своей машине.
Черный «инфинити» адвоката Гомельского свернул с Кутузовского проспекта к монументальной с характерным шпилем сталинской высотке, известной как гостиница «Украина».
– Так ты говоришь, генерал признался, что Кильп назначал встречи в этом отеле?
– На этапе знакомства, – откликнулся Алекс.
– У эстонца хороший вкус. Надеюсь, он ему не изменил.
Гомельский достал из багажника чехол с запасным костюмом и свежей рубашкой. В багажник полетели испачканное пальто и поврежденный пулей пиджак. Денис переоделся, затянул галстук, прыснул на шею одеколоном и причесал волосы. Затем натянул тонкие перчатки и взял представительский портфель из редкой кожи.
Алекс Баюкин с уважением наблюдал за тем, как Гомельский возвращается к образу преуспевающего адвоката.
– За мной! – скомандовал Денис.
Войдя в высокий холл гостиницы «Украина», Гомельский принял озабоченный вид и подошел к портье.
– Мне нужно срочно передать документы своему клиенту. Он недавно заселился к вам. – Адвокат выложил на стойку фотографию Тармо Кильпа и тысячу рублей.
– Позвольте узнать фамилию вашего клиента?
Гомельский не был уверен в том, что Кильп поселился в гостинице по своему настоящему паспорту.
– На данном этапе я рекомендовал ему не афишировать свое имя. И отключить телефон. В какой номер он заселился? – Адвокат подсунул под фотографию еще одну купюру в тысячу рублей.
– Дайте подумать.
Фотография и деньги перекочевали в руки портье. Гомельский прижал пальцами к стойке третью купюру.
– Кажется, вспомнил. Номер десять двенадцать.
Адвокат забрал снимок и пошел к лифтам, кивком давая Алексу понять, чтобы тот следовал за ним.
Перед дверью в номер десять двенадцать адвокат остановился так близко, чтобы в глазок был виден только его костюм и галстук. Алекс встал сбоку от двери.
Денис Гомельский нажал кнопку звонка и произнес:
– Пополнение мини-бара. При заселении вам полагается презент.
Как только Кильп открыл дверь, в номер ввалился Алекс Баюкин.
Валеев подошел к портье гостинцы «Украина», держа в руках эстонский номерной знак, скрученный с голубого «ауди» Тармо Кильпа. Он хлопнул жестянкой по стойке.
– Владелец этого автомобиля совершил наезд на пешехода и скрылся. Есть серьезные подозрения, что он скрывается в вашем отеле. Приметы – возраст около шестидесяти, рост сто восемьдесят, залысины, бакенбарды, тонкие усики. Вы видели этого человека?
Портье хорошо помнил фотографию постояльца номера десять двенадцать, которую только что держал в руках. Еще лучше он помнил три тысячи рублей, осевших у него в кармане.
– Позвольте взглянуть на ваше удостоверение.
– Сейчас получишь. – Валеев зашел за стойку и железной хваткой сжал мошонку портье. – Я действую под прикрытием. Говори номер или прощайся со своими бубенчиками.
– Десять двенадцать, – простонал портье.
– Если предупредишь его, пойдешь соучастником. До пяти лет строгого режима. Ты понял?
– Угу, – закивал перепуганный портье.
Стойку украшали две вазы с живыми цветами. Валеев выдернул один из букетов. Поднявшись на лифте на десятый этаж, он заметил горничную, толкавшую перед собой тележку с постельным бельем и моющими средствами. Марат представил, что перед ним Елена. Мысленно раздевая женщину, он ощупал ее нежным взглядом от щиколоток до мочек ушей. Как же ему хотелось сжать в объятиях любимую!
Аура мужского желания была настолько сильной, что горничная обернулась и обомлела. Перед ней с роскошным букетом стоял мужчина, олицетворявший силу, мужество и страсть.
– Милена. – Марат прочел имя на бейджике. – Когда у тебя заканчивается смена?
– Через два часа, – словно загипнотизированная, откликнулась тридцатилетняя женщина.
– Я приглашаю тебя в ресторан, Милена. У тебя есть нарядное платье?
– Платье? – растерялась горничная.
В ее глазах вспыхнул страх школьницы перед сложным вопросом на экзамене.
– Я куплю тебе вечернее платье. Разреши запомнить твой размер.
Марат вручил букет обомлевшей женщине и провел ладонями по ее фигуре сверху вниз, начиная с плеч и до бедер.
– Ты – идеал. Ты – чудо, – прошептал он, пряча в карман универсальный ключ-карточку, снятый с пояса горничной. – Через два часа встречаемся в холле. Я буду ждать.
Ободряюще улыбаясь счастливой женщине, оперативник попятился по гостиничному коридору, пока не свернул за угол. Он остановился перед номером десять двенадцать и сунул карточку в щель замка. Мигнул зеленый индикатор. Валеев тихо открыл дверь и шагнул внутрь.
Марат оказался в узком коридорчике – справа шкаф для одежды, слева дверь в ванную. Из комнаты слышался требовательный мужской голос:
– Откуда у тебя марки? Они принадлежали моему отцу. Так и будешь молчать? Я заставлю тебя говорить, старый козел!
Послышался звук удара кулаком и падение грузного тела на матрас – кто-то рухнул на кровать. Упавший закряхтел, сплюнул и ответил голосом пожилого человека:
– А ты не боишься, Дениска Брикман, услышать правду?
– Ты на что намекаешь? Ну!
Валеев прокрался вперед и заглянул в комнату. Он увидел спину человека в дорогом костюме. Высокий воротничок белой рубашки плотно облегал шею, идеальная кромка волос говорила о частом посещении хорошего мастера.
«Адвокат Гомельский! – узнал Марат. – Как же я мечтал с тобой встретиться!»
Вспышка ревности, как извержение вулкана, прорезала болью мозг и затопила разум лавой злости. Перед ним мерзкий адвокат, имевший связь с Леной и гнусно шантажировавший ее! Из-за него он, Марат, поссорился с любимой женщиной. Из-за него сорвался и теперь его карьера под угрозой! Подлость нельзя прощать. А гнусность тем более! Сейчас адвокат ответит за все!
И Валеев ринулся на врага.
66
Через пять секунд Марат пожалел о своей несдержанности. Он обхватил Гомельского и сжал его изо всех сил. Валеев намеревался вынудить подлеца отдать видеозапись и уничтожить все копии. Но силу лучше применять без свидетелей. Особенно если имеешь дело с пронырливым адвокатом.
Валеев взглянул на Тармо Кильпа, сидевшего на кровати. Эстонец вытирал разбитую губу и косился за спину оперативнику. Щелкнула дверца в ванную. Валеев мгновенно развернулся навстречу звуку, по-прежнему крепко держа адвоката, и увидел на пороге комнаты Алекса Баюкина. Цепной пес Гомельского сунул руку назад за пояс. Нетрудно было догадаться, что сейчас он вытащит пистолет.
Безоружный опер швырнул Гомельского на Баюкина и схватил эстонца. Таким образом Марат выиграл целую секунду на размышление.
Загораживаясь Кильпом на случай выстрела, Валеев крикнул:
– Полицейские уже в гостинице! Они идут сюда.
Упавший адвокат поднялся, оценил ситуацию и приказал Алексу:
– Уходим.
Хлопнула входная дверь. Номер опустел.
– И что теперь? – спокойно спросил Кильп. – Мне следует поблагодарить вас за спасение?
– Я полицейский.
– Значит, с вами можно договориться. Я сейчас уйду, а вы обнаружите на полу пачку евро.
– Заткнись!
Валеев ждал. Он был уверен, что опередил Ивана Майорова всего на несколько минут. Марат не ошибся. Раздался стук в дверь, и голос его напарника потребовал:
– Тармо Кильп! Откройте! Полиция!
– Заходи, тихоход, – благодушно проворчал Валеев.
– Марат? – удивился Майоров,
