– Что вы можете нам сказать об опознании погибшего?
– Принимая во внимание состояние трупа, идентификация, разумеется, могла базироваться только на косвенных доказательствах. Например, до этого было точно установлено, что человек, назвавшийся Карлом Паккардом из Олтвилла, в действительности являлся следователем при правлении противопожарного страхового общества Джексоном Брауном. Имя Карла Паккарда ему облегчало его деятельность, так что, вспомнив в больнице свое амплуа, он немедленно вспомнил и причины, вынуждавшие его скрывать свое подлинное имя. Именно поэтому он при мне ни словом не обмолвился о Джексоне Брауне, а сразу же заявил, что он Карл Паккард из Олтвилла.
В правлении страхового общества хранятся отпечатки пальцев всех сотрудников общества. Несмотря на сильную деформацию головы трупа, рисунок кожи на пальцах сохранился в отличном состоянии. По отпечаткам пальцев точно установили, что это действительно останки Джексона Брауна.
– Мне кажется, что все, что нужно от доктора Болласа, мы узнали, – сказал Скэнлон.
– Одну минуточку, – раздался вдруг голос Перри Мейсона, – не разрешит ли мне коронер задать доктору несколько вопросов?
Коронер кивнул.
– Скажите, доктор, в тот момент, когда к Карлу Паккарду, или Джексону Брауну, вернулось сознание, то есть когда он вспомнил, кто он такой, не обсуждали ли вы обстоятельства несчастного случая?
– Обсуждали.
– Что он говорил?
– Сказал, что увидел в окне дома по правой стороне нечто такое, на чем его внимание целиком сконцентрировалось. Он совершенно забыл про дорогу и лишь в последнее мгновение почувствовал, что слева на него надвигается огромная махина. Он успел заметить, что это был громадный фургон, заворачивающий на Четырнадцатую улицу. Он пытался пустить в ход тормоза, но было уже слишком поздно. Фургон врезался в легковую, та свалилась в канаву, сам же Браун потерял сознание и дальнейшего не помнит.
Родней Кафф, поднявшись на ноги, заговорил изысканно-вежливым тоном:
– Если коронер разрешит, я протестую против такой формы расследования. Человек по имени Браун, или Паккард, умер, сам он не сможет дать показания, что именно он видел в окне. Попытка выяснить это на основании косвенных показаний и запротоколировать противоречит процедурным правилам.
– Почему? – возразил Скэнлон. – Мы стараемся определить, как погиб этот человек. Был ли он убит, покончил ли с собой или стал жертвой несчастного случая, потому что вел машину в состоянии психической неуравновешенности и это явилось причиной падения с обрыва.
– В таком случае должен ли я считать, что это единственная цель проводимого допроса?
– Повторяю: мы лишь стараемся выяснить, что явилось причиной смерти этого человека. Насколько я знаю, мистер Кафф, вашего клиента пока ни в чем не обвиняют в связи с этой смертью.
– Категорически протестую против вашего последнего замечания, – несколько истерически заявил Кафф, – тем самым вы намекаете, что еще до окончания дознания появятся данные, доказывающие, что мой клиент, мистер Дресколл, имеет отношение к этой смерти.
– Подобных намеков я не делал. Считаю своим долгом заметить, что вы превышаете свои полномочия и тем самым вредите своему подзащитному.
Кафф открыл было рот, но передумал и опустился на место.
– Есть еще вопросы к доктору? – спросил Скэнлон у Перри Мейсона.
– Это, пожалуй, все. – Перри Мейсон тоже сел.
– Имеются ли у представителей прокуратуры вопросы к доктору Болласу?
Овермейер покачал головой:
– Не сейчас, ваша честь. Мы хотели бы спросить полицейского патологоанатома и офицеров транспортной службы, обнаруживших труп… Одну минуточку. Все же у меня есть один вопрос к доктору. Этот человек ничего вам не говорил такого, на основании чего можно было бы предположить, что именно он видел в окне?
– Ничего, кроме того, что это было, по его словам, нечто удивительное или потрясающее. Точного выражения я не помню. Мне показалось, что мистер Паккард был просто ошеломлен виденным.
– У меня все.
Доктор Боллас начал спускаться с помоста, сооруженного специально для свидетелей. Неожиданно Мейсон сказал:
– Одну минуточку, доктор. Я бы попросил вас остаться на несколько минут. Будьте добры, садитесь в это кресло. Ваши услуги нам понадобятся.
Мейсон указал на крайнее кресло в первом ряду.
Доктор нахмурился и взглянул на часы:
– У меня в больнице несколько тяжелобольных, так что я прошу вас освободить меня как можно скорее.
– Непременно, доктор, – сказал Скэнлон. – Посидите немножко.
Доктор Боллас сел. Рядом сидел Джексон Вейман. Он с любопытством воззрился на врача единственным глазом, поблескивающим сквозь бинты.
– Следующий свидетель, – объявил коронер, – Эдвард Вирд, один из офицеров транспортной полиции, который обнаружил тело на месте происшествия.
На Эдварда Вирда было приятно посмотреть: форма на нем сидела как влитая, выправке позавидовал бы любой новобранец.
– Вы были в числе тех офицеров, которые обнаружили труп покойного?
– Да, сэр. Я и мой партнер, Джек Мурр, патрулировали шоссе и проехали напрямик от приморского бульвара на Коньонс-роуд, и тут я случайно заметил, что некоторые ветки обломаны как раз под вершиной холма, по которой проложено шоссе. Мы остановили машину и проверили, в чем дело. С первого же взгляда было ясно, что совсем недавно сверху упал какой-то громоздкий и тяжелый предмет. Мы спустились вниз футов на шестьдесят-семьдесят и оттуда заметили обломки легковой машины, лежавшей на самом дне каньона. Добраться до них было крайне сложно. Лишь через полчаса мы смогли подойти вплотную к автомобилю. Водитель лежал под машиной. Сама легковая в центре изогнулась наподобие подковы, придавив несчастного. Голова у него была расплющена, как яичная скорлупа. Он умер, наверное, несколько часов назад. Уже начался процесс разложения трупа, который пролежал несколько дней под жарким солнцем.
– Что вы сделали?
– Известили коронера, потом вызвали аварийную бригаду. Сначала подняли наверх труп, потом машину.
– Присутствовали ли вы при том, как представители прокуратуры проверяли рулевое колесо на предмет отпечатков пальцев?
– Присутствовал.
– Что они обнаружили?
– Никаких отпечатков не было.
– Присутствовали ли вы при обыске карманов пострадавшего?
– Да.
– Я покажу вам все вещи, найденные у покойного. Посмотрите, все ли на месте?
Офицер проверил самым тщательным образом, потом удовлетворенно кивнул:
– Да, именно эти вещи находились в карманах пострадавшего. Больше ничего не было.
– Вы в этом уверены?
– Да.
– Что вы можете сказать нам о машине, лежавшей на дне каньона?
