– Понятно. Не будете ли вы столь любезны назвать действительную сумму стоимости вашей компании?
Рей долго изучал поверхность стола, потом сказал:
– Боюсь, мистер Мейсон, что сделать это будет очень трудно, потому что у нас нет такой бухгалтерии, как в торговых предприятиях.
– Мне все это понятно, – прервал его Мейсон, – но ведь я не требую у вас точных цифр. Меня интересует, сколько вы получаете прибыли?
– Это зависит исключительно от личной инициативы.
– Хорошо. Спрошу иначе. Сколько вы заработали за прошлый год?
Рей отвел глаза от лица Мейсона и уставился на большой сейф, помещавшийся в углу комнаты. После долгой паузы он заговорил:
– Мне думается, каждый из нас получил тысяч по шесть долларов.
– И вы, и мистер Прескотт заработали по шесть тысяч долларов?
– Около того.
– В таком случае Вальтер Прескотт не мог вложить какие-либо средства в бизнес.
Рей неожиданно улыбнулся:
– Все ясно. Вас интересуют те деньги, которые, как уверяет Розалинда Прескотт, она дала ему вложить в дело?
Мейсон кивнул.
– Сказать по правде, мистер Мейсон, ей бы лучше помолчать на этот счет. Ее денег в нашем деле нет.
– Как вы считаете, она давала ему эти двадцать тысяч?
– Трудно сказать. Но раз она говорит, что да, я склонен ей верить.
– Ну, а если Вальтер уверил, что она ему ничего не давала, это повлияет на ваше мнение?
– Трудный вопрос.
– Понимаю.
– Что же, я не буду менять своего отношения к этому вопросу, – после недолгого колебания сказал Рей.
– Но в таком случае куда Вальтер мог девать такие деньги?
– Не принимаете ли вы меня за ясновидящего?
– Нет, я просто интересуюсь вашим мнением.
– Я не знаю.
– А как насчет женщин?
– Ну, нет! – Рей даже замахал руками. – Только не женщины. Вальтер был не из таких.
– Почему вы так считаете?
– Вы с ним не были лично знакомы?
– Нет.
– Если бы вы его знали, то поняли бы, что я прав. Невольно думалось, что у него рыбья кровь, а не человеческая. Он был похож на старого книжного червя или счетовода. К тому же он трудно сходился с людьми, отталкивал всех своей необщительностью. Все разговоры я брал на себя, разъезжал, уговаривал. Ну а Вальтер…
Ему не дал договорить звонок телефона, стоящего на столе. Рей схватил трубку, радуясь возможности подумать.
– Алло… Это вас, мистер Мейсон.
Он протянул трубку адвокату.
– Алло?
Пол Дрейк четко произнес:
– Ты выиграл, Перри.
– Что я выиграл?
– Тебя не обманули предчувствия. Я тут развил бешеную деятельность – и нашел-таки Паккарда, но под другим именем.
– Под каким?
– Джексон Браун.
– О'кей. Ну и что с этим Джексоном Брауном?
– Он исчез примерно две недели назад. Снимал комнату в пансионате для холостяков на Западной Тридцать пятой улице. Плата была внесена вперед. Несколько друзей. Вполне приличные отношения с хозяйкой. Подписка на еженедельную газету. Парочка приятельниц, которые иногда заходили выпить коктейль. Типичный коммивояжер, одним словом.
Потом он исчезает. Перед дверью накопилась стопка газет. Письма никто не распечатывает. Он отдал в чистку костюм и все беспокоился, как бы они его не задержали слишком долго. Так этот костюм из чистки не взят. Одна из подружек позвонила хозяйке и сказала, что она договорилась с Брауном встретиться, но он не явился на свидание. Она, дескать, боится, что с ним что-то случилось. После разговора с ней хозяйка известила полицию. Полиция выяснила только, что он вывел, как обычно, свою машину из гаража – и исчез. Хозяйке он сказал, что работает коммивояжером. Но никто толком не знает, что он именно продавал. Полиция пыталась выяснить хоть что-то об этом Джексоне, но уперлась в голую стену. Даже не смогла узнать, где он работает. Согласно теории полиции, работодатель Брауна заявил бы в свое время об исчезновении, если бы Браун действительно исчез. Ничего не разведав, они просто положили заявление хозяйки под сукно. Правда, папка на него заведена в бюро о пропавших людях.
– Почему ты думаешь, что он – тот человек, который нам нужен? – спросил Мейсон.
– По машине. Я сходил в гараж, где он ставил свою легковую, узнал, что ее недавно ремонтировали, разыскал механика, отвез его к разбитой машине и показал ему. Он сразу же ее узнал, даже показал, что именно он ремонтировал. Сейчас мы оба в аптеке, откуда я звоню.
– Как оказалось, что эта машина была зарегистрирована на имя Карла Паккарда?
– Не знаю. Ясно одно: это точно машина Брауна… Заводской номер машины не совпадает с номером, указанным в сертификате.
– Ты уверен?
– Да. Мне на это указал механик. Когда он ремонтировал машину, у нее был другой регистрационный номер, она была записана на Джексона Брауна. Нынешние водительские права совпадают с номером Карла Паккарда, в нем указана та же марка машины. Но машина не та.
Мейсон наморщил лоб.
– Что ж, Пол. Кажется, мы сдвинулись с мертвой точки. Придется поработать по линии регистратуры, тогда вторая машина даст нам направление нашей дальнейшей деятельности. Действуй, не теряя времени. Я тебе скоро позвоню.
Положив трубку, он сказал Рею, что хотел бы возвратиться к вопросу о партнерстве.
– Прошу прощения, – прервал его Рей, – вы только что по телефону упомянули имя некоего Джексона Брауна. У него не произошло никаких неприятностей?
Мейсон с совершенно непроницаемым лицом потянулся за сигаретой, которую положил на край пепельницы, разговаривая по телефону, и спросил самым безразличным тоном:
– Ваш знакомый?
– Да, как же, я его хорошо знаю.
– Как давно вы его видели?
– Вчера.
– Утром или днем?
– Утром. Скажите же, у него что-нибудь случилось?
– Он не появляется на квартире, и его хозяйка известила об этом полицию.
Рей громко расхохотался.
– Ну и насмешили же вы меня! Джексон, Джексон Браун пропал! Господи помилуй, да он и из города никуда не выезжал. За две недели я видел его раза три-четыре. А вчера утром он приходил в контору.
Перри Мейсон, откидываясь на стуле и скрещивая далеко вытянутые длинные ноги, спросил:
– Страхование?
– Не совсем, – ответил Рей.
Мейсон всем своим видом показывал, что ждет разъяснений.
Его собеседник заерзал на стуле и промямлил:
– В конце концов, мистер Мейсон, поскольку вы представляете миссис Прескотт, являясь как бы членом семьи, я уверен, что могу вам полностью доверять. Браун – как бы это выразиться? – осуществлял гарантию страхования.
– Он чем-то торговал?
– Да нет, не торговал. Он расследовал пожары на тот предмет, возникали ли они случайно или нет. Ну, а если обнаруживал какую-то подтасовку, он знал, что делать. Он опытный работник.
– Понятно. Нечто вроде неофициального детектива?
