санитарная инспекция инфраструктуры производства ЛСМ входила в их число. Гротескное и излишнее притворство. Вся «Фрагранция» знала, что «санитарные инспекторы» на самом деле были агентами генерального управления внутренней безопасности. Из-за возрастания незаконного оборота фальсификата ЛСМ их визиты участились. Этот был уже четвертым с начала года.
Нора со Стивом устроились в конференц-зале, который со временем превратился в столовую для лаборантов. Тут все пропахло готовой китайской лапшой и соленой свининой с чечевицей. Подставку, на которой раньше стоял проектор, теперь задействовали под микроволновку. Стив положил перед Норой ноутбук и сел рядом. Словно собираясь заняться просмотром последнего полнометражного творения Кристофера Нолана, он открыл пакетик с желейными мармеладками и принялся одну за другой их клевать. Начав с желтеньких.
Безумная скорость, с какой развиваются технологии, проявляется в том, что стоит на минуту отвлечься – и ты уже сошла с дистанции. Примерно так чувствовала себя Нора, впервые обзаведшаяся цифровым двойником. После неудачи близняшек, так и не сумевших пробиться в компьютер Симона, за дело взялся сам Стив. Продолжив поиск, он выяснил, что недавно инфлюенсер столкнулся с кое-какими трудностями. Его заподозрили в мошенничестве, и большинство серьезных рекламодателей от него отвернулись. Все началось с того, что некая RedHair63 пожаловалась в сетях, что так и не получила честно выигранной ею игровой приставки PlayStation 5. Причем по очень простой причине: такого лота не существовало в природе. Скорее всего, Симон организовал фальшивую игру-конкурс лишь для того, чтобы улучшить свою статистику и увеличить число подписчиков. Вообще-то, подобная практика была распространена среди инфлюенсеров и обычно не вызывала никаких нареканий. Вот только Симон, похоже, зарвался, и потому энная жалоба на его жульничество взбаламутила и подвигла на бунт всех, кого он одурачил прежде. Тогда Симон, явно по совету своего агента, разродился лицемерным видео с извинениями. «Да ладно, мы же с вами в интернете, все равно рано или поздно вам это надоест», – заключил он свое послание. Стив не мог не отдать должное такой самоуверенной наглости.
В ожидании, когда пользователям «все равно надоест», инфлюенсер довольствовался тем, что размещал у себя всякую сомнительную и плохо оплачиваемую продукцию. Он дошел до того, что продавал свое лицо рекламе свитеров с черепами из пайеток, белых дутиков с черным мехом и пищевых добавок, неэффективность коих в борьбе с облысением была давно доказана.
Зато в области образовательных публикаций все шло как нельзя лучше. В последнее время торговые операции в секторе крипты набрали обороты. Все больше неофитов проникались уверенностью, будто смогут составить себе состояние в этом цифровом эльдорадо. Их шансы заработать столь рискованными инвестициями хотя бы жалкий сантим были меньше, чем при отборе в первую марсианскую экспедицию, организованную «Спейс-Икс»[42], однако Симон упорно приманивал их сладкими посулами. При наплыве искателей золота богатеют продавцы лопат.
– Ему не бабло нужно. – Стив отправил в рот очередные три мармеладинки, что сделало его речь менее членораздельной. – Ему нужно подправить свой имидж.
– То есть следует предложить ему престижное сотрудничество?
– Именно.
Стив наклонился и набрал в поиске «Флоранс Хено». Сразу высветились десятки сайтов. Из «Википедии» Нора узнала, что эта Флоранс была директрисой по маркетингу группы «Геймтех», первого французского независимого издателя видеоигр. Самоучка, женщина экстравагантная и волевая, она получила прозвище «папесса гиков».
– Кто это?
– Ты.
Нора поспешно кликнула по одной из фотографий, якобы демонстрировавших Флоранс Хено, и увидела собственное лицо. У нее вырвался нервный смешок. Стив объяснил, что сложнее всего было сделать невидимым настоящего директора по маркетингу «Геймтеха». Как только того удалось сослать в глубины поисковых систем, Стив получил свободу действий для создания нужного двойника. Благодаря программам для фотомонтажа Флоранс Хено принимала участие в куче вечеринок и событий. Ютуберы с миллионами подписчиков, команды по киберспорту, отмеченные высшими наградами, – казалось, она была знакома со всеми селебрити 2.0[43]. Большинства этих людей Нора, разумеется, никогда не встречала. В социальных сетях каждый ее аккаунт был помечен синим бейджиком, подтверждающим, что страница не фейковая. В «Инстаграме», «Фейсбуке» и «Твиттере», вместе взятых, она имела около тридцати тысяч подписчиков. (За несколько сотен евро любой мог заполучить столько же благодаря не слишком щепетильным посредникам.) И – верх реализма – ее имя упоминалось в десятках статей. «Монд», «Нувель Обс» и даже «Лез Эко»; множество сайтов-клонов, которые исчезнут через несколько дней.
– Невероятно.
– Однако действовать придется быстро. Поддержка таких ссылок в интернете стоит дорого, и «Гугл» скоро все позакрывает.
– Мы немедленно пошлем приглашение Симону. У тебя есть соображения, кого из ольфакторов возьмешь с собой на задание? Я сделаю его твоим ассистентом.
– Пока нет. Последнее время они так и норовят увильнуть. Но я кого-нибудь подберу.
Буквально через несколько минут с ними связался агент Симона Вильме, и встреча была назначена на завтрашний вечер. Нора знала одно местечко, которое идеально подходило для того, чтобы устроить ловушку и заманить туда Симона.
22
Все последние дни Элиас не вылезал из ольфакторной лаборатории. Помещение было разделено на несколько боксов, каждый из которых предназначался для одного ассистента. Его собственный располагался в самой глубине, рядом с панорамным окном. Он не мог и надеяться на лучшее место. Синие канистры с ЛМС стояли от него на расстоянии вытянутой руки. Это изобилие резко контрастировало со скудостью его запаса, спрятанного за навесным потолком туалета в Мане.
Другое принципиальное отличие заключалось в уровне соблюдения мер безопасности. Каждое рабочее место было оснащено расположенной посередине водяной прыскалкой. Эти умывальнички, напоминавшие Элиасу фонтанчики с водой из американских сериалов, служили для промывки глаз в случае выброса. Удобное устройство для техников, которые не хотели кончить, как Сорвиголова[44], только без его сверхчеловеческих способностей.
В лаборатории даже имелись четыре вытяжных шкафа, нечто вроде гигантских вентилируемых аквариумов, для работы с самыми сильнопахнущими веществами. Оборудование, естественно отсутствовавшее в лавочке Фиссона. Однажды, пролив флакон чистой buchu mercaptan[45], они с Аленом спровоцировали эвакуацию всего здания. Это сырье, называемое также смородиновым пентаноном, было настолько мощное, что даже годы спустя у Элиаса иногда возникало ощущение, будто запах еще не выветрился из стен. В научной терминологии такой феномен называется фантосмией. Нечто вроде обонятельной галлюцинации. Например, одна из пациенток Алена, страдающая этим расстройством, утверждала, что в их приемной воняет мокрой псиной.
Присущие Элиасу трудности с межличностным общением взяли верх над его желанием сблизиться с остальной командой. И теперь он исхитрялся отыскивать предлоги, чтобы обедать отдельно, и старался избегать часа пик у кофемашины, не желая пересекаться с коллегами и просчитывая их
