Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
Дронго выглянул в окно. Многие уже успели выбраться из вагонов и спешили туда, где на насыпи лежало тело упавшего человека. Вольфарт тоже вышел. Дронго прошел в соседний вагон, где дверь оказалась открытой. Рядом появился Яцек Пацоха.
— Эти двери не должны открываться во время движения поезда, — заметил он. — Непонятно, как она оказалась открытой.
Дронго достал носовой платок и дотронулся до пневматической дверной ручки. Ручка была сломана.
— Во всяком случае, мы теперь знаем, что это сделал мужчина, — сказал он. — Ни одна из наших женщин не обладает такой силой. Посмотрите, как сломана ручка, ее крутили в другую сторону и потом с силой открывали дверь. Интересно, кто лежит на насыпи.
— Может быть, это и есть настоящий убийца? — предположил Пацоха. — Он испугался разоблачения и попытался бежать. Но когда открыл дверь, то не рассчитал сил и выпал из движущегося состава. Тебе не кажется логичным такое объяснение?
— Нет, — ответил Дронго, — я не знаю, кто там упал, но в любом случае это не убийца. Ему незачем было скрываться таким образом. Достаточно было отказать мне в праве посмотреть его книжку. Ведь мы не могли точно знать, кто вел записи, а кто нет. Поэтому убийца не особенно рисковал.
— Тогда получается, что кто-то сам сломал ручку двери и выпал из поезда, — недовольно заметил Яцек.
— Не думаю.
Дронго огляделся. В этих вагонах была необычная система туалетов. С правой стороны находился туалет с умывальником, а с левой — кабинка только с умывальником. Дронго открыл одну дверь, затем другую. И там, и здесь никого не было. На полу стояло мусорное ведро, в котором было лишь несколько смятых салфеток. Его внимание привлекла лежавшая рядом с ведром пластмассовая щетка. Дронго осторожно, пользуясь носовым платком, подвинул щетку к себе. На пластмассовой ручке в середине была вмятина.
— Кажется, убийца воспользовался щеткой как рычагом, — показал Дронго свою находку Пацохе.
— Женщина не могла нажать с такой силой, — убежденно сказал Яцек, — посмотри, какая вмятина.
— Я тоже так считаю.
Дронго аккуратно положил щетку на место, чтобы ее могли увидеть полицейские, и уже собирался закрыть дверь, когда его внимание привлекла пуговица на полу. Он поднял ее. Она была темного цвета, вогнутая, по размеру чуть больше обычных пуговиц, которые пришивают к рубашкам.
— Что это? — спросил Пацоха.
— Пуговица.
Дронго убрал находку в карман. «Нужно рассмотреть ее получше в более спокойной обстановке», — подумал он, спускаясь по лестнице из вагона. Пацоха спустился следом. Дронго намеренно оставил на месте щетку, понимая, что полицейских заинтересует его внимание к подобным деталям. А если они найдут ее сами, это будет лучшим доказательством вины убийцы.
Они подошли к насыпи, где уже стояли человек двадцать. Были только мужчины. Руководил всеми действиями Томас Вольфарт. Он приказал принести простыню и накрыть ею тело погибшего. Дронго подошел ближе. Вольфарт недовольно взглянул на него.
— Вы ведь профессиональный детектив, — сказал он, обращаясь к нему. — Посмотрите сами, может вы увидите что-нибудь такое, чего мы не заметили. Скоро приедет полиция. Мы уже сообщили на станцию.
Дронго подошел ближе. Поднял простыню. Погибшим был грек Темелис. При падении он, очевидно, ударился о столб. Лицо было залито кровью. Пацоха присел рядом.
— Странно, — задумчиво сказал он, — мы ведь не хотели его приглашать. Получается, что он сам выбрал свою судьбу.
— Не совсем, — сказал Дронго, — ты вспомни, что именно он говорил в тот момент, когда мы обсуждали убийство в Мадриде. Он сказал, что если я буду проверять каждого, то окажется, что у многих нет алиби. И еще он добавил одну фразу: «Каждый из нас мог выйти из номера, зайти к коллеге и оказаться под подозрением». Вот в чем дело, Пацоха. Мы попали в собственную ловушку. Мы следили за теми, кого пригласили. Ведь Темелиса не было в наших списках подозреваемых. Он достаточно известный греческий журналист. И именно он случайно оказался в ресторане, чтобы случайно произнести эти слова. Подозреваю, что он вспомнил, как убийца заходил именно к нему. Или он заходил к убийце. Во всяком случае, он видел убийцу в ту ночь при странных обстоятельствах. И поэтому он сказал эту загадочную фразу. А убийца воспринял эту фразу как руководство к действию.
Дронго поднялся и прикрыл тело погибшего простыней.
— Как это могло случиться? — спросил Томас Вольфарт.
— Он, очевидно, не рассчитал своих сил, — ответил Дронго, глядя на убитого. — Возможно, случайно схватился за ручку и, дернув, сломал ее. А когда дверь открылась, выпал из вагона.
— Думаете, что это несчастный случай? — нахмурился Вольфарт.
— Возможно, — кивнул Дронго. — В любом случае его не убили. Он погиб, выпав из вагона. Видимо, ударился о столб и проломил череп. Лучше, чтобы женщины всего этого не видели.
— Да, да, конечно, — согласился Вольфарт, поворачиваясь к остальным. — Я прошу вас разойтись. Пожалуйста, поднимитесь в вагоны до приезда полиции.
Дронго обратился к Яцеку:
— Найди Нелли Мёллер, и пусть она проверит по своим спискам, кто жил рядом с Темелисом. Важно знать, на каком этаже жил грек и кто был его соседом.
— Мы проверим по компьютерам, — поспешил в вагон Пацоха.
Дронго оглянулся. Рядом стояли Шпрингер и Бискарги. Чуть дальше мрачно наблюдал за происходящим Иван Джепаровски. К нему подошел Зоран Анджевски, и они о чем-то тихо переговаривались. Дронго заметил, что на него пристально смотрит Павел Борисов. Виржиния вышла из вагона и подошла к Борисову. Она что-то ему сказала, и тот, резко повернувшись, громко возразил:
— Нет, не нужно. Ни в коем случае!
Затем, подойдя к Дронго и встав рядом с телом убитого, он мрачно спросил:
— Теперь ты доволен?
— Ты говоришь это таким тоном, словно я виноват в его смерти.
— Во всяком случае, если бы не наш разговор в ресторане, он был бы жив. — справедливо рассудил Борисов. — Или ты думаешь иначе?
— Я думаю, что убийца в любом случае держал в уме подобный вариант. Очевидно, Темелис с ним встречался в ту самую ночь или видел что-то такое, чего не должен был видеть. Кстати, я обратил внимание, что вы с ним были в близких отношениях. Ты не встречался с ним в ночь убийства?
— Нет, не встречался. Почему ты все время меня подозреваешь? Я ведь вижу, что все твои вопросы касаются только меня.
— А почему ты отправился в поездку, захватив с собой оружие? — поинтересовался Дронго. — Или твой пистолет лежит в чемодане, чтобы отпугивать мух?
— Откуда ты знаешь про мое оружие? — Борисов не испугался, он был недоволен. — Ты успел покопаться в моем чемодане? Тебе не кажется, что ты злоупотребляешь нашей снисходительностью?
— Я не копался в твоем чемодане, и ты об этом прекрасно знаешь, — устало сказал Дронго. — Ты ведь профессионал, Павел, и сразу бы вычислил, если бы кто-нибудь полез в твой чемодан. Мне сообщили об этом люди, о существовании которых ты и не подозреваешь. Когда наши чемоданы просвечивались в одном из городов, в твоем обнаружили пистолет.
— У меня есть разрешение французскою правительства на ношение оружия, — быстро сказал Борисов.
— Не сомневаюсь, что именно французского. — улыбнулся Дронго.
— Хватит, — разозлился Борисов, — мне надоели твои намеки. Ты сам тоже не ангел. Думаешь, я не знаю, что ты здесь делаешь. Москва послала своего представителя, а Варшава своего.
— И Париж решил вставить в эту компанию одного болгарина. Или я ошибаюсь?
— При чем тут Париж? Я живу в Софии и представляю здесь Болгарию.
— Большую часть года ты проживаешь в Париже, где находится твоя семья. Павел. Я только не знаю, на какую именно спецслужбу Франции ты работаешь.
— Я не хочу с тобой больше разговаривать, — отошел от Дронго явно раздосадованный Борисов.
Вдалеке послышались сирены полицейских машин. Дронго увидел, как к нему спешит Пацоха.
— Мы проверили, — сказал, тяжело дыша, Яцек. — Темелис жил на четвертом этаже между Стефаном Шпрингером и Мулаймой Сингх.
— Шпрингер.
Дронго вспомнил белокурого гиганта из Лихтенштейна. Он вполне мог сломать ручку двери. Шпрингер ростом был выше Дронго и столь же широк в плечах. В группе было всего несколько человек подобной комплекции. Георгий Мдивани, Стефан Шпрингер, Альваро Бискарги, сам Дронго. Литовец Эужений Алисанка был даже выше, чем эти четверо, но у него было более изящное, астеническое сложение, он скорее напоминал красивого мушкетера, чем атлета.
— Видимо, убийца сломал ручку, открыл дверь и вытолкнул Темелиса из тамбура, — предположил Пацоха, — но это мог быть любой крепкий мужчина, не обязательно Шпрингер.
— Это в плохих детективах главный подозреваемый всегда невиновен, — заметил Дронго, — а в жизни чаще всего бывает наоборот. Именно главный подозреваемый в девяноста девяти случаях является преступником. Но насчет двери ты прав. Ручку мог сломать любой крепкий мужчина. Но тогда получается, что Темелис стоял и ждал, пока убийца откроет дверь, а это нелогично.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
