— Уолтер, я хочу взглянуть на место преступления. Вы не возражаете, если завтра перед встречей заеду к вам в Малибу?
Снова пауза.
— Когда?
— Когда вам удобно.
Он опять прикрыл трубку и стал совещаться с миссис Альбрехт.
— Как насчет одиннадцати? Я пришлю кого-нибудь, чтобы вас встретили.
— Очень хорошо. До завтра, Уолтер.
Я отключил связь и взглянул в зеркальце заднего обзора на Циско.
— Он наш.
Циско оглушительно просигналил в знак победы. Ехавший впереди водитель поднял руку и показал нам палец. Бастующие сценаристы на улице решили, что кто-то из студии гудит им в знак поддержки, и ответили довольным ревом.
15
Босх приехал рано утром. Без напарника. Вместо трубки мира он привез мне чашечку горячего кофе. Я давно не пил кофе — решил искоренить все вредные привычки, — но принял угощение, надеясь взбодриться хотя бы кофейным ароматом. Часы показывали семь сорок пять, и я уже два часа сидел в офисе Винсента.
Мы прошли в помещение архива. Босх выглядел таким же утомленным, костюм на нем был тот же самый, что вчера.
— Длинная ночь?
— Угу.
— Распутывали клубок или расхлебывали кашу?
Я слышал эту фразу в судебных кулуарах от одного детектива. Но, очевидно, она годилась лишь для парней с жетонами, потому что Босх отреагировал на нее без восторга. Он невнятно хмыкнул что-то и промолчал.
В архиве я пригласил Босха за столик. Папок на нем не было, только блокнот. Я пододвинул второй стул и поставил свой кофе.
— Итак, — произнес я, открыв блокнот.
— Итак, — отозвался он, увидев, что на столе пусто.
— Вчера вечером я встретился с судьей Холдер и разработал план, с помощью которого мы сможем дать вам то, что вы хотите, не показывая досье клиентов.
Босх покачал головой.
— В чем дело? — поинтересовался я.
— Жаль, вы не сказали мне это вчера в Паркер-центре. Я бы сэкономил время.
— Я думал, вам понравится.
— Это не сработает.
— Почему вы так уверены?
— Сколько убийств вы расследовали, мистер Холлер? И сколько из них раскрыли?
— Ясно. Вы профи в своем деле. Но я вполне могу просмотреть дела и найти в них то, что похоже на угрозу Джерри Винсенту. Кто знает, вероятно, с моим опытом работы в уголовном суде я даже больше гожусь для данной задачи, чем вы.
— Неужели?
— Да.
— Послушайте, я говорю совершенно очевидные вещи. Я детектив. Именно я должен просматривать досье, поскольку знаю, что ищу. Без обид, но в подобных делах вы просто любитель. И хотите, чтобы я довольствовался тем, что получу от любителя, полагая, будто в этих документах не содержится ничего, кроме того, что мне показали? Я доверяю лишь тем свидетельствам, которые нахожу сам.
— Я вполне понимаю вашу точку зрения, детектив, но мы имеем то, что имеем. Это единственный способ, который одобрила судья Холдер, и вам крупно повезло, что она согласилась хотя бы на него. Ведь она совсем не горит желанием вам помочь.
— А вы, значит, решили за меня заступиться?
Босх произнес это таким едким тоном, словно помощь адвоката детективу была делом абсолютно немыслимым.
— Вот именно, — ответил я с вызовом. — Я за вас заступился. Не забывайте, Джерри был моим другом. Я хочу, чтобы вы поймали убийцу.
— И заодно боитесь за собственную задницу?
— Конечно.
— На вашем месте я бы тоже боялся.
— Короче, вам нужен список или нет?
Я держал открытый блокнот точно игрушку, которой дразнят пса. Босх потянулся к нему, и я невольно отдернул руку, но тут же опомнился. Я быстро отдал ему блокнот. Все вышло так же неловко, как при вчерашнем рукопожатии.
— Тут одиннадцать фамилий с кратким изложением угроз по каждому клиенту. Нам повезло, что Джерри считал важным фиксировать все поступавшие ему угрозы. Я так не поступаю.
Босх уже читал первую страницу.
— Я распределил их в порядке важности, — заметил я.
Босх поднял голову, и я понял, что сейчас он опять станет распространяться насчет профессионализма. Я вскинул руку.
— Нет-нет, не в смысле важности для вашего расследования. Только с точки зрения адвоката. Я мысленно поставил себя на место Джерри Винсента и попытался представить, что беспокоило бы меня больше всего. Возьмем, например, первое имя в списке. Джеймс Демарко. Его посадили за контрабанду оружия, и он считает, что Джерри провалил дело. Ему ничего не стоит обзавестись стволом, как только он выйдет на свободу.
Босх кивнул и снова уставился в блокнот.
— Что еще у вас есть? — спросил он.
— Вы о чем?
Детектив взглянул на меня и помахал блокнотом, будто желая показать, что эта книжка и заключенная в ней информация весят не больше перышка.
— Я проверю весь список и узнаю, где сейчас эти люди. Вероятно, ваш контрабандист вышел из тюрьмы и жаждет мести. Но вы просмотрели уже закрытые дела. Если бы кто-нибудь хотел отомстить, скорее всего он бы давно это сделал. То же самое относится к угрозам, которые Винсент получал, работая в прокуратуре. Вы дали мне мусор, адвокат.
— Мусор? Эти парни угрожали ему расправой, когда их сажали за решетку. Может, кто-либо из них уже вышел, решил выполнить свою угрозу, нанял киллера прямо из тюрьмы. Есть сотни разных возможностей, а вы хотите отбросить их как обычный мусор? Честно говоря, я вас не понимаю, детектив.
Босх улыбнулся и покачал головой. Так же когда-то делал мой отец, когда пытался объяснить мне, несмышленому мальчишке, почему я сморозил глупость.
— Мне плевать, что вы обо мне думаете, — усмехнулся он. — Мы проверим вашу информацию. Но мне нужно что-то посвежее, из текущих дел Винсента.
— Здесь я ничем не могу помочь.
— Ошибаетесь. Все дела теперь в ваших руках. Полагаю, вы ознакомитесь с ними, перед тем как встретиться с клиентами. Вероятно, что-то покажется вам подозрительным, насторожит или даже напугает. Если это случится, позвоните мне.
Я молчал, глядя на него.
— Кто знает, — добавил Босх. — Может, это спасет вас от…
Детектив не закончил, но я сообразил, на что он намекал. Босх хотел запугать меня, надеясь, что я стану с ним сотрудничать, невзирая на запрет судьи и на собственные принципы.
— Закрытые дела — это одно, — произнес я, — а текущие — другое. К тому же вас вряд ли интересуют только угрозы. Вы полагаете, Джерри знал что-то такое, из-за чего его убили?
Босх медленно кивнул, буравя меня взглядом. Я первым отвел глаза.
— Как насчет ответной услуги, детектив? Вы ведь тоже кое о чем умалчиваете, верно? Что содержалось такого важного в том ноутбуке? Что было в портфеле?
— Я не могу раскрывать тайны следствия.
— Но вчера вы были более разговорчивы, когда спрашивали меня о ФБР.
Он прищурился.
— Я не спрашивал вас про ФБР.
— Да ладно, детектив. Вы спросили, нет ли у меня дел федерального уровня. С какой стати вас это интересует, если тут не замешаны федералы? Уверен, что речь идет о ФБР.
Босх замялся. Я понял, что угадал правильно и теперь он загнан в угол. Упомянув бюро, я заставил его поверить, будто мне о многом известно. Значит, ему придется делиться информацией, чтобы получить кое-что взамен.
— Теперь ваша очередь, — проговорил я.
— Ладно. Преступник забрал сотовый телефон Джерри Винсента — не знаю, с трупа или из портфеля.
— И что?
— Вчера перед нашей встречей я проверил его звонки. В тот день, когда его убили, ему трижды звонили из бюро. А за четыре дня до этого поступило еще два звонка. Он говорил с кем-то из федералов. Или они говорили с ним.
— С кем именно?
— Не знаю. Все звонки шли с центрального коммутатора. Звонили из ФБР, но это все, что мне известно.
— А продолжительность звонков?
Босх снова замялся, сомневаясь, стоит ли посвящать меня в подробности. Он посмотрел на блокнот, и я почувствовал, что он готов скрепя сердце рассказать мне больше. Злиться он начнет позже, поняв, что мне нечего предложить ему взамен.
