свои принадлежности. Машина наружки не доехала до них, офицеры перебрались на бугорок, с которого все просматривалось. Несколько минут молодые ученые перекуривали, вели беседу. Котляр указывал на озеро, рисовал пальцем в воздухе витиеватую фигуру. Барбулис возражал, настаивал на своем, но не подрались, пришли к единому мнению. Удочки и спиннинги из чехлов не доставали, чего-то ждали. Котляр раскатал голенища резиновых сапог, вошел в воду, побрел в обход тальниковых зарослей. Через минуту он подогнал к заливчику лодку-плоскодонку со сложенными веслами. Плавсредство было стареньким, но добротным. Дальше все происходило как-то быстро — Котляр перебрался на борт, взял у товарища рюкзак, чехлы с удилищами. Барбулис оттолкнул посудину от берега, товарищ помог в нее забраться. Лодка качалась, но воду не зачерпнула. Заскрипели уключины — Котляр налег на весла. Лодка отдалялась.
Поначалу не осознали серьезности положения. Но докладывали постоянно. Подумаешь, проблема — ну встанут посреди озера, закинут удочки. Вернутся же. Когда к озеру подъехал Аверин, на берегу было людно. Три машины — «Москвич» Котляра, автомобиль наружного наблюдения и личная «Нива» Хлебникова. Майор глухо матерился сквозь зубы. При появлении Марии продолжил это делать, но мат сменила относительно литературная брань. Мялись молодые офицеры с виноватыми лицами — в летних рубашках, в вызывающих «дырчатых» туфлях. Лодку с рыбаками как корова языком слизала! Водная гладь была чиста, в кустах на дальнем берегу никто не просматривался.
— Эй, народ, вы спятили? — выкрикнул Аверин, выскакивая из машины. — Где фигуранты?
— На лодке ушли, товарищ подполковник, — оправдывался смуглый паренек. — Мы получили приказ их не останавливать, только следить. Не наше это дело — проводить задержание. Думали, доплывут до середины, встанут на прикол и будут рыбу удить. Смотрим, а они дальше плывут — на ту сторону. А там заросли у берега — просто кромешные, сами видите. Смотрим, а их уже и не видно… На чем за ними идти? Аки посуху? Кусты облазили — нет другой лодки. Одна была — на ней и ушли. Заранее, видать, припрятали…
— Хлебников, что за ерунда?! — рявкнул Аверин.
«Спокойно, Ипполит, спокойно, — выразительно вещали глаза Марии. — Чего ты тут разбушевался, как Фантомас?»
— Да все просто, — скрипнул зубами майор. — Здесь несколько озер причудливой конфигурации. Соединяются между собой протоками. Из одного в другое попасть элементарно — просто пройти на лодочке. Три озера, если не ошибаюсь — Черное, Кандык и Бабье. Отсюда не видно эту протоку — где-то там она, в зарослях…
— Майор, ты понимаешь, что нас поимели? — горячился Аверин. — Они не вернутся — один из них по крайней мере точно знает, что он не вернется. Понял, что нормальным путем не выбраться, мы везде. А выбираться надо, мы уже с хвоста не слезем, дожмем. И в виновность Краснова мы не больно-то поверили, зря он убил человека… Думай, Хлебников. Лодок нет, тачки — не амфибии. Эта гадина сгинет в лесу на той стороне, имеет все шансы добраться до дороги, а там — хана. Наверняка подготовился, имеет при себе деньги, документы. Осталась какая-то связь, мир не уперся в Харрингтона, дозвонится до кураторов, и те его вытащат, где бы он ни находился, и все пропало…
— В обход. Вон там, слева, — майор прорисовал рукой дугу. — Но сразу предупреждаю, идти долго, через буераки. Больше никак, Павел Андреевич…
— Так какого мы еще здесь! Пошли. Вы, в туфельках, и ты, Мария, остаетесь здесь.
— Ага, сейчас, — фыркнула Маша. — Только трусы подтяну. Давай без этого, Павел Андреевич, чтобы не пришлось потом нарушать твои приказы. Парни, вам там точно делать нечего, — повернулась она к «молодежи». — Дуйте в отдел, обрисуйте ситуацию, пусть готовят подкрепление и блокируют дороги на севере… Я правильно мыслю, Павел Андреевич?
— Примерно, — проворчал Аверин. — Ладно, пойдем впятером, — он хмуро уставился на помалкивающих офицеров своей группы. — Не по уму мы сегодня одеты, но ладно, не возвращаться же…
— Минутку! — спохватился Хлебников и бросился к багажнику своей «Нивы», выбросил в траву пару резиновых сапог, свернутую прорезиненную куртку, два флакончика «Дэты». — Мария Сергеевна, облачайся и не вздумай возражать. Вы даже не представляете, что там в лесу. Хорошо хоть земля сухая. И набрызгайтесь от души, комары уже ждут. Это в городке их нет, а в лесу — просто прорва…
Глава одиннадцатая
Это были непростые полчаса. Пространство между лесом и озером лишь издали казалось проходимым. Ноги вязли в податливой почве, проваливались. Осот, вездесущая сныть путались под ногами, хватали за щиколотки. Издевательски рябили в глазах белые цветочки. Порой трава поднималась до пояса, приходилось проламываться, словно через джунгли. Двигались колонной, с приличной дистанцией. Хлебников — какой-никакой, а местный — прокладывал дорогу, иногда вырывался вперед, ждал, пока подтянутся отстающие. За спиной отдувалась Мария, но шла, ступала след в след. Кучевой и Карский замыкали процессию. Водная гладь находилась рядом, блестела за камышами. Береговая полоса была изрезана, пройти у воды было невозможно. Держались опушки, там имелось хоть какое-то подобие тропы.
— Не выпускаем озеро из поля зрения, — заранее предупредил Аверин. — Не забываем, что преступник только с виду рохля, на самом деле опасен и непредсказуем. Он уже убил как минимум двоих — пусть и необычным способом…
Кучевой отстал — вполне нормально, учитывая габариты и сидячий образ жизни. Ноги путались, груз прожитых лет тянул к земле, но майор не сдавался, брел через преграды. Ускорил движение Хлебников — он что-то увидел впереди. Озера были небольшие. Бабье озеро упиралось в разреженный сосняк, береговая полоса смотрелась живописно. Майор что-то крикнул, бросился бежать, вынимая пистолет. Ускорили движение остальные — кто как мог. Дальше не было никаких проток — тупик для тех, кто выбрал водный вид транспорта. Берег на дальнем участке был сравнительно пологим. Сосны отступили от воды. В метре от озера знакомая плоскодонка, Хлебников оказался прав! Люди бежали, тяжело дыша, доставали оружие. По одному выбегали на открытое пространство. Весла были вставлены в уключины, на дне лежал рюкзак, чехол со спиннингом. Вроде было два чехла — впрочем, не важно. Ни одной живой души в округе. Опоздали! Вопрос — намного ли?
— Смотрите! — ахнула Мария и вбежала в воду. Далеко не пошла, чтобы не мочить ноги. Метрах в пятнадцати от берега на водной глади что-то выделялось. Она всмотрелась, как-то изменилась в лице. Скинули кроссовки Карский и Кучевой — все поняли, вошли в озеро. Глубина была небольшой. Впрочем, в том месте, где засекли «неопознанный» объект, дно круто уходило вниз. Павел швырнул парням длинный шест. Им и зацепили конец брезентовой штормовки.
— Павел Андреевич,
