искренне недоумеваю я.
Действительно странно, что полиции и репортерам даже не пришло в голову потянуть за эту ниточку. Вот Гарриет Вэйн ни за что не упустила бы такого шанса. Ну и мы тоже не дадим маху.
– А какими были эти девушки? Новости в газетах нас ужасно расстроили.
– Милые и симпатичные, как и большинство девушек, что приезжают сюда на денек. Медсестра, которая потом пропала, была одета в черное пальто хорошего покроя и маленькую лиловую шляпку – такую, с плоским верхом. – Моя собеседница делает жест, показывая форму головного убора и то, на какой щегольской манер его носила Мэй.
– Шляпка-тока?
– Точно! – хлопает она в ладоши. – Именно так они и называются.
– А другая? Ее подруга?
– Да я только и запомнила, что блондиночка была в толстых серых чулках. Для погожего осеннего денька, пожалуй, чересчур плотные, такие зимой носить в самый раз.
Эта женщина исключительно внимательна к деталям и обладает потрясающей памятью. Полиция сглупила, что отмахнулась от нее. Насколько можно судить, Мэй отнеслась к своему внешнему виду со всей серьезностью – шляпки-токи сейчас очень популярны, – в то время как Селию более волновала практичность, и ее не смутила даже безвкусица наряда. Почему же такое несоответствие? У них были разные ожидания от предстоящего дня?
– Девушки вели себя доброжелательно? Наверняка они предвкушали прогулку по Булони.
– Спрашивали про магазины. Где находятся, чем торгуют, часы работы – ну всякое такое.
Подобные расспросы навряд ли уместны для тех, кто замышляет покупку или продажу морфия, на что намекали журналисты после сегодняшнего полицейского брифинга. С какой стати девушкам было интересоваться магазинами, если их занимали наркотики? Это же бессмысленно.
– Вы порекомендовали им какой-то конкретный магазин? – невинно осведомляюсь я. – Может, мы и сами захотим туда заглянуть.
– Брюнетку особенно занимали шляпки. Я и посоветовала им специализированный магазинчик на рю де Лилль. Других вроде как не называла. – Из фойе доносится звон колокольчика, и хозяйка тут же поджимает губы. – Извините, мне надо работать.
– Спасибо большое, что уделили нам время, мадам… Прошу прощения, но, кажется, я не поинтересовалась вашим именем?
– Мадам Брат, – отвечает женщина, вырывая чек из книжки, которую достала из кармана передника. – Было очень приятно с вами побеседовать.
Глава 13
23 марта 1931 года
Булонь-сюр-Мер, Франция
Покинув «Морво», мы продолжаем следовать маршрутом медсестер. По дороге то и дело поглядываем на здание Центрального железнодорожного вокзала, в уборной которого Мэй в последний раз видели живой, однако пока туда не заходим. Мы твердо решили держаться пути девушек, на котором следующим пунктом значится рю де Лилль. Только так мы сможем увидеть город их глазами.
По склону холма мы поднимаемся молча. Быть может, мои подруги тоже сейчас строят догадки, о чем думали Мэй и Селия на этой самой улице. Мечтали ли они вернуться в Англию с новенькими модными французскими шляпками? Ловлю себя на том, что мысленно подробно расписываю эту сцену.
Меж тем подъем, на удивление, становится все круче, и я уже не в первый раз предлагаю поймать такси. Эмма решительно отказывается, хотя задыхается и бормочет что-то о «той еще изматывающей прогулочке». Не желает послаблений и Марджери, уже хромающая в своих стильных легких туфельках. Ей следовало надеть оксфорды или удобные практичные туфли, как поступили все остальные.
Наконец мы достигаем мощенной булыжником улочки и, целиком отдавшись роли туристок, охаем и ахаем, восторгаясь очаровательными магазинчиками рю де Лилль. Наведываясь по очереди в каждый, болтаем с продавцами и задаем вроде бы невинные вопросы о «несчастной английской медсестричке». В кондитерской, с ее такими соблазнительными, такими изысканными сладостями, малодушно задерживаемся. Увы, успех нам более сопутствует с лакомствами, нежели с получением полезной информации. Никто из наших собеседников Мэй и Селию не помнит – знают-то о них, разумеется, все.
В конце улицы мы обнаруживаем магазин дамских шляп. На витринах и прилавках выставлена просто ошеломительная коллекция головных уборов, начиная с вездесущего мешковатого клоша всевозможных расцветок и заканчивая вариациями из шелка, льна и шерсти – изделиями Модного дома Эльзы Скиапарелли, а также новейшими интерпретациями классического берета – самых нелепых цветов, да еще разукрашенных перьями и бахромой. У оказавшихся здесь девушек, должно быть, дух захватило от столь богатого выбора.
В магазине полно покупателей, однако персонала что-то не видать. Но вот я замечаю, что в задней части зала единственная продавщица как раз заканчивает обслуживать клиентку. Схватив Эмму под руку, я тяну ее к рыжеволосой девушке, щеголяющей в эксцентричном темно-синем берете. По-моему, лучшей рекламы для заведения и не придумать.
– Excusez-moi, mademoiselle? Прошу прощения, мадемуазель?
– Oui, mesdames? Да, дамы? – Несмотря на юность – я бы дала продавщице лет девятнадцать или двадцать, – ее светло-голубые глаза смотрят устало, и под ними виднеются темные круги.
– Моя подруга хочет обновить свой гардероб шляпок. Мы надеялись, что вы сможете снять мерку и предложить что-нибудь из вашей чудесной коллекции, – говорю я, и Эмма одаривает девушку лучезарной улыбкой.
При мысли о крупной продаже лицо у той проясняется, и она спешит за мерной лентой.
– В этих девчачьих вещицах я буду выглядеть полной дурой. Предпочитаю оставаться в своих классических уборах, – протестует баронесса, приглаживая эффектное пурпурное перо на своей шляпке, широкие поля которой определенно не отвечают нынешним модным тенденциям.
– И правильно делаете. Лично меня никогда не обвиняли в слепом следовании моде, и я предпочитаю, чтобы так оставалось и впредь. Мы с вами прекрасно знаем, что нам идет, а потому к черту моду, – отвечаю, понимая, что при всем желании, увы, не могу позволить себе потратиться на стильные новинки. Однако, несмотря на это, приметив весьма практичную прорезиненную шляпу от дождя, тут же тянусь за ней.
– Вместо меня вам в данном случае следовало привлечь Марджери. – Эмма кивает на Эллингем, которая вертится перед зеркалом в одной из новинок от Скиапарелли.
– Я намеренно выбрала именно вас, – объясняю я, разглядывая себя в шляпе от дождя. Гламурной вещицу назвать можно лишь с натяжкой, однако она точно пригодится. – Видите ли, здесь мы ни за что не найдем шляпку на ваш вкус, но зато надолго займем продавщицу и получим прекрасную возможность для расспросов.
Эмма одобрительно улыбается, и в этот момент возвращается девушка с лентой. За пару минут она определяет размер, после чего Орци изучает предложенные фасоны, примеряя кое-какие образцы. Я наблюдаю за процессом и через некоторое время обращаюсь к продавщице:
– А вы хорошо знаете свой товар, как я посмотрю. Давно здесь работаете?
– Вообще-то, у меня только что закончилось обучение. Собственно говоря, сегодня первый день, когда мне позволили работать самостоятельно.
«Это объясняет усталые глаза и темные круги под ними», – отмечаю я про себя, вслух
