В апрельский день - Галина Львовна Романова

- Я не о причине, а о сроках, Коля. Если это он, чего проявился так поздно? Сколько времени прошло с того памятного вечера? Два года? Два с половиной?

Сева подавил улыбку, получив очередное фото Милочки с примерки нового платья. Он непременно должен был одобрить, чтобы оплатить. Но выбрать очень сложно. Милочке все по фигуре. Не скупать же весь магазин!

- Три года прошло, Сева.

Коля неожиданно снял солнцезащитные очки, в которых находился час назад даже в помещении. Сева ему как раз в тот момент ресторан показывал, готовый принять первых посетителей.

- Посмотри на меня, дружище, - потребовал Новиков. - Что ты видишь?

- Я?

Сева изобразил притворный интерес, обхватив подбородок пальцами и вытянув губы трубочкой.

- Вижу мужика с фингалами. Перепуганного насмерть мужика. И не могу понять причины такого страха. Кстати, дружище! - Сева

подошел к Новикову, взял его за локоть и повел по набережной. - Как ты собираешься предстать перед моими гостями? Так же вот - в очках? Сделай уже что-то с физиономией! Маски там, процедуры какие-нибудь. У меня именитые гости будут. И Милочка…

- Вот твоя Милочка меня интересует меньше всего! - окончательно вышел из себя Коля, ткнув его пальцем в грудь. - Милочка, Милочка! Завтра Лялечка! Послезавтра…

- Я понял, - прервал его Сева опасно тихим голосом. - С рожей, спрашиваю, что собираешься делать?

- Ничего! - рявкнул в ответ Коля. - Я не собираюсь ничего делать. И на твое открытие не собираюсь тоже.

- А я на твоем был, - упрекнул тот так же тихо. - Не уважаешь? Или дрейфишь?

- Да…

- Что да? - прищурился друг.

- Боюсь! Я его реально боюсь, Сева. И тебе посоветовал бы быть осторожнее.

- Ой, ой, ой, напугал… - рассмеялся Сева неуверенно, задирая руки. - Даже если он сюда проберется, в чем я искренне сомневаюсь, дружище, я буду во всеоружии. И охрана моя тоже. Враг не пройдет. Кстати, а почему он ждал три года, Коля? Как думаешь?

С реки веяло приятной прохладой. Коля подставил разгоряченное в споре лицо ветру. Так хотелось прежней беспечности, радости от успехов, чтобы не ползал в душе черным гадом мерзкий страх. И даже прямо сейчас ему показалось, что за ним наблюдают. Захотелось резко присесть, чтобы спрятаться за парапетом. А потом на четвереньках добраться до машины, уехать, умчаться с этого места подальше.

Видимо, все его страхи заострили лицо, раз Сева спросил:

- Что с тобой?

- Ничего. Живот заболел. Поехал я, Сева. И на открытие меня не жди. Не приеду.

- Дело твое. Идем, провожу до машины…

Они прошли эти тридцать метров молча. Новиков без конца озирался. Лоб вспотел, тонкое поло с длинными рукавами липло к телу, но вовсе не от жары. Апрельская погода была комфортной: плюс двадцать один, легкий приятный ветерок. И в другое время он попросил бы у Севы катер, чтобы погонять по реке. В одиночестве или вместе с ним.

В другое время, но не сегодня.

Тонкий трикотаж лип к его вспотевшему от страха телу, делая каждый шаг невыносимо болезненным. В какой-то момент Коле даже показалось, что он ощущает красную точку между лопатками. Поэтому скомкал прощание с другом, быстро сел в машину и тронул ее с места.

Но вдруг затормозил, опустил стекло и крикнул:

- Ты спросил, почему он ждал три года?

- Спросил. Ты не ответил.

- Отвечаю…

Новиков опасливо покосился на высокое старое дерево. За его толстым стволом запросто мог кто-то прятаться, а еще за углом дома, который был выстроен сто лет назад всего-то в десяти метрах от стоянки. А еще…

- Только сейчас все его темы выстрелили, Севa. Только сейчас - спустя три года - мы реализовали его мечту, используя идею и подсчеты. К черту! Хватит выбирать слова! Мы украли три его бизнес-идеи, которые были готовы и обречены на успех. Мы украли их. Подали между собой. И реализовали. Мы в шоколаде, да? А Серега?

- Я не понял… - Сева нахмурился, сунул руки в карманы штанов и медленно пошел к его машине. - Ты стыдишься, что ли? За то, что так круто поднялся?

- Мне не стыдно, Сева. Мне страшно.

Новиков поднял стекло у машины и погнал по парковке на большой скорости. А Сева, пожав плечами, снова полез за телефоном в карман легкого льняного пиджака. От Милочки пришло очередное фото…

Два дня пролетели, как два часа, - в суете и хлопотах. Милочка все же вытащила его в бутик, и Севе пришлось пару часов добросовестно отсидеть на бархатном диванчике, попеременно качая головой то согласно, то нет.

Утро открытия ресторана, а намечено было на десять, началось не вполне нормально. Небеса, кажется, согнали все черные тучи именно над тем местом, где должен был играть струнный квартет. Скрипачка попалась нервная и при каждом рокоте грома ежилась, как от озноба. Если она станет так же судорожно дергать лопатками и во время выступления, он ни черта ей не заплатит.

Но неожиданно за две минуты до начала выглянуло солнце. Острые лучи наделали дыр в пухлых грозовых тучах. Ветер с реки утих, птицы заверещали. Сева подхватил под руку Милочку и, глянув в сторону директора квартета, едва заметно кивнул. В воздухе замелькали смычки, и через мгновение полилась прекрасная мелодия. Публика тут же отреагировала аплодисментами. Вдохновленные музыканты доиграли до конца и умолкли.

- Господа! Хочу поблагодарить всех, кто нашел время и возможность… - приятно, внятно, с приветливой улыбкой начал Сева. - Рад, очень рад всех вас видеть. Три года отделяют сегодняшний момент от того дня, когда…

Последние слова он не договорил. Голова взорвалась страшной болью. Следующий приступ острой боли обжег левый глаз. И, падая на землю, Сева запоздало подумал: так, как раньше, в его жизни уже не будет никогда.

Глава 4

Он растолстел за последний год. Прибавил целых тридцать килограммов. Доктора и диетологи безуспешно бились над проблемой, но решить ее так и не смогли.

- Гормоны ни при чем, - мрачно глядя на его пузо, изрек сегодня его доктор. - Это генетическое. Почему вы не сказали мне, что ваша мать и все по ее линии страдали ожирением?

- Ты не спрашивал, док. Пока я сам не предположил, - попытался оправдаться Женя. - Ты лечил меня. Безуспешно