Тереза Бреслин - Печать Медичи

— В разрезе твоих глаз мне всегда виделось что-то знакомое. Когда я увидел тебя в трапезной, ты вдруг напомнил мне Лоренцо Медичи, которого я знал в молодости.

— Он был моим родным дедом. И очень достойным человеком, судя по всему.

— Ты всегда старался быть достойным человеком, Маттео, и следовал своему долгу так, как понимал его. Несмотря на все сказки, которые ты нам рассказывал, тебе присуща природная честность.

Я склонил голову:

— Приношу извинения за все несчастья, которые я мог причинить вам и вашим близким.

Он улыбнулся:

— Ты уже давно все возместил своей любознательностью и добрым нравом. Может, тебе приятно будет узнать, что на смертном одре Грациано говорил о тебе. Он воображал, что на каком-нибудь балу в Ферраре Лукреция Борджа похвалит тебя за умение танцевать, а ты упомянешь его как своего учителя танцев. И тогда он смог бы похвастаться, что с уст самой прекрасной и знаменитой женщины Европы слетело его имя.

Я улыбнулся.

— Так что видишь, Маттео, даже в свое отсутствие ты всегда был в наших мыслях. Грациано часто говорил о тебе, а Фелипе часто думал о том, как бы найти способ, чтобы ты мог продолжить учебу. А я…

Он замолчал.

Я взглянул в его лицо. Его глаза были на одном уровне с моими.

— Мы все любим тебя, Маттео.

Когда настала пора прощаться, я, несмотря на его протесты, встал перед ним на колени.

— Я с радостью прощаю любые твои проступки, — сказал он. — Чтобы стать мужчиной, мальчик должен найти себя.

— Вот ты и стал мужчиной, Маттео.

Маэстро протянул ко мне руки и помог мне подняться. Мы обнялись.

— Человеку нелегко бывает найти подлинного себя, — сказал он. — И хотя ты, Маттео, избегал правды, она преследовала и нашла тебя, и теперь ты должен жить с правдой и по правде, как порядочный человек.

Вот так он относился к людям, маэстро да Винчи.

Его добрые ожидания заставляли людей стремиться к тому, чтобы полностью оправдать его доверие.

Так и я преисполнился решимости быть хорошим врачом и порядочным человеком.

В итальянских средневековых городах «мессером» именовали рыцарей, судей, докторов медицины и юриспруденции, церковных иерархов. К представителям среднего класса обращались «сер», а к мастеру цеха, художнику или музыканту — «маэстро».

Матфей, 25:13.

Бытие, 3:8-10.

Иов, 1:21.

То же, что сифилис.

Иоанн, 15:13.

Картон — этюд для фрески.

Дворец Большого Совета. Другое название Старого дворца (Палаццо Веккьо) во Флоренции.

Матфей, 16:18.

Автор, очевидно, имеет в виду монастырь, построенный в Монте-Кассино в 530 году по воле Бенедикта Нурсийского, будущего святого Бенедикта, основателя ордена бенедиктинцев.

С удовольствием, сударь. Знаете ли вы танец «Преследование»? (фр.).

Конечно, мадмуазель. Я знаю его весьма хорошо (фр.).

Я тоже. Если вы желаете танцевать, то я был бы рад сопровождать вас (фр.).

Папа Юлий II (1443–1513) в миру носил имя Джулиано делла Ровере.