Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 122
между шпал. Над спиной с бешеным стуком проносились колёсные пары. Ободранная при падении кожа на мизинце давала о себе знать тянущей болью. Холодные завихрения тормошили волосы, полотно дрожало, хорошенько перетряхивая внутренности. Он находился в нескольких сантиметрах от смерти, стиснув зубы и закрыв глаза, словно это служило оберегом. Плохо закреплённое подвесное оборудование могло размазать его по путям не хуже асфальтового катка. Торчащая из днища арматура рассечёт тело вдоль с художеством циркулярной пилы.
Поезд замедлялся. Вагоны бежали над головами уже с меньшим запалом. Агата зашевелилась, через лязг колёс пробивались её тихие стоны.
– Лежи спокойно! – прикрикнул он. – Без фокусов!
К нему приклеились липкие губы. Рот наполнился слюной с кислым привкусом табака. Он отвернул голову, а скользкие поцелуи продолжили покрывать шею. Как только скрипнули последние колёса, он вытащил Агату из-под поезда. На борту свежевыкрашенного вагона-думпкара с грузом угля белели знаки и надписи. От переизбытка стресса сердце билось с утроенной силой. Одному богу известно, на сколько лет он постарел за две минуты. Его трясло от злости.
– У вас вся семейка чокнутая! Мы могли погибнуть!
– Я не просила меня спасать, – безучастно проговорила она.
– Дура!
С обеих сторон к ним подтягивались пляшущие огни фонарей.
– Не отдавай меня ей!
– Не отдам, если пообещаешь следовать моему плану. Плюс встанешь на учёт к психиатру.
Агата пошатнулась. Артём подхватил её, усадил на шпалу.
– У меня рашпух яжик.
– Сколько таблеток ты приняла?
– Школько было, я не шитала.
– Умом тебя природа явно не наградила, – проворчал он. – Поклянись, что будешь бороться с болью и ценить жизнь!
– Я умираю, – заявила она с вселенским спокойствием.
– Если тебя поезд не раздавил, то и феназепам не справится, – на самом деле он не был в этом уверен, но ничего более обнадёживающего на ум не приходило. – Поклянись!
– Хорошо. – Агата прикрыла глаза. – Клянуш начать новую жизнь. Клянуш вшем, что мне дорого, – она дотронулась до него. – Шпашибо. Твой пошелуй был важен для меня.
– Я подвёл свою девушку. И не потому, что целовался с тобой, хотя в этом нет ничего хорошего. А потому, что обещал ей не делать глупостей. И не сдержал обещание. Прыжок под поезд трудно назвать разумным поступком. – Он взвалил её на себя. – Пойдём-ка отсюда. Разборки с машинистами и линейной полицией нам ни к чему.
– Меня тошнит, – сказала она.
– Отлично. Не самая большая плата за глупость. – Он всё ещё злился на неё. Это помогало нести сорок с чем-то килограммов, не спотыкаясь.
Вика выбежала навстречу первой.
– Со мной всё в порядке! – ответил он на немой вопрос. – А вот она наглоталась таблеток. Ей нужно в больницу.
– Уже звоню!
– Агата! – Мать выскочила из темноты, заламывая руки. – Девочка моя!
– Ваша девочка нуждается в здоровой обстановке, – тонко намекнул он на известные ему обстоятельства.
– Что с ней?!
– Отравилась транквилизаторами.
– Боже мой!
– Он тут ни при чём, – процедил Артём. – Если Агата не врёт, вас с мужем ждут серьёзные неприятности.
– Что ты наплела молодому человеку, Агата?
– Увежи меня в больнишу, – шепнула девушка. – Мне плохо.
– Это всё сигареты, – съязвил он, чтобы отвлечь её от плохих мыслей. – Вика?
– Скорая в пути. Ничего, что я назвала адрес трамвайного депо?
Он оглянулся. Фонари кружили примерно в том месте, где они с Агатой лежали под поездом. И всё же не стоило рисковать.
– Пора уносить ноги, пока машинисты не сделали из нас отбивные.
Они добежали до проложенной на насыпи лестницы. Артём предложил матери Агаты идти первой.
– Думаете, я толкну вас в спину?! – возмутилась она. – У меня даже нет фонарика!
– Вашей дочери нужно срочное промывание желудка и капельница, – ответил он. – Мы тратим время.
Женщина не стала вступать в спор и направилась вниз, специально громко стуча подошвами туфлей по ступеням. Дверь путевой будки с шумом открылась. Караульный смотрел на них сонным взглядом в свете висящей над потолком лампы без абажура.
– Запретная зона! – вспомнил он нужные слова. – Открываю огонь на поражение!
– Передайте водителю тепловоза, что мы просим прощения и желаем ему хорошего настроения.
Мужчина обратил внимание на стоящий у него перед носом поезд.
– Ты ж моя ж!..
– Она самая, – согласился Артём, ускоряя шаг. – Начинайте искать новую работу.
Они шли гуськом между холмами, вдыхая благоухание клевера.
– Можно дать тебе совет?
Агата что-то невнятно прошепелявила в полусознательном состоянии. Вика помогала поддерживать её с другой стороны.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 122
