Я замолчал и глубоко затянулся сигаретой.
– Послушайте, – обратился ко мне Фрэнк Мэлони, – мы хотим услышать подтверждение сказанного вами от…
Кловер вскочил.
– Джентльмены, – сказал он, – мы не знали, что Дональд Лэм собирается вам все рассказать. Он работал рука об руку с нашей полицией, но мы пока не были готовы делать подобные заявления. Мы бы попросили вас немного подождать.
– Подождать с подобным материалом! – воскликнул Мэлони. – Да вы просто сошли с ума!
Кловер повернулся к нему:
– Убирайтесь отсюда! Все это зашло слишком далеко! Черт бы вас побрал, Лэм! У вас не было права выпускать кота из мешка!
– Я думал, вы хотите сделать заявление прессе. Разве не для того вы здесь их всех собрали?
– Убирайтесь все отсюда, все! Мы сделаем официальное заявление через полчаса. Так ведь, Наннели?
– Давайте лучше, скажем, минут через сорок, – ответил окружной прокурор.
Берта Кул прочла газету и посмотрела на меня.
– Ах ты, маленький сукин сын! Как, черт возьми, ты обо всем этом догадался, Дональд?
– Дафни Бакли внезапно стала нервничать. Врач посоветовал ей уехать к океану отдохнуть, а окружной прокурор освободил ее от дачи показаний в суде. Я сложил два плюс два, кроме того, я не мог объяснить совпадений в этом деле, пока не стал внимательно обдумывать мелкие факты.
Ключ к разгадке просматривался с самого начала, когда Сандра Иден сказала, что она пришла к своей подруге-библиотекарю и попросила порекомендовать хорошее сыскное агентство. По ее совету Сандра и пришла к нам. Бакли так все устроила, что мы приняли участие в игре. Это не могло быть простым совпадением. Это могло только означать, что люди Бакли проверяли Сандру и весь сценарий строился в соответствии с этим. Тело Бакли слишком долго не находили. Его вдова нервничала. Это ее выдавало и подтверждало мои догадки.
– Зажарь меня вместо устрицы! – закричала Берта Кул. – И ты выпустил кота из мешка там, в Бейкерсфильде, и Дафни пришлось во всем признаться и потом выпить пол-упаковки снотворных таблеток.
– Это лучше, чем угодить в газовую камеру или отсиживать в тюрьме всю оставшуюся жизнь.
Берта взяла в руки чек, лежавший перед ней на столе.
– Страховая компания имеет специальную статью, по которой детективные агентства, раскрывшие попытку мошенничества, получают определенную сумму от величины страховки. Вот чек на десять тысяч долларов!
– Это все мелочи! Вспомни об Эмосе Гейдже, который скоро получит свои семьсот пятьдесят тысяч!
– Иногда мне кажется, Лэм, что ты один из самых умных сукиных сыновей в мире!
– Я думаю, деньги тебе не помешают? – спросил я Берту Кул. – Они совсем неплохая приправа к жизни. Без эдакого острого соуса жизнь кажется пресноватой, не правда ли?
– Ты меня пугаешь, Дональд, а не деньги. Буду с тобой откровенна. Если бы не моя жадность, я давно бы прекратила наше партнерство, пока еще не совсем потеряла остатки своей независимости.
– Но ты ведь не собираешься этого делать?
– Нет, черт возьми! Можешь съездить к своему Гейджу за этим великолепным соусом… Для себя! Ну… и мне передашь немного.
