который вряд ли можно назвать опасным. Это экспонат А. Но экспонат Б совсем другой.
Он положил кинжал обратно в коробку и достал оттуда второй предмет. Когда все увидели его, в комнате раздалось нечто похожее на вздох ужаса.
— Экспонат Б, — сказал Рич. — Настоящий револьвер, заряженный настоящими пулями.
Повисла тишина.
От револьвера исходило какое-то злое очарование. Это был "Уэбли" 38 калибра из чёрного отполированного металла, за исключением рукоятки из слоновой кости. Рич раскрыл его, вытащил патрон из барабана, подбросил его в воздух и поймал.
— Безусловно, не игрушка, — заметил он, ставя патрон на место и закрывая магазин с резким щелчком. — Напротив, оружие настолько смертельное, насколько можно найти. Так что... да? В чём дело?
Он прервался, хмуро посмотрев на Шарплесса.
Тот с исключительным упорством показывал пантомиму. Скорчив гримасу и жестикулируя, чтобы завладеть вниманием Рича, Шарплесс тыкал пальцем в направлении частично открытой двери.
Рич, будто всё поняв, издал возглас. Он поторопился к двери и плотно закрыл её.
— Она слышала вас! — сказал Шарплесс шёпотом. — Она не могла не услышать!
Рич улыбнулся.
— Я искренне на это надеюсь, — ответил он хладнокровно. — В противном случае в эксперименте нет смысла.
— Что?
Рич бросил пистолет Шарплессу, тот автоматически его поймал.
— Осмотрите револьвер, — предложил Рич. — А точнее, осмотрите пули.
Пули были поддельными.
Каждая пустая медная гильза заканчивалась деревянным цилиндром, раскрашенным в серый цвет для сходства с пулей. Шарплесс взял каждую из них по очереди и тщательно осмотрел, прежде чем положить обратно на место.
— Кажется, я начинаю понимать, — пробормотал он, — что за грязный трюк у вас на уме. Пушка совсем неопасна. Но...
— Именно так, — согласился Рич. — Это не более смертельное оружие, чем кинжал. Но миссис Фэйн об этом не знает.
Дядюшка Хьюберт Фэйн, чьё опасение, возникшее поначалу по поводу револьвера, полностью рассеялось, так быстро и яростно затягивался своей сигарой, что его голова казалась окутанной дымом.
— Всё понятно? — спросил Рич. — У нас два предмета. Один из них, кинжал, подсознание миссис Фэйн знает, как безопасный. Второй кажется ей настоящим. Так вот. Я загипнотизирую миссис Фэйн. И затем прикажу ей...
— Кого-то убить, — выдохнула Энн Браунинг.
— Именно так, — подтвердил Рич.
Тьма уже сгустилась, лишь бледно-пергаментный торшер за диваном отбрасывал белый свет. Лёгкий прохладный ветерок трепал шторы у окна.
— Имейте в виду! — добавил Рич, яростно потирая рукой лысый череп. — Я не утверждаю, что у меня это получится. Я могу не добиться необходимого уровня влияния. Но если смогу...
— Если вы сможете?.. — повторила Энн.
— Если я смогу, — улыбнулся Рич, — тогда точно предскажу, что случится. Под гипнозом, понимаете, у пациента не существует никаких своих намерений или желаний. Это машина. Зомби. Ходячий труп, подчиняющийся мне. Но...
— Что?
— Когда она получит приказ взять револьвер и застрелить кого-то, кого она любит, она будет сопротивляться. И даже испытывая страдания, не сможет выполнить этот приказ. Хотя моё влияние и будет велико, однако оно не в силах преодолеть барьер в её подсознании. Но когда я ей прикажу взять кинжал и заколоть кого-нибудь, она нанесёт удар без малейшего колебания. Потому что её подсознанию известно: это притворство.
Снова повисла тишина.
— Ну что, капитан Шарплесс? — сказал Рич. — если я преуспею, вы признаете себя убеждённым?
— Мне это не нравится! — вскочив, отрезал молодой человек.
— Вам не нравится, капитан Шарплесс? Но именно вы это всё и предложили.
— Да, но я не знал, что вы собираетесь делать. Я не знал, что вы собираетесь устроить именно это.
— По-моему, самая жуткая вещь, которую я когда-либо слышала, — заявила Энн Браунинг.
— Кого, — спросил Шарплесс, — вы собираетесь приказать ей убить?
Рич выглядел удивлённым.
— Её мужа, естественно. Кого же ещё?
Фрэнк Шарплесс обернулся. Но если он и надеялся на какую-либо поддержку со стороны Фэйна, то не получил её.
По какой бы то ни было причине Артур, похоже, изменил своё мнение. Он абсолютно спокойно сидел в кресле, коренастая фигура среднего роста балансировала на краю сидения, а глаза рассматривали начищенные ботинки. Между его пальцами была выкуренная сигара. Он раздвинул каблуки в сторону, а затем со стуком соединил их. И поднял взгляд, сохраняя невозмутимое выражение тёмного лица.
— Мне это не нравится. Тем не менее... это каким-то образом не повредит моей жене?
— Нет-нет. Потом она может чувствовать усталость. Но, если миссис Фэйн такая здоровая женщина без комплексов, какой я её считаю, это никак на неё не повлияет.
— Она будет понимать, что происходит?
— Нет.
— А помнить потом?
— Нет.
— Правда? — задумался Артур. Он почесал край носа ногтем на руке, державшей сигару. Внимательно посмотрел на Рича. Необычная улыбка снова озарила его лицо.
— Предположим (просто предположим, согласны?), что моя жена не против подсознательно... нанести мне удар?
Рич был ошеломлён.
— Мой дорогой сэр, — начал он, заливаясь краской, — я никогда не думал... в смысле, это так очевидно! Мистер Хьюберт Фэйн уверял меня...
— Что вы, это просто предположение! — заверил его Артур. Теперь он на самом деле улыбался. Неприкрытое самодовольство в его голосе можно было почувствовать везде, даже в его клубе. — Согласитесь, не мне говорить о моём браке. Но я не против заявить, что такую счастливую пару, как мы с Викторией, надо ещё поискать. Очень хорошо поискать.
Он сделал паузу.
— Кто-то, — добавил он, — может назвать мою жизнь скучной...
— Дорогой мальчик, — вмешался дядюшка Хьюберт, косясь на торшер, — я абсолютно убеждён, что никто не совершит подобную несправедливость, зная тебя так же хорошо, как знаю я.
— Но я бы не назвал её скучной. — подытожил Артур, бросив взгляд на него. — Продолжайте ваш эксперимент.
Фрэнк Шарплесс прошёл несколько шагов туда-сюда по полу из твёрдой древесины, местами покрытому яркими коврами. Его чёрная куртка с алыми отворотами и облегающие чёрные штаны с алыми полосами по бокам придавали ему худобу и мефистофельский облик, что контрастировало с наивным молодым лицом. Ботинки грохотали по полу. Хотя он и сделал протестующий жест, но больше не произнёс ни слова.
— Так что, мы все согласны? — удостоверился Рич. — Замечательно!
Он закрыл коробку с револьвером и резиновым кинжалом.
