Рекс Стаут - Цветов не посылать

Джули уронила голову на руки и разрыдалась.

Я стоял перед дверью комнаты на третьем этаже. Вульф категорически отказался утруждать себя, и мне пришлось подняться сюда одному. Постучав в дверь и получив разрешение, я вошел. Фиби бросила на стол журнал и встала.

– Как вы долго! А где мама?

– Об этом я и пришел сообщить вам.

Она изменилась в лице, шагнула ко мне и снова спросила:

– Где мама?

– Не торопитесь. Прежде всего, я должен извиниться, что оставил вас надолго… Зато теперь, не только вам, но и мне известно, как все обстояло в действительности… Не помогла и придуманная вами история с открытой дверью… Вы не верили в виновность Пампы, отправив его в тюрьму, знали к тому же, что никто из вас, братьев и сестер, не участвовал в преступлении и что, следовательно, убийцей Флойда Уиттена могла быть только ваша почтенная мамаша, и вы принялись лихорадочно искать способ выгородить ее… Вам это не удалось…

– Где мама?

– Или в полиции, или у районного прокурора – точно не могу сказать. Ей предъявили или скоро предъявят обвинение в убийстве. Вы сами знаете, что она очень злобная и очень опасная особа – посмотрите, как ловко она подстроила все, чтобы в убийстве обвинили Пампу! Но довольно о ней. Поговорим о вас. Чем я могу быть вам полезен?

– Ничем.

Фиби не вздрогнула, не побледнела. Губы у нее не затряслись, однако, выражение лица говорило о многом.

– Я привез вас сюда, вы сейчас здесь одни, и мне хотелось бы чем-нибудь вам помочь; позвонить, или вызвать такси, или, может быть, прислать вам вещи…

– Нет. Ничего не надо.

– Как хотите. Фриц выпустит вас из дома, а на случай, если возникнет какая-нибудь необходимость, я буду в кабинете печатать на машинке…

На этом наш разговор закончился, и мы возобновили его только много времени спустя – позавчера, через месяц после того, как суд вынес обвинительный приговор ее матери. Фиби позвонила мне и спросила, не приглашу ли я ее поужинать в ресторан «Амброзия»? Даже если бы я в тот вечер был свободен, я бы все равно отказался. Любой из ресторанов-закусочных под вывеской «Амброзия» совсем не то место, где между людьми могут установиться добрые отношения.