В этом месте был обнаружен потерпевший катастрофу самолет доктора Самерфилда Мальдена. По ряду признаков определили, что при посадке произошла авария, за ней последовал пожар. В самолете находилось обуглившееся тело. Удалось разобрать цифры на крыле самолета. Это был самолет доктора Самерфилда Мальдена, и тело в нем было только одно. Огонь совершенно расплавил стрелки часов на приборной доске, установить момент аварии оказалось невозможным. Измерив с помощью двух циркулей и масштабной линейки расстояние на полетной карте, свидетель может поклясться, что согласно приблизительному времени полета и покрытому расстоянию, принимая в расчет общие погодные условия, можно утверждать: самолет летел без остановки по намеченному курсу в Лас-Вегас, Невада, пока не потерпел по неизвестной причине аварию и не сгорел.
– Приступите к перекрестному допросу, – обратился Херли к Мейсону с вызовом.
Тот казался удивленным, спросил:
– Перекрестный допрос?
– Да, перекрестный допрос, – подтвердил Херли.
– Зачем? – сказал Мейсон. – У меня к этому свидетелю нет вопросов, совсем нет.
Херли, казавшийся вполне довольным собой, продолжил:
– Если суд позволит, следующий свидетель называет себя специалистом. Некоторые из его показаний будут сугубо техническими. Следовательно, появится необходимость в некоторых разъяснениях, чтобы можно было понять суть показаний.
– Очень хорошо, – провозгласил судья Телфорд вроде бы с долей любопытства. – Продолжайте.
Херли задал ряд коротких вопросов, дабы показать, что свидетель, некто Дадли Ломакс, по образованию, эрудиции и практическому опыту специалист в области криминалистики. После вопросов, выявляющих его квалификацию, Херли обратился к Мейсону:
– Хотите провести перекрестный допрос относительно профессии свидетеля, мистер Мейсон?
Тот ответил:
– Не теперь.
– Очень хорошо, – сказал Херли и добавил: – Я могу пояснить суду, что криминалистика – это термин, описывающий сравнительно новую отрасль знаний, подразумевающую применение разнообразных научных методов из различных областей знания для раскрытия преступления. Свидетель – видный специалист в области криминалистики.
– Я думаю, что оговорка мистера Мейсона включает в себя это, – сказал судья Телфорд. – Продолжайте. Начинайте задавать ваши вопросы.
– Мистер Ломакс, – сказал Херли, – сначала я вас попрошу объяснить суду значение термина «линии эмиссии в спектре».
Ломакс, явно обрадованный возможностью продемонстрировать свою эрудицию, удобно расположился на свидетельском месте.
– Пожалуйста, избегайте, насколько возможно, специальных терминов, – предупредил Херли. – Просто объясните суду в общих чертах, что они означают.
– Суд вполне знаком с линиями эмиссии и с тем, что они означают, мистер Херли, – уточнил судья Телфорд.
– Я понимаю, ваша честь, – быстро сказал обвинитель, – но это для протокола.
Услышав, что судья понимает вопрос, Ломакс, казалось, несколько смутился.
– Продолжайте, – предложил свидетелю Херли. – Объясните лишь в общих чертах, что они означают.
– Хорошо, – согласился Ломакс, – в луче света от твердого светящегося раскаленного источника содержатся все видимые цвета. Когда такой луч концентрируют на узкой вертикальной щели и посредством системы линз пропускают через стеклянную призму, то самые длинные из видимых красные световые волны преломляются призмой меньше, чем самые короткие фиолетовые. Спектроскоп – это прибор, разлагающий белый световой луч на составные части. Получается так называемый непрерывный спектр, представляющий собой переходящие один в другой цвета радуги – от начального красного через промежуточные оранжевый, желтый, голубой к конечному фиолетовому.
– Попробуйте по возможности не вдаваться в технические детали, – предложил Херли.
Свидетель откашлялся.
– Если источник света не твердое раскаленное тело, а светящийся газ, то свет обычно не белый и не содержит волны всех цветов спектра. Он может быть почти любым, например желтым от натрия, используемого для освещения дорог, красным от неона, применяемого в рекламах, голубовато-зеленым от ртути и так далее. Когда такой свет проходит через спектроскоп, он разлагается не на весь спектр, а на несколько линий. Спектр получается прерывистым, и каждое сочетание строго соответствует определенному химическому элементу. Любой светящийся газ можно определить по расположению таких линий. Когда вводят металл, превращают в пар электрическую дугу, используемую как источник света, она окрашивается газообразными частицами, и в спектроскопе появляются характерные для этого металла линии.
– Если я вас правильно понял, таким путем можно определить химический состав вещества? – спросил Херли.
– Правильно. Это не количественный анализ, но присутствие тех или иных химических элементов определить можно.
– А использовался ли этот принцип при уголовном расследовании?
– О да. Были изготовлены приборы с использованием электрической дуги. Это для исследования твердых тел. А для исследования растворов – с применением мощного электрического разряда. Спектр такого света, даже если вещество присутствует в микроскопическом количестве, может быть за короткий период перехода в газообразное состояние зафиксирован на фотопленке. Изучив линии на снимке, можно точно определить, содержится или нет искомый химический элемент в изучаемом веществе.
– Вы можете пояснить, как этот принцип используется при уголовном расследовании? – спросил Херли.
Судья Телфорд бросил взгляд на Перри Мейсона, будто ожидая возражений, но тот слушал внимательно, словно сильно заинтересованный рядовой зритель в зале суда.
– Итак, – сказал Ломакс, все еще наслаждаясь тем, что оказался в центре внимания, – очень часто мы таким путем определяем даже микроскопическое количество вещества, что при обычных анализах никогда не удается. Существуют металлические соединения, безвредные при попадании в организм человека. В отделе, где я работаю, мы классифицировали их, присвоив каждому кодовое обозначение. Например, вещество, которое нас в данный момент интересует, известно под кодовым номером 68249.
– Это имеет какое-то отношение к линии эмиссии? – спросил Херли.
– Косвенно. Это только кодовый номер. Конечно, он в какой-то мере отражает линии эмиссии в пределах некоторых длин волн.
– А вещество под кодовым номером 68249 можно обнаружить спектроскопическим анализом?
– Да, сэр.
– В каком количестве?
– В микроскопическом.
– У вас была возможность сделать спектроскопический анализ органов тела доктора Самерфилда Мальдена?
