Мейсон встал.
– Если суд позволит, я хочу теперь представить возражение, которое раньше отложил.
– Очень хорошо.
Мейсон сказал:
– Вполне очевидная цель данных свидетельских показаний – это указать, что обвиняемая по этому делу имела доступ к каким-нибудь наркотикам, которые хранились у доктора Мальдена в соответствии с его обязанностями; что она знала, что муж брал фляжку с собой в самолет и время от времени делал из нее глотки; что она наполнила фляжку и воспользовалась возможностью положить в нее наркотики, к которым имела доступ; что в результате доктор Мальден задремал и его самолет разбился в пустыне.
Судья Телфорд взглянул на помощника окружного прокурора.
– Я думаю, это в основном верно, мистер помощник прокурора?
– Да, ваша честь, – сказал Херли. – В добавление к этому я могу отметить, что пока мы только констатировали присутствие сульфата морфия в виски. Мы еще не представили результаты количественного анализа, определившего содержание наркотика в виски, но я предполагаю доказать, что в виски было достаточное количество морфия, чтобы даже небольшой глоток мог притупить чувства. Сонливость и обморок наступили так скоро, что человек, особенно пилот, не смог бы справиться с ними, даже если б его предупредили о возможности их возникновения. Я думаю, что суд должен рассмотреть все эти вопросы, а у меня есть тот, кто может дать суду показания относительно количественного анализа принятого морфия, и он будет моим следующим свидетелем при нормальном ходе судебного разбирательства.
– Я полностью согласен, – сказал Перри Мейсон, поклонившись суду. – Так как здесь присяжные не присутствуют, то я считаю, что суд должен принять во внимание сложившиеся обстоятельства для обвинения по этому делу и характер доказательства, которое обвинитель захочет представить. А теперь, если суд позволит, я хочу возразить против любых каких-либо представленных доказательств с попыткой связать обвиняемую с каким-либо преступлением до тех пор, пока не будет доказано, что преступление совершено. Полагаю, я только подтверждаю общеизвестное юридическое правило, когда указываю, что обвинение должно представить необходимые доказательства виновности, прежде чем дать какое-либо свидетельство с целью связать обвиняемую с преступлением.
Вежливо улыбнувшись, Мейсон сел.
Судья Телфорд повернулся к обвинителям.
– Вы хотите, чтобы вас выслушали? – спросил он. На его лице появилась вежливая улыбка, в голосе – никаких эмоций.
– Я очень хочу следовать главному правилу закона, – сказал Херли со злобой, – но я, однако, не понимаю, чего добивается мистер Мейсон. Есть мертвый человек. Его, очевидно, убили с помощью отравленного виски, которое он проглотил и которое, по крайней мере согласно косвенной улике, было умышленно приготовлено обвиняемой по данному делу, женщиной, имевшей возможность очень хорошо воспользоваться смертью мужчины. Я хочу заявить, что сейчас я не представлю всех показаний, которые я имею возможность представить во время дальнейшего судебного разбирательства. Я ссылаюсь на представленные теперь показания как на мотивацию и предысторию, которая подтвердит мотивацию. Были некоторые колебания с нашей стороны при вызове Кастеллы для дачи свидетельских показаний. Мы понимали, что защита, несомненно, сумеет повернуть это в свою пользу и мы, следовательно, будем вынуждены отступить. Однако я хочу заявить, что свидетель может показать и, несомненно, покажет на перекрестном допросе, что между ним и обвиняемой по этому делу существовали интимные отношения; что у него было основание быть уверенным, что обвиняемая по данному делу изготовила дубликат ключа от кабинета доктора Мальдена, где хранились наркотики, и что имело место тайное изъятие наркотиков у доктора Мальдена способом, который приводил в недоумение; что эти наркотики были изъяты обвиняемой из-за ее страстной влюбленности в свидетеля, Рамона Кастеллу, и мы также можем допустить на этот раз, что Рамон Кастелла, в свою очередь, обеспечивал себя деньгами, передавая препараты торговцам наркотиками. Это малопривлекательная картина. Я бы не хотел касаться этого вопроса на предварительном слушании, но, несомненно, некоторые подробности станут известными в результате перекрестного допроса.
Судья Телфорд посмотрел на Мейсона поверх очков.
– Конечно, ваша честь, – сказал Мейсон, улыбаясь еще приветливее, – после того как я подверг свидетеля перекрестному допросу по поводу его показаний, я едва ли в будущем получу возможность возразить против них. Следовательно, теперь я высказываю возражение. Однако, как я думаю, цель моего возражения понята неправильно. Я указываю, что вина отсутствует, ибо нет доказательства, что найденное в самолете тело – это тело доктора Мальдена. Лично я думаю, подчеркиваю – делаю просто логичное предположение, что доктор Мальден в последнюю минуту предложил своему другу Дарвину Керби лететь на своем самолете в Солт-Лейк-Сити, тогда как сам доктор Мальден собирался провести выходные на стороне с подружкой.
– О боже! – воскликнул Херли. – У вас нет ни малейших доказательств. На это нет никакого указания. Ни в показаниях свидетелей, ни в результатах расследования, проведенного полицией.
– Тогда полиция не провела надлежащего расследования, – пояснил Мейсон. – Я имею основание полагать, что доктор Самерфилд Мальден жив и сегодня; что тело, найденное в самолете, – это тело его друга Дарвина Керби; что по причинам, хорошо известным лишь ему самому, доктор Мальден решил исчезнуть; что, как только он узнал о гибели своего друга и о том, что власти признали в обугленном теле его останки, он умышленно исчез.
– Но нет ни малейших доказательств этого. Вы не можете представить ни одного доказательства того, что дело обстоит именно так, – запротестовал Херли.
– А мы и не должны предоставлять, – возразил Мейсон. – Закон это сделает за нас. Закон гласит, что ваше дело – доказать вину до того, как вы начнете представлять какие-либо доказательства, связывающие обвиняемую с преступлением, несмотря на любое признание обвиняемой.
– Это только формальность, – заявил раздраженно Херли.
– Нет, не только, – опять возразил Мейсон. – Это мудрое правило процессуально-правового кодекса, с помощью которого закон охраняет права невинных людей. Обвинение всегда исходит из предположения виновности обвиняемого и любые гарантии, которыми закон оберегает обвиняемого, считает юридическими формальностями.
Мейсон сел.
Судья Телфорд посмотрел на помощника окружного прокурора, затем еще раз взглянул на Перри Мейсона поверх очков.
