Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 96
Мисс Драммонд задумчиво посмотрела ему в глаза:
— Тайна остается тайной, пока ее хранишь. Вы полицейский, кому и знать такое, как не вам! Фиона держалась приветливо, спокойно, к старшим относилась почтительно. И воспитана хорошо, как будто училась в дорогой школе. Но мне она рассказывала только, как любила своего дедушку, а он был знатным волынщиком. Да, и еще она любила своего солдата, которого убили на войне. А больше я ни о чем ее не спрашивала, а она не говорила. Ну, вам пора идти. Сейчас вернется Драммонд, и тогда нам обоим от него достанется! Он не любит, когда кто-то выспрашивает о Фионе или о парнишке. «Чем меньше говоришь, тем скорее заживет». Так он считает!
— Я сейчас уйду. Последний вопрос, — ответил Ратлидж, не желавший признать свое поражение. — Мне сказали, что мужчин влекло к Фионе Макдоналд. Это правда?
Ответом ему послужило тяжелое молчание. Лицо мисс Драммонд вдруг пошло красными пятнами. Она с трудом справлялась с овладевшими ею чувствами. Что с ней? Она злится? Завидует? Ревнует? Через несколько секунд женщина ответила сдавленно, вынужденно:
— Как говорится, в тихом омуте… Не знаю. По натуре Фиона неразговорчивая, она не из таких, с кем будешь сидеть и сплетничать. Я так и не поняла, что она за человек. Мы с ней не были близки. Зато мужчины видели в ней что-то другое. Даже не могу сказать, что именно. Бывало, смотрят на нее, ловят ее взгляды, ждут, когда она им улыбнется… и сами начинают светиться изнутри. Как будто она их приворожила! И мой брат так же пялился на нее. А уж что он в ней нашел — не могу вам сказать. Я этого не понимаю. Как будто ему казалось, что он понял, какая она на самом деле. По-моему, Драммонд в нее влюблен. И если хотите знать, Эллиот тоже. Недаром он так разоряется насчет грехов. Наверное, сам по ночам сгорает от вожделения!
— Но полицейские-то наверняка не подпали под ее чары…
— Вы так думаете? Маккинстри спас бы ее, если бы смог, он ведь до сих пор надеется жениться на ней. Оливер, бывало, все заглядывал в паб выпить кружечку, перед тем как шел домой, и просиживал часами, а ведь он женатый человек! А главный констебль и фискал больше всего злятся из-за того, что она не хочет подчиниться и признаться в своих преступлениях, и покаяться, как положено женщине. Им кажется, что она расшатывает их авторитет, ее упорство нарушает их веру в собственную важность. Нет ничего удивительного в том, что они так хотят ее повесить. Разве вы не понимаете? Так им проще всего от нее освободиться!
Когда Ратлидж вошел в отель, его сразу окликнул сидевший за стойкой портье:
— Сэр, вам звонили из Лондона.
Ратлидж прочел переданную ему записку:
«Перезвоните сержанту Гибсону».
Гибсон, славившийся своим непревзойденным умением добывать нужные сведения, отличался, кроме того, еще и дотошностью.
Ратлидж зашел в телефонную будку, положил шляпу на стоявший там столик и позвонил в Скотленд-Ярд.
Гибсон подошел сразу:
— Инспектор Ратлидж, сэр?
— Да. Мне очень нужны хорошие новости. Ну что, удалось вам найти Элинор Грей?
— К сожалению, нет, сэр, порадовать вас не могу. Зато я побеседовал с суфражистками, с которыми она дружила и участвовала в маршах протеста. Ее не видели уже года три. Мне рассказали, что как-то она уехала на выходные в Винчестер и после того так и не вернулась в Лондон. По крайней мере, никто ее потом не видел. Почти все ее знакомые решили, что леди Мод надоели выходки дочери и она послала за ней.
— Они точно знают, что она уехала именно в Винчестер? Она ведь могла и солгать им насчет того, куда собирается.
— Совершенно верно, сэр. Я тоже об этом подумал и взял на себя смелость позвонить тем людям, к кому она должна была поехать. Мисс Грей так до них и не добралась. Она должна была приехать с одним офицером, с которым познакомилась в Лондоне. Но в последнюю минуту передумала, позвонила им и сказала, что вместо Винчестера они поедут в Шотландию — он получил отпуск по болезни, который заканчивался только через неделю. Она обещала перезвонить, когда вернется в Лондон, но так и не перезвонила.
В Шотландию!
— Вы спросили, как зовут того офицера?
— Да, сэр, спросил! — Голос Гибсона на том конце линии слышался четко и ясно. — Но подруга мисс Грей забыла его фамилию. Помнит только, что он уже бывал у них в доме. Она не позволила бы мисс Грей привезти с собой совершенно постороннего человека. Да и мисс Грей не стала бы навязывать знакомство.
— Молодец, Гибсон! — похвалил сержанта Ратлидж. — Пожалуйста, скажите, по какому номеру звонить ее знакомым в Винчестер.
На том конце линии послышалось шуршание.
— Сейчас, сэр, вот он! Некая миссис Хамфри Атвуд, в девичестве достопочтенная мисс Талбот-Хемингс. Они с мисс Грей вместе учились в школе и остались подругами. — Последовала пауза. Ратлидж услышал, как закрывается дверь. Понизив голос, Гибсон радостно продолжил: — Старший суперинтендент сказал, что мне не нужно было беседовать с суфражистками. Все они, по его словам, пропащие. Я только напрасно потратил время… — Последовала еще одна пауза. — Мне просто немножко повезло, вот так, сэр!
Если бы Ратлидж не знал Гибсона лучше, ему бы показалось, что сержант улыбается во весь рот, такая радость слышалась в его голосе. Но Гибсон улыбался редко — так же редко, как ошибался в своих находках и умозаключениях. Сержант был из тех полицейских, которые гордятся собой и своей работой и, если нужно, демонстрируют поистине бульдожью хватку. Только его глаза говорили о том, что, помимо крепких мускулов, он обладает острым как бритва умом. Ратлидж всегда подозревал, что старикашку Боулса и Гибсона разделяет давняя вражда.
Нелюбовь к Боулсу, впрочем, еще не делала Гибсона сторонником Ратлиджа. Зато Ратлидж мог надеяться, что Гибсон не исказит его слова и не оклевещет его при старшем суперинтенденте. Кроме того, Гибсон часто добывал для него очень ценные сведения.
Как сейчас.
Ратлидж поблагодарил сержанта, повесил трубку и задумался. Он еще долго сидел в телефонной будке.
Первая зацепка. Свидетельство, что Элинор Грей все-таки поехала в Шотландию… Правда, сведения получены не из первых рук, но это все же лучше, чем ничего.
Зачем мужчине везти в Шотландию женщину на позднем сроке беременности, если он не отец ее ребенка?
«А может, она ехала к кому-то другому, а он ее просто пожалел», — сказал Хэмиш.
«Да, и такое тоже вполне возможно», — подумал Ратлидж, распахивая дверь тесной будки и вдыхая свежий воздух. И все же, скорее всего, тот офицер знал отца ребенка или сам был его отцом. Ратлидж тоже оказал бы такую услугу приятелю, который сражался на фронте.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 96
