Миссис Лорример испуганно взглянула на Пуаро.
— Это правда, мосье Пуаро?
— Я нисколько в этом не сомневаюсь. Всем кажется, что она такая нежная, такая кроткая. Как бы не так! Она опасна, эта маленькая мадемуазель Энн! Ради собственного благополучия, собственного комфорта она может нанести вероломный предательский удар. Для мадемуазель Энн список преступлений не закончится на этих двух. Сойди это ей с рук, она обретет уверенность в себе. Миссис Лорример резко воскликнула:
— То, что вы рассказали, мосье Пуаро, ужасно. Ужасно!
Пуаро встал.
— Мадам, мне пора уходить. Подумайте над моими словами.
Миссис Лорример казалась немного неуверенной в себе. Пытаясь обрести свои прежние манеры, она сказала:
— Если мне это будет удобно, мосье Пуаро, я буду отрицать все, о чем мы с вами сегодня говорили. Запомните, у вас нет свидетелей. То, что я вам рассказала об этом роковом вечере, и о том, что видела, останется сугубо между нами.
Пуаро хмуро ответил:
— Без вашего согласия никто ничего делать не будет. Не беспокойтесь. Я пользуюсь своим собственным методом. А теперь я знаю, куда должен направить свои усилия.
Он взял ее руку и поднес к губам.
— Разрешите мне сказать вам, мадам, что вы замечательная женщина. Примите мое уважение и симпатии Да, действительно, вы одна из тысячи. Почему вы не сделали того, от чего не удержались бы девятьсот девяносто девять женщин?
— А что именно?
— Почему не рассказали мне, из-за чего вы убили своего мужа, и как произошло, что все случившееся не имело последствий?
— Право же, мосье Пуаро, — сказала она твердо, — это мое сугубо личное дело.
— Изумительно! — сказал Пуаро.
И еще раз поцеловав ей руку, он вышел из комнаты.
На улице было холодно. Пуаро огляделся по сторонам в надежде поймать такси, но ни одной машины нигде не было видно.
Тогда он пошел пешком по направлению к Кингс-роуд Он шел и напряженно думал, то и дело кивая головой.
Уже отойдя на значительное расстояние, он оглянулся и посмотрел на дом миссис Лорример. Какая-то женщина поднималась по ступенькам к входной двери. Она очень напоминала собой мисс Мередит. Пуаро на мгновение заколебался, раздумывая, не повернуть ли ему назад, но потом решил все же этого не делать.
Придя домой, он узнал, что к нему заходил Баттл, но ушел, не оставив никакой записки. Он решил позвонить старшему инспектору по телефону.
— Алло! — услышал он голос Баттла. — Вам что-нибудь удалось узнать?
— Да, и весьма важное. Мы должны, друг мой, установить наблюдение за этой девицей Мередит. И чем скорее, тем лучше.
— Я за ней слежу. А почему это нужно сделать так срочно?
— Потому что, друг мой, она может оказаться опасной.
Баттл немного помолчал.
— Понимаю, — ответил он, наконец. — Но у меня сейчас никого нет. Однако мы не должны рисковать. А вообще-то я послал ей официальное извещение, что завтра приеду к ней домой. Думаю, это заставит ее немножко задуматься.
— Возможно, и так. А мог бы я поехать к ней с вами?
— Конечно, сочту за честь, мосье Пуаро.
Пуаро положил трубку. Лицо его стало задумчивым. Сомнения никак не оставляли его. Нахмурившись, он сел у камина и просидел так довольно долго. Наконец, отбросив все свои страхи и предчувствия, он пошел спать.
— Утро вечера мудренее, — тихо сказал он. Однако даже он не мог себе полностью представить, что принесет ему завтрашнее утро.
Глава двадцать восьмая
Самоубийство
Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда Пуаро собирался приступить к своему утреннему кофе. Он поднял трубку и услышал голос Баттла:
— Мосье Пуаро?
— Да. Я слушаю вас.
По одной только интонации голоса старшего инспектора он почувствовал, что произошло что-то необычайное. Сомнения и дурные предчувствия всколыхнулись в душе Пуаро с новой силой.
— Скажите мне скорее, друг мой, что же произошло?
— Миссис Лорример.
— Неужели Лорример?
— Что вы там наговорили ей? Или, возможно, она вам что-то рассказала вчера? Вы мне никогда ничего не сообщаете. Даже наоборот, вы дали мне понять, что эта Мередит и есть та особа, за которой мы охотимся.
Пуаро спокойно спросил.
— А что же случилось?
— Самоубийство.
— Миссис Лорример покончила жизнь самоубийством?
— Да, это так. Кажется, в последние дни она была очень угнетена чем-то и выбита из колеи. Доктор прописал ей снотворное. Этой ночью она приняла смертельную дозу.
— А это не могло быть несчастным случаем?
— Никоим образом. Все абсолютно ясно. Банальный случай. Она написала письма всем троим.
— Кому?
— Трем остальным: Робертсу, Деспарду и мисс Мередит. Там все сказано точно, никаких вокруг да около. Она написала, что это она убила Шайтану, что приносит извинения всем троим за те страдания и волнения, которые им пришлось из-за нее пережить, что она сама решила выйти из игры и хочет, чтобы они это знали. Спокойное деловое письмо. Вполне соответствующее ее характеру. Она ведь всегда была хладнокровной и невозмутимой.
С минуту Пуаро молчал.
Так вот, значит, каково было последнее слово миссис Лорример. В конце концов, она все же решилась покрыть Энн Мередит. Быстрая и безболезненная смерть вместо долгих мучительных страданий. Ее последний шаг был гуманным, она спасла девушку, к которой чувствовала неясную симпатию. И все продумано блестяще и осуществлено без тени сожаления. Самоубийство с обращением к трем втянутым в это дело лицам. Какая женщина! Его восхищение ею еще больше возросло. Все это так похоже на нее. Четкость и непреклонность, решительность и твердость, с какими она всегда проводила в жизнь задуманное. А ведь он считал, что сумел ее уговорить. Но, очевидно, она предпочла свое собственное решение. Да, у этой женщины была очень сильная воля.
Голос Баттла прервал его размышления.
— Так что же, в конце концов, вы ей вчера наговорили? Должно быть, крепко напугали? И вот результат. Но ведь вы намекнули мне, что после разговора с ней, у вас появилось определенное подозрение на мисс Мередит.
Пуаро молчал. Он чувствовал, что мертвая миссис Лорример заставила его считаться с ее волей, чего она не смогла бы сделать, оставаясь живой.
— Я заблуждался… — наконец, медленно сказал Пуаро.
Эти слова были так непривычны для него, они были ему так противны!
— Это вы-то допустили ошибку? — удивился Баттл. — Но все равно она должно быть думала, что вы ее подозреваете. Да, нехорошо получилось, что мы дали ей вот так выскользнуть из наших рук.
— Но что-либо доказать против нее вы не смогли бы, — сказал Пуаро.
— Да, это верно. Может, все это и к лучшему. А вы… э… не допускали, что такое может произойти, мосье Пуаро?
