Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63
Нина с упорством танка шла к цели, ей хотелось получить диплом с отличием. И она снова преуспела — через пять лет в руках оказались заветные «корочки» красного цвета.
«Вот теперь, — радостно подумала Нина, — настал мой час». Очень довольная собой, она отправилась устраиваться на работу в столичные издания.
Здесь следует сказать, что во время учебы Картополь не сидела сложа руки. В семье, кроме нее, имелось еще трое детей, и мама не смогла бы присылать студентке «домашнюю стипендию». Более того, отношения с родными были разорваны. Случилось это, когда переполненная счастьем Нина приехала домой после первой сессии.
Мама встретила столичную студентку совсем даже не ласково.
— За подарочки спасибо, — сухо заявила она, — только нам коробки конфет без надобности. Какой от них толк? Лучше б ты денег привезла, а то крыша течет, и у Ленки сапоги в негодность пришли.
— Я пока столько не зарабатываю, — потупилась Нина, — помогать вам не получится.
— Вот и я о том же, — подхватила мама. — За фигом в Москву укатила? Чего там хорошего? Возвращайся назад, пойдешь в детсад воспитательницей. Желаешь учиться, можешь на вечернем в педагогическом лекции слушать. Семье лишняя зарплата не помешает. Я тебя кормила, поила, пора теперь долги отдавать.
— Я хочу журналистом стать, — попыталась втолковать родительнице Нина, — ездить по разным странам.
— Ишь ты, придумала! — всплеснула руками мама. — Она станет наслаждаться, а мы? Нет уж, возвращайся и иди работать! Я на пенсию скоро ухожу.
Веселых каникул не получилось. Молча глотая слезы, Нина в тот же вечер уехала в Москву и встречала Новый год одна, в пустом общежитии. Первого января она приняла историческое решение: родных у нее нет, нечего ни на кого рассчитывать, следует пробиваться самой.
И Нина стала пробиваться. Только тот, кто делал в Москве карьеру с нуля, поймет девушку. У москвичей имелись квартиры и связи, у Нины не было ничего и никого. Она просто бегала по редакциям, предлагая свои услуги. В большинстве случаев ей холодно отвечали:
— Оставьте телефон, мы перезвоним.
Ясное дело, что это был завуалированный отказ, но в конце концов Ниночке повезло: она зацепилась в паре изданий, стала внештатным корреспондентом.
Если вы считаете, что для молодого провинциала самые трудные годы — студенческие, то ошибаетесь. У тех, кто поступил в институт, есть общежитие и столовая, в которой действуют специальные цены, а еще учащимся платят стипендию (бессовестно маленькую, но все же хоть на копейки можно рассчитывать). Совсем плохо становится тогда, когда студент превращается в дипломированного специалиста. Теперь ему приходится снимать квартиру, питаться «бомж-пакетом» — быстрорастворимой лапшой таинственного происхождения, а крошечный бюджет уже не пополняется мизерной же стипендией. При этом учтите, что в отделах кадров очень внимательно осматривают претендента на вакансию. Поговорка «по одежке встречают» работает в любые времена, и мало кто помнит ее окончание про то, что по уму провожают. С умом-то у Нины был порядок, а вот с нарядами швах.
Когда Ниночка, выпускница с красным дипломом, совсем уж отчаялась получить постоянное место работы, на нее неожиданно свалилась удача. Очередной кадровик, лысый дядечка лет шестидесяти, благосклонно заметил:
— Есть вакансия секретаря. Нужно будет сидеть в приемной, но в газету писать никто не запретит, будешь оттачивать мастерство. Оклад, правда, не того, не как у президента…
— Согласна! — закивала Нина. — Когда приступать?
— Экая ты быстрая, — прищурился мужчина. — Давай знакомиться, меня Олег зовут.
— Нина, — кивнула девушка.
Олег рассмеялся:
— Так анкету твою вижу.
— Верно, — улыбнулась Нина, — глупость сморозила. Когда мне выходить?
— Не так все просто, — вкрадчиво завел Олег, — ты не одна претендентка, вас четверо, из них две москвички. Поняла?
— Угу, — кивнула Нина, — до свиданья.
— Сиди, — велел Олег. — Мое слово решающее, кто понравится, того и возьму. Ясно?
— Ага, — снова кивнула Нина. — Только у меня денег нет.
— А кто про них говорит? — сладко пропел Олег и положил потную руку Нине на плечо. — Давай-ка вечерком вместе чай попьем. У меня дома.
Нина давно потеряла наивность (впрочем, невинность тоже). Но отдаваться мужчинам за деньги она до сих пор не желала.
— Так как, — сжал ее плечо Олег, — согласна? В понедельник оформлю на работу.
Каргополь кивнула. Не надо считать Нину продажной шлюхой. Просто, как говорится, «путь на экран лежит через диван», и другого шанса устроиться в столице на постоянный оклад у девушки в тот момент не имелось.
Вечером Нина приехала по указанному адресу и позвонила в дверь. Олег моментально открыл. Девушка отметила, что кавалер и не подумал сменить рубашку, не принял душ — от будущего любовника сильно пахло потом.
Комната, куда Олег привел Нину, оказалась похожей на грязную нору: на кровати дыбилось одеяло, впихнутое в серый пододеяльник, а на подушку без тошноты было невозможно смотреть.
— Это мне сюда ложиться? — возмутилась девушка.
— А что? — удивился кадровик. — Другие не жаловались.
— Давай тряпку, — велела Нина, — и стиральный порошок.
— В туалете в шкафу возьми, — растерянно ответил Олег и тут же спросил:
— А зачем тебе?
Но Нина уже засучила рукава.
Странное у них получилось свидание: сначала девушка выскоблила комнату, потом живо постирала белье, а пока оно сохло, приготовила из найденных у неряхи в холодильнике продуктов ужин. В то время, пока Нина носилась туда-сюда, орудуя шваброй и тряпкой, Олег, поджав ноги, сидел в кресле.
Около трех утра Нина сбегала в душ, вернулась в комнату и сказала:
— Теперь можно трахаться. Только помойся сначала. Извини, я очень брезгливая.
Внезапно Олег заплакал.
— Эй, ты чего? — насторожилась Нина. — Обиделся? Не хотела неприятное говорить, но очень уж воняешь.
Олег высморкался и сказал:
— Жена у меня умерла. Ее Ниной звали, как тебя. Вот сидел и думал: как будто она вернулась. Уж сколько тут баб перебывало — я один не могу, вот и зазываю всех, — но ни одной до меня дела не было. Слушай, давай поженимся?
Нина поперхнулась:
— Офигел? Мы совсем не знакомы.
— Познакомимся, — тихо сказал Олег. — Я долго не проживу, умру скоро, тебе моя комната останется, пропишу без задержки, на работу пристрою, связи имею.
Нина кивнула:
— Хорошо, я не против.
Самое интересное, что заключенный столь скоропалительным образом брак оказался счастливым. Пару лет Нина и Олег прожили душа в душу, разницу в возрасте они не замечали, вот только дети у них не получались. Хотя это оказалось к лучшему, потому что Олег действительно скоро умер — у него было больное сердце. Вот так Нина стала владелицей комнаты в коммуналке. А еще она работала в мало кому известном журнале, узковедомственном издании.
Другая женщина сочла бы свою жизнь удачной: приехала в столицу невесть откуда, обжилась, обустроилась. Но у Нины имелись нереализованные желания, а после кончины Олега ей было очень одиноко и тоскливо. Хорошо хоть соседи по квартире оказались замечательными тетками. Младшая из них, Вика, работала в типографии и иногда приносила домой пригласительные билеты.
— Слышь, Нинка, — стучала она в дверь к молодой вдове, — глянь, чего натырила, сбегай развлекись.
Увидав первый раз сворованный пропуск на тусовку, Нина испуганно ответила:
— Ой, не надо, спасибо.
— Бери, бери, — настаивала Вика, — повеселишься, может, познакомишься с кем.
— Еще выгонят с позором, — пробормотала Нина, — поймут, что я незваный гость.
Вика рассмеялась:
— Никто ничего не заметит, я сама часто хожу. Ладно, не дрейфь, пошли вместе. Если кавалеров не встретим, то хоть поужинаем бесплатно.
Нина скрепя сердце послушалась и неожиданно весело провела время. С тех пор она частенько пользовалась украденными пригласительными и однажды познакомилась на тусовке со своим коллегой Вадимом Карякиным. Димон не был женат, работал в журнале для массового читателя и говорил «ты» половине Москвы.
— Чего ты в своем научном дерьме киснешь? — заявил он вскоре Нине. — Хочешь, устрою в приличное место?
Нина закивала. Ее абсолютно не смущало то, что за обретение престижной работы придется расплачиваться с Димоном собственным телом. От наивной девочки из Отрепьевска, мечтавшей покорить мир и желавшей писать репортажи из разных стран мира, не осталось практически ничего. Теперь у Нинуши были простые, земные потребности: заиметь личную квартиру, мужа, детей… Карякин показался вполне приличным вариантом для семейной жизни, и молодая женщина открыла сезон охоты.
Такова предыстория событий, а теперь непосредственно сама драма.
Девятого октября, около одиннадцати утра, Димон и Нина приехали на дачу к ближайшему приятелю Карякина Игорю Тришкину.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63
