Майкл вздрогнул.
— Просто расскажите мне в двух словах, о’кей?
Но Пит продолжал снимать простыню.
— Я считаю, что она споткнулась и ударилась головой. Удар при падении расколол ее череп над левой височной долей. При этом шея вывернулась, оборвав спинной мозг на позвонке С-2. Смерть наступила мгновенно. Просто несчастный случай, если бы не отсутствующий язык.
— Его еще не нашли? — спросил Майкл.
— Нет, — ответил Уилл и обратился к Питу: — Вы не могли бы пройтись по различиям между этими двумя убийствами?
— Конечно, — ответил Пит. — В отличие от вашей проститутки, язык этой девушки был не откушен, а отрезан. Вероятнее всего, для этого использовался нож с зазубренным лезвием. Кое-кто мог бы этого и не заметить, но я уверен, что тут все по-другому
— Откуда вы знаете? — спросил Майкл.
— Срез не гладкий, как при укусе. — Для иллюстрации доктор сжал зубы, щелкнув при этом так звонко, что по комнате разнеслось эхо. — Кроме того, при укусе я ожидал бы увидеть выгнутый дугой край, потому что зубы во рту расположены не на прямой линии, а полумесяцем. Если же вы посмотрите… — Он сделал движение, как будто хотел открыть рот девушки, но потом, похоже, передумал. — Есть следы нескольких попыток, указывающих на то, что у того, кто отрезал язык, определенно были сложности. Язык выскальзывал, и нужно было зацепить его лезвием. Однако наш парень был настойчив. С третьего или четвертого раза он справился с этой задачей.
— Язык был скользким? — спросил Уилл. — От крови? От слюны?
— Там должно было быть мало крови, поскольку к тому моменту, когда происходило отсечение, она была уже мертва. Думаю, ему было трудно ухватить язык, потому что он был таким маленьким. Помимо того, взрослому мужчине было трудно засунуть руку ей в рот — он слишком узкий.
Майкл кивал, но было похоже, что он не слушает Пита. Глаза его были прикованы к девушке, а по щеке скользила одинокая слеза. Он лишь на секунду отвел взгляд и тыльной стороной ладони смахнул слезу, сделав вид, что потирает нос.
— И, разумеется, отсутствие языка является интересным фактом, — профессионально отметил Пит. — В других случаях язык оставался рядом с жертвой. Возможно, ваш злоумышленник начал оставлять себе сувениры.
— Для серийных убийц это обычное явление, — сказал Уилл, стараясь отвлечь Майкла.
Вероятно, тот слишком рано вернулся на работу. Энджи говорила, что он любит детей. Возможно, он, как и Уилл, переносит случившееся тяжелее из-за возраста девочки. К тому же Синтия была его соседкой и, возможно, росла на глазах у Майкла. Такие вещи трудно воспринимаются, и для этого не обязательно даже ехать в морг, чтобы увидеть труп во время вскрытия.
Майкл снова откашлялся и наконец спросил:
— Она была изнасилована?
Пит до этого говорил очень уклончиво, и Уилл ждал, что тот ответит теперь и как этот ответ повлияет на Майкла.
— У нее есть определенные следы силового проникновения, но трудно сказать, совершался акт по согласию или нет. — Пит пожал плечами. — Конечно, если изнасилование происходило после смерти, то и не должно быть следов вагинальных травм, потому что рефлекс сопротивления уже отсутствовал.
На лице Майкла появилась натянутая улыбка, которая могла говорить о чем угодно, только не о том, что он доволен.
— Вы говорили, — напомнил Уилл, — что у нее уже был сексуальный опыт. Возможно, нам следует выяснить, был ли в ее жизни бойфренд.
— Я спрашивал Джину об этом вчера вечером, — сказал Майкл, затем спохватился и пояснил: — Джина — моя жена. — Уилл кивнул, и Майкл продолжил: — Синтия ни с кем не встречалась. Она была по-настоящему хорошим ребенком. У Фила не было с ней никаких проблем.
Уилл уже знал, что отец девочки коммивояжер и был на другом конце страны, когда ее убили.
— Когда он возвращается?
— Самое позднее — сегодня во второй половине дня, — ответил Майкл. — Я бы хотел уйти пораньше, чтобы проведать его. — Он обернулся к Уиллу. — Я дам вам знать, если у него окажется какая-то полезная информация.
Уилл кивнул, поняв, что тот имеет в виду: Майкл сам поговорит с отцом. В глубине души он был даже рад уклониться от выполнения этой печальной обязанности.
— У вас есть образцы ДНК? — спросил Майкл у Пита.
— Есть немного.
— Тогда я отнесу их наверх в лабораторию.
— Спасибо, — сказал Пит.
Он направился к стойке возле двери и взял запечатанный бумажный пакет со стандартным набором анализов Синтии Барретт, которые берутся при изнасиловании.
— Как вы думаете, — спросил Уилл у Майкла, — есть какая-то связь между этими двумя делами и теми, которые я показывал вам вчера?
Взгляд Майкла снова вернулся к лицу Синтии.
— Вне всяких сомнений, — ответил он. — Он, очевидно, пошел по нарастающей.
— А был кто-нибудь, — спросил Уилл, — с кем вы пересекались после убийства Монро и кто мог бы пойти на такое?
Детектив покачал головой.
— Именно об этом я и думал всю прошлую ночь. У меня нет никаких идей насчет того, кто мог это сделать. — Он немного помолчал и сказал: — Я думаю, этот человек видел место убийства Монро, когда там появился я. После этого я поехал прямо домой. Возможно, он последовал за мной. Господи! — Он схватился за голову. — Он мог добраться до Тима. Моя жена… — Руки его бессильно упали. — Я увез семью из дома. Пока этот маньяк на свободе, они не могут чувствовать себя в безопасности.
— Видимо, это самый лучший выход, — сказал Пит. Потом положил руку на плечо Майкла. — Мне очень жаль, детектив. Мне ужасно жаль, что все это случилось с вами.
Майкл кивнул, и Уилл заметил, что в глазах его снова появились слезы.
— Она была хорошей девочкой, — выдавил из себя Майкл. — Никто не заслуживает такой участи, но Синтия… — Он покачал головой. — Мы обязаны поймать это человека. Я не успокоюсь, пока тюремный палач не воткнет в руку этому подонку шприц со смертельной инъекцией. — Он взглянул Уиллу в глаза и повторил: — Я не успокоюсь!
Уилл стоял, прислонившись к машине Майкла Ормевуда, и ждал, пока детектив выйдет к нему. Открыв свой сотовый, он уставился на экран, намереваясь позвонить Энджи. Было что-то, о чем она промолчала. Может, нужно просто позвонить и спросить, не вспомнила ли она еще чего-нибудь о Майкле Ормевуде? Энджи ведь работала с ним. Ей известно о его неслужебной деятельности. Она, похоже, знает больше, чем хочет показать.
— Проклятье! — прошептал Уилл, захлопывая телефон.
Какой же он идиот! Она, вероятно, спала с этим мужчиной.
Это был как раз ее тип: женатый, недоступный придурок, который неминуемо должен был использовать ее, а затем смыться.
Уилл набрал побольше воздуха и сделал глубокий долгий выдох, чувствуя, как собственная тупость переполняет его. Он переживал по поводу Джона Шелли, тогда как последним любовником в ее жизни был Майкл Ормевуд. Интересно, может, она до сих пор видится с ним? Когда он встретил их вчера в коридоре, они стояли довольно близко. Хотя, с другой стороны, вчера же вечером, когда Уилл спросил Энджи об Ормевуде, она высказалась о нем очень жестко. Если бы она спала с ним, то сказала бы об этом, — Уилл был в этом уверен. А может, и не сказала бы. Все-таки два года прошло. Это был самый долгий период времени, когда они не разговаривали друг с другом. Все могло измениться.
Нет, ничего никогда не меняется.
— Проклятье! — повторил Уилл.
Он положил ладони на крышу автомобиля и прижался к ним лбом. Что он мог сделать? Наехать на нее? Потребовать, чтобы она рассказала, что делала в последние два года?
Уилл опустил руки и обернулся, когда входная дверь со стуком распахнулась. Через парковку шел Майкл Ормевуд: одна рука в кармане, на лице легкая улыбка. От его недавней усталости не осталось и следа. Он выглядел даже довольным. Возможно, по пути в лабораторию он заскочил на рабочее место
Энджи. И даже перепихнулся с ней по-быстрому в какой-нибудь кладовке — насколько Уилл знал, и это тоже было возможно.
— Простите, что так долго, — сказал Майкл, открывая дверцу машины. — Я должен был зайти к одному парню насчет собаки.
— Ничего, — пробормотал Уилл, опускаясь на пассажирское сиденье.
Он смотрел в окно, ожидая, пока Майкл сядет и они наконец поедут, и сжимал челюсти с такой силой, что еще чуть-чуть — и зубы просто треснут от напряжения.
Выезжая со стоянки задним ходом, Майкл повернулся назад и положил руку на спинку сиденья Уилла. Он выехал на дорожку и направился к выезду из гаража, взмахом руки поприветствовав охранника, мимо которого они проезжали.
— Что за дерьмовый день! — сказал он, надевая темные очки. — У вас есть дети?
— Нет, — ответил Уилл, подумав, что Майкл Ормевуд задает ему этот вопрос уже второй раз.
Неужели Энджи рассказала ему, что Уилл не может иметь детей? Он мысленно представил себе картину: они лежат в постели, и блаженное состояние после занятия любовью постепенно перерастает в игру по рассказыванию секретов. Могла Энджи сделать такое? Могла так предать Уилла?
