Марчелло Симони - Продавец проклятых книг

Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 60

Лицо торговца было белым как мел, под глазами черные круги. У Уберто сердце сжалось от горя, когда он увидел Игнасио таким слабым и беззащитным.

— Я знаю, куда его отвезти: в монастырь Святой Марии у Моря, где я вырос, — решительно сказал он. — Это самое близкое подходящее место, которое я знаю. И мы уже прошли половину пути до него, потому что эта башня находится далеко на юге от Венеции. Если мы поторопимся, то доплывем до монастыря меньше чем за день.

Гийом подумал о том, что делать дальше, согласился с Уберто и взял на руки бесчувственного Игнасио.

— Давай спускаться, — сказал он подростку. — Помоги мне нести его.

— Подожди! — Уберто сложил в свою сумку все, что было на столе. — Это части книги «Утер Венторум», — объяснил он Гийому.

Затем он присоединился к своему товарищу, и они вместе покинули старую башню.

Выйдя, друзья отыскали свою лодку, спрятанную в камышах, и отправились в путь.

Уже темнело, но Уберто и Гийом не хотели останавливаться. Они гребли молча, не сводя глаз с Игнасио, который лежал на корме, накрытый одеялом. Ни их счастье, тумана не было, в ясном небе сияли луна и звезды.

Уберто не мог не заметить озабоченное выражение лица француза. Взглянув на Гийома, мальчик в первый раз увидел страх в его глазах.

— Он очень любит тебя. Вы почти как отец и сын, — немного завидуя, сказал Уберто.

— Мы познакомились недавно, чуть больше года назад, — объяснил ему товарищ. — Но я обязан ему жизнью и поэтому рядом с ним.

— А как он спас тебе жизнь? Расскажи мне! — попросил Уберто, продолжая грести.

— Ты уже знаешь, я одно время жил на корабле у пиратов-мусульман, — начал рассказывать Гийом. — Я стал одним из них и научился убивать. Однажды, когда мы находились в открытом море недалеко от Акры, на нас напал парусник крестоносцев. Они убили всю нашу команду. Я не горюю о смерти тех моих товарищей, это были бессовестные убийцы. В сущности, они получили по заслугам. Это же можно сказать и про меня.

— Крестоносцы взяли тебя в плен? — спросил Уберто.

— Да, — ответил Гийом и снова вспомнил тот бой.

После долгого сражения он остался один посреди толпы врагов. Воины-христиане окружили его. Им было любопытно и почти интересно: не каждый раз среди воинов-мусульман можно увидеть человека со светлыми волосами. Даже после поражения Гийом не прекратил бой. Ослепленный яростью, он продолжал наносить удары своим клинком. В конце концов, враги обступили его со всех сторон, разоружили, потом долго били, ему казалось, будто это никогда не кончится. Наконец они одолели Гийома и оттащили его, бесчувственного, в трюм своего парусника, а там подвесили на канате, словно зверя, добытого на охоте. Гийом вспомнил, как ужасно висеть на веревке, словно животное, которое ждет, пока с него снимут шкуру, и страдать от голода и жажды. Эта мука продолжалась много дней, и Гийом уже начал сдаваться смерти. Но вдруг он увидел перед собой человека.

— Помоги мне, — тяжело дыша, попросил Гийом.

Незнакомец подошел к Гийому, дал ему напиться и сказал:

— Не сдавайся боли. Я позабочусь о тебе.

Так и случилось. С этой минуты торговец Игнасио из Толедо стал заботиться о Гийоме.

— Игнасио по чистой случайности сел в Акре именно на этот корабль, — объяснил француз подростку, который слушал его как зачарованный. — Увидев, что я близок к смерти, он пожалел меня и заплатил солдатам выкуп, чтобы они меня освободили. С тех пор моя жизнь — одно целое с его жизнью.

Закончив свой рассказ, Гийом задумался, взглянул на торговца, который все не приходил в сознание, и прошептал:

— Не сдавайся боли, мой друг. Только не теперь, когда ты довел до конца свои поиски.

Если бы Гийом помнил хотя бы одну молитву, христианскую или мусульманскую, сейчас самое время ее прочитать.

С первыми лучами рассвета их лодка причалила к берегу возле монастыря Святой Марии у Моря.

Как только она коснулась суши, Уберто спрыгнул на землю, побежал к монастырскому двору и окружавшим двор постройкам, надеясь найти кого-нибудь и обратиться за помощью. Мальчик не был здесь всего несколько месяцев, а ему казалось, что с тех пор прошла целая вечность.

Через минуту возле Уберто собрались монахи, которых обрадовало его неожиданное возвращение. Все они бросились обнимать мальчика и засыпали его вопросами, но Уберто жестом велел им замолчать и повел за собой к лодке.

На берегу канала монахи увидели светловолосого молодого мужчину. Он держал на руках бесчувственное тело своего умирающего товарища, которого монахи сразу узнали.

— Помогите ему, пожалуйста! — попросил Уберто. — Он ранен, и у него очень сильный жар.

Услышав слова мальчика, два сильных послушника вышли вперед и помогли Гийому нести торговца, а потом быстро повели к монастырю.

Благодаря заботам монахов Игнасио через неделю был уже здоров. Все это время Уберто не отходил от торговца и заботливо ухаживал за ним. Когда лечение закончилось, мальчик однажды утром подошел к постели Игнасио с видом человека, который хочет сказать что-то важное. Торговец лишь недавно проснулся и теперь сидел на своей кровати. Он с любопытством посмотрел на Уберто.

Подросток подал своему другу две вещи — тетрадь из пергамента и маленький свиток.

— Это части книги «Утер Венторум». Я нашел их в башне, где тебя держали взаперти, и забрал с собой.

Игнасио окинул рукописи проверяющим взглядом.

— Да, это моя тетрадь, — подтвердил он. — А это свиток с семью заклинаниями, который был у Вивьена, — тайна Армароса. Хорошо! Мы наконец собрали всю книгу.

Уберто кивнул, но напомнил торговцу:

— Ты еще слаб. Надо, чтобы раны полностью зажили.

Он хотел ослабить восторг Игнасио, потому что знал: поправившись, торговец сразу же покинет это затерянное в глуши место.

— Без тебя я бы ни за что с этим не справился, — признал Игнасио. Потом он немного помолчал и произнес: — У меня есть для тебя предложение.

— Говори.

— Через несколько дней я уйду отсюда. Возможно, я больше никогда не вернусь в монастырь Святой Марии у Моря. — Игнасио старался говорить спокойно, словно о чем-то постороннем. — Тебе придется сделать выбор — остаться здесь или уйти со мной. Ты волен поступить так, как желаешь. Никто тебя ни к чему не обязывает.

Он поднялся.

— Что ты делаешь? Ты еще слишком слаб, чтобы вставать с постели, — запротестовал Уберто, удивленный его предложением.

— Мне надо поговорить с одним человеком, — сказал Игнасио, прислонившись к косяку двери. В его взгляде была какая-то настороженность. — А ты пока реши, что будешь делать. Это не займет много времени.

Мало кто в монастыре говорил о болезни настоятеля, но аббат Райнерио из Фиденцы уже много недель был тяжело болен. Прошедшим летом он заразился малярией, и теперь ему с каждым днем становилось хуже. Из-за сильного жара он не вставал с кровати и уже не мог служить даже неутомительные службы. Он, по сути дела, стал калекой. Больной и злой, он дрожал от лихорадки и обливался потом в своей постели. Сколько ни окуривали и ни мыли его кровать, от нее все равно исходил затхлый запах смерти.

Дремавший аббат проснулся, услышал шаги за порогом своей комнаты, открыл глаза и взглянул в сторону двери. Полностью открыв глаза, он обнаружил, что какой-то человек вошел в дверь и направляется к его постели. Райнерио поднял взгляд, чтобы увидеть, кто пришел. Поняв, кто это, больной захрипел и спрятался под одеяло.

— Не бойтесь, преподобный Райнерио. Я пришел не для того, чтобы убить вас, — успокоил его Игнасио из Толедо. — К тому же вы и так одной ногой в могиле.

— Чего вы от меня хотите? — пробормотал аббат. Его дыхание при этом было отвратительно зловонным и заразным.

— Я пришел сообщить вам о смерти вашего благодетеля Сципиона Лазаруса. Он ждет вас в аду.

— Будь ты проклят! Откуда ты… — тяжело дыша, произнес Райнерио.

— Откуда я узнал, что вы были с ним в сговоре? Очень просто, он сам признался мне в этом. Вы же знаете, он не общался с людьми, как бы это сказать, безупречными по части порядочности. А вас он даже не очень ценил. Вы были для него игрушкой, как и многие другие люди.

Больной начал осыпать Игнасио ругательствами:

— Дьяволопоклонник… Убийца… Колдун!

Игнасио сел на край его постели и удостоил сочувственного взгляда.

— Почему вы так ненавидите меня? Что в моей злосчастной жизни вызывает у вас столь сильную ненависть?

Аббат ответил на это злым ворчанием, а потом сказал, словно плюнул:

— Ваша тайна!

— Моя тайна? Да разве вы не поняли, что это такое? Она всегда была у вас перед глазами. Я оставил свое сокровище в этом монастыре пятнадцать лет назад на попечении Майнульфо из Сильвакандиды. И забрал его с собой несколько месяцев назад, когда уезжал в Венецию.

Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 60