Мотоботы шли к «Сириусу». Мазур не чувствовал ничего, кроме лютой, опустошающей тоски. Работа. Экзотика. Се ля ви. Крючки и приманки…
– Все хорошо, что хорошо кончается, – сказала Мадлен. – Лишь бы нам с тобой никогда не встретиться на глубине. Исход, знаешь ли, заранее предсказать трудно…
Мазур взглянул на нее и согласился про себя с последними словами: чем взрослее человек, тем меньше у него самоуверенности… Он уже не считал себя сказочным героем, способным свернуть горы.
Эпилог
Документы
«Ассошиэйтед Пресс. Виктория, Ахатинские острова
Сегодня в тюрьме Виктории был повешен экс-губернатор острова Баэ генерал Арман Лажевен, приговоренный военным трибуналом к смертной казни за государственную измену и акт пиратства в международных водах. Апелляция о помиловании была отклонена президентом республики».
* * *
«Вице-адмиралу эскадры П. Альбре,
штаб ВМС Французской республики
Мой адмирал!
В связи с успешным завершением операции «Сандрильона» прошу поддержать мое ходатайство о награждении офицерским крестом ордена Почетного легиона военнослужащих 2-го эскадрона 9-й дивизии морской пехоты, временно прикомандированных к группе «Шуан»:
Мадлен де Ронак – капитана третьего ранга
Жиля Буайе – капитан-лейтенанта
Робера Клоссона – аспиранта[6].
Заслуги вышеперечисленных лиц Вам известны.
Ж. Буррель,
капитан первого ранга,
штаб оперативного командования ВМС
Французской республики в зоне Индийского океана».
* * *
Резолюция на документе: «Не возражаю. Разрешить оформление документов согласно существующему порядку. Альбре».
* * *
Для служебного пользования
Указ Президиума Верховного Совета СССР
о награждении правительственными
наградами СССР военнослужащих
Министерства обороны СССР
За образцовое выполнение специальных заданий партии и правительства и проявленные при этом мужество и отвагу наградить
ОРДЕНОМ ЛЕНИНА
ЗИМИНА
НИКОЛАЯ ФЕДОТОВИЧА —
вице-адмирала
ОРДЕНОМ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
ПАНКРАТОВА
СЕМЕНА ИВАНОВИЧА —
капитана второго ранга
ОРДЕНОМ БОЕВОГО
КРАСНОГО ЗНАМЕНИ
АВДОХИНА
ВИЛЕНА КОНСТАНТИНОВИЧА —
старшего лейтенанта (посмертно)
ВОЛКОВА
ЮРИЯ АНАТОЛЬЕВИЧА —
старшего лейтенанта (посмертно)
ЗАСЯДЬКО
ОЛЕГА ВАСИЛЬЕВИЧА —
старшего лейтенанта (посмертно)
КРАМЕРА
СЕРГЕЯ ГЕНРИХОВИЧА —
старшего лейтенанта
ЛИБРИХА
АЙНА ЮЛОВИЧА —
старшего лейтенанта (посмертно)
МАЗУРА
КИРИЛЛА СТЕПАНОВИЧА —
старшего лейтенанта
САМАРИНА
КОНСТАНТИНА КИМОВИЧА —
капитан-лейтенанта
ТРИКОЛЕНКО
НИКОЛАЯ ТЕЛЬМАНОВИЧА —
капитан-лейтенанта
РАХМАТУЛИНА
ЗИЯТА ГАЙНУТДИНОВИЧА —
старшего лейтенанта
ФЕДУЛОВА
МИХАИЛА ПЕТРОВИЧА —
старшего лейтенанта (посмертно)
ОРДЕНОМ КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ
ГРИДАСОВУ
ИРИНУ ВАЛЕРЬЕВНУ —
старшего инженер-лейтенанта (посмертно)
МЕДАЛЬЮ «ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ»
БАРЦЕВА
ДЕНИСА АНДРЕЕВИЧА —
лейтенанта
ВАГИНА
МАКСИМА НИКИТОВИЧА —
лейтенанта
ЖЕЛТОВА
БОРИСА СЕМЕНОВИЧА —
инженер-лейтенанта
КЛИМЕНКО
ВИКТОРА МАКАРОВИЧА —
лейтенанта
ЛУКАНКИНА
РУСЛАНА ТИХОНОВИЧА —
лейтенанта
ЛЫМАРЯ
ГЕННАДИЯ ВЛАДИМИРОВИЧА —
старшего лейтенанта
МАНСУРОВА
ВЛАДИСЛАВА АРТЕМЬЕВИЧА —
старшего инженер-лейтенанта
ПОЛИДАРОВА
СЕРГЕЯ ЮРЬЕВИЧА —
инженер-лейтенанта
СВИРИДОВА
ВАСИЛИЯ ИПАТОВИЧА —
лейтенанта
ХУСАИНОВА
ФЕДОРА ФЕДОРОВИЧА —
мичмана
ЯРЦЕВА
ЛЕОНИДА МИХАЙЛОВИЧА —
мичмана
Москва, Кремль
21 августа 1976 года
№ 1748
Председатель Президиума Верховного
Совета СССР
Н.В. Подгорный
Секретарь Президиума
Верховного Совета СССР
М.П. Георгадзе
* * *
…Чуть ли не единственное, что запомнилось Мазуру после Кремля, – это удивление оттого, что член Политбюро ЦК КПСС товарищ Подгорный в жизни оказался совсем не похож на свои знакомые портреты. В жизни он был гораздо старше, настолько, что Мазур чувствовал явственное разочарование.
* * *
…А с Анечкой у него все наладилось.
* * *
…И это – первый из рассказов о Маугли, сказал Киплинг.
* * *
Красноярск, 1999
Александр Бушков
Пиранья. Звезда на волнах
Будем вешать и прощать,
и плевать на историю.
А. Грибоедов (из малоизвестных писем)
Все действующие лица романа вымышлены, любое сходство не более, чем случайность.
Александр БУШКОВ
Часть первая
Двоеженец поневоле
Глава первая
Несуществующие странники
Ноябрь был как ноябрь, ничего особенного, в общем – жаркое солнце на ярко-синем небосклоне, влажная жара, если конкретнее, градусов двадцать девять по Цельсию, выше нуля, естественно, невероятно буйная и яркая зелень с обеих сторон, прямо-таки вибрировавшая от щебетанья тысяч непуганых горлиц и непонятно чьих пронзительных криков, то ли других птиц, неизвестных по именам, то ли местных, столь же непуганых зверюшек. Одним словом, ноябрь как ноябрь. Такие уж в этих местах которую тысячу лет стали ноябри – зеленые, жаркие, влажные. Правда, по местным экзотическим календарям, точного числа коих никто из плывущих не знал, не было вокруг никакого такого «ноября», европейской выдумки, а имело место нечто звавшееся совершенно иначе и уж никоим образом не связанное ни с зимой, ни с поздней осенью. Здесь вообще не было такого понятия: «зима».
Но они-то, они нагрянули сюда из ноября. О чем, понятно, не собирались ставить в известность кого бы то ни было – как и о самом своем присутствии. Они здесь плыли, неспешно и целеустремленно, но их словно бы и не было на широкой медленной реке с грязно-желтой водой, по которой несло всякий мусор. Такая уж им выпала планида – сплошь и рядом считалось, что там, где они в данный момент есть, их и в помине нет. С юридической точки зрения. Ни документами, ни визами они не озабочивались, наоборот. Такая работа. Быть людьми, которых нет. А если обнаружится, что они есть, это, смотря по обстоятельствам, быть может, и не провал, но прокол серьезнейший…
Надувные «Зодиаки» цвета хаки (надо заметить, излюбленное плавсредство людей специфических профессий) шли на водометных движках, практически не производивших шума. Никто их пока что не засек, ни единого гомосапиенса не обнаружилось в пределах видимости, и это было хорошо. Места здешние – глухие и совершенно не заселенные, однако бесхозных местечек на нашей планете практически не осталось, а потому и эта глушь пребывала под четкой юрисдикцией одного из приморских государств. На что, правда, по большому счету было начхать не только тем, кто плыл сейчас вверх по реке на двух «Зодиаках», но и превеликому множеству народа разнообразнейших наций и рас. Самые разные субъекты шатались тут как при дневном свете, так и под романтическим сиянием звезд – пираты, контрабандисты, браконьеры (а также лица, совмещавшие все три древнейших профессии), нелегальные иммигранты, стремившиеся в более сытые и цивилизованные места, шпионы и контрразведчики, искатели кладов, чокнутые натуралисты, а также представители всевозможнейших «сил сопротивления» и национальных фронтов – от мелкой шпаны, трезво оценивавшей свои силы и потому стремившейся всего лишь сепаратистски оттяпать кусочек территории от какой-нибудь державы, до людей посерьезнее, которые на мелочи не разменивались и претендовали на власть в целой державе. Естественно, здесь же то и дело появлялись представители закона и порядка, охотившиеся за всеми вышеперечисленными категориями путников, кроме разве что чокнутых натуралистов (у последних, как правило, документы бывали в порядке, ибо что с чокнутых возьмешь?), да вдобавок далекое начальство в приливе служебного рвения выгоняло погранцов на очередное патрулирование, чтобы не портилась отчетность.
