уверен, что пресса это учтет.
– Ты не знаешь, с кем связался, приятель.
– Думаю, я очень хорошо это себе представляю, – сказал Адам. – Гаш?
– Что?
– Строй свою новую деревню в обход дома. Это можно сделать. И кстати, приятного дня.
* * *Дом Рински покинули все.
Адам услышал кликанье кнопок клавиатуры в кухонном закутке. Войдя, он был ошеломлен количеством техники. Два компьютера с большими мониторами, а на столе с покрытием из огнеупорной пластмассы – лазерный принтер. Одна стена была почти полностью занята прикнопленными фотографиями, газетными вырезками и распечатанными статьями из Интернета.
На кончике носа у Рински сидели очки. Отражения экранов усиливали голубизну его глаз.
– Зачем это все? – спросил Адам.
– Так, от нечего делать. – Старик откинулся назад и снял очки. – Хобби.
– Рыться в Интернете?
– Не совсем. – Майк ткнул пальцем себе за спину. – Видишь эту фотографию?
На снимке была запечатлена девушка с закрытыми глазами. Адам предположил, что ей лет восемнадцать или двадцать.
– Она мертва?
– С тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года, – пояснил Рински. – Ее тело нашли в Мэдисоне, Висконсин.
– Студентка?
– Сомневаюсь. Студентку легко опознали бы. Но эту не узнал никто.
– Неизвестная?
– Именно. Так что видишь, я и еще несколько ребят онлайн совместными усилиями решили проблему. Поделились информацией.
– Вы занимаетесь глухими делами?
– Пытаемся. – И Майк улыбнулся Адаму, как бы говоря «а-а, ерунда». – Я же сказал, это хобби. Чтоб старый коп не сидел без дела.
– А у меня к вам вопрос.
Рински показал жестом: валяй.
– У меня есть свидетель, с которым нужно связаться. Я считаю, что это надо делать лично.
– Так всегда лучше, – согласился Рински.
– Да, но я не знаю, дома ли эта женщина, а предупреждать ее о своем визите или просить о встрече не хочу.
– Ты хочешь преподнести ей сюрприз?
– Точно.
– Как ее зовут?
– Сюзанн Хоуп, – сказал Адам.
– У тебя есть ее телефон?
– Да, Энди нашел для меня в Интернете.
– Хорошо. Далеко она живет?
– Минут двадцать езды.
– Дай мне номер. – Рински вытянул руку и пошевелил пальцами. – Я покажу тебе один приемчик маленького умного копа, и ты сможешь им пользоваться. Но я буду благодарен, если ты оставишь его при себе.
Адам дал Майку телефон. Рински нацепил очки для чтения на кончик носа, снял трубку с черного аппарата – такие Адам видел только в детстве – и набрал номер.
– Не волнуйся, – сказал он, – у меня заблокировано определение номера.
Два гудка, и женский голос ответил:
– Алло?
– Сюзанн Хоуп?
– Кто говорит?
– Я работаю в фирме по прочистке дымоходов «Акме»…
– Не интересует. Вычеркните меня из своего списка…
Клик.
Рински пожал плечами и улыбнулся:
– Она дома.
Поездка заняла ровно двадцать минут.
Адам очутился посреди унылого квартала, застроенного кирпичными домами с палисадниками. В таких обычно находят пристанище молодые пары, копящие средства на покупку первого дома, и разведенные отцы, которые сидят на мели или хотят быть поближе к своим детям. Адам отыскал квартиру 9b и постучал в дверь.
– Кто там?
Голос был женский. Дверь хозяйка не открыла.
– Сюзанн Хоуп?
– Что вам нужно?
На такое он не рассчитывал. Почему-то Адам решил, что она откроет дверь и предложит войти и уже внутри он объяснит причину визита, хотя не вполне ясно понимает, в чем она заключается. Сюзанн Хоуп была тонкой ниточкой, едва заметной связью, которая могла хоть как-то объяснить бегство Коринн. Возможно, ему удастся мягко потянуть за эту ниточку и что-нибудь вызнать.
– Меня зовут Адам Прайс, – сообщил он закрытой двери. – Коринн – моя жена.
Молчание.
– Вы помните ее? Коринн Прайс?
– Ее тут нет, – ответила, как считал Адам, Сюзанн Хоуп.
– Я и не думал, что она здесь, – отозвался он, хотя сейчас, прокручивая в голове сказанное, вынужден был признать: слабая, неозвученная надежда на то, что найти Коринн будет так просто, у него все же была.
– Чего вы хотите?
– Мы можем поговорить?
– О чем?
– О Коринн.
– Это не мое дело.
Конечно, перекрикиваться сквозь дверь – это не дело, но Сюзанн Хоуп явно не испытывала желания ее отворить. Адам не хотел давить, так можно полностью потерять связь.
– Что не ваше дело? – спросил он.
– Вы и Коринн. Какие бы проблемы у вас ни были.
– Почему вы думаете, что у нас с ней проблемы?
– А иначе с чего бы вам сюда заявляться?
Действительно, с чего? Очко в пользу Сюзанн Хоуп.
– Вам известно, где Коринн?
Справа на бетонной дорожке стоял почтальон и косо поглядывал на Адама. Неудивительно. Адам вспомнил о здешних разведенных отцах, хотя тут, конечно, жили и разведенные матери. Он кивнул почтальону, демонстрируя исключительно мирные намерения, но это, похоже, не помогло.
– Откуда мне знать? – спросил из-за двери голос.
– Она пропала, – сказал Адам. – Я ее ищу.
Прошло несколько секунд. Адам сделал шаг назад и вытянул руки по швам, стараясь выглядеть как можно безобидней. Наконец дверь слегка приоткрылась. Цепочка была на месте, но теперь Адам видел в щелку часть лица Сюзанн Хоуп. Ему хотелось войти, сесть, поговорить с ней с глазу на глаз, увлечь, обезоружить, ослабить внимание, он был готов применить все средства, какие понадобятся. Но если цепочка дает Сюзанн Хоуп ощущение безопасности, то быть посему.
– Когда вы в последний раз видели Коринн? – спросил он ее.
– Давно.
– Как давно?
Адам видел, что женщина смотрит вверх и вправо. Он не считал абсолютно верной мысль, что можно определить, лжет ли человек, по движениям его глаз, но знал: когда кто-то смотрит вверх и вправо, это обычно означает, что он визуализирует воспоминания, – и наоборот, взгляд влево говорит о визуальном конструировании мысли. Разумеется, на это нельзя полагаться, как на большинство обобщений, и визуальное конструирование мысли вовсе не равносильно лжи. Если вы попросите кого-нибудь представить себе фиолетовую корову, то это приведет к визуальному конструированию, которое не будет равнозначно ни лжи, ни обману.
В любом случае Адам не думал, что Сюзанн лжет.
– Может быть, два-три года назад.
– Где?
– В «Старбаксе».
– И вы ее с тех пор не видели…
– С того дня, когда она догадалась, что я притворялась беременной, – закончила она его мысль. – И хорошо.
Адам не ожидал такого ответа.
– Никаких звонков?
– Ни звонков, ни электронных писем, ни почтовых отправлений, ничего. Простите, но я не могу вам помочь.
Почтальон продолжал заниматься своим делом – раскладывал почту по ящикам и не переставал коситься на Адама. Тот приложил руку козырьком к глазам, чтобы заслониться от солнца.
– Коринн, знаете ли, последовала вашему примеру.
– Что вы имеете в виду? – спросила Сюзанн.
– Вы знаете, что я имею в виду.
Сквозь щель в дверном проеме он заметил, как Сюзанн Хоуп кивнула:
