Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 122
прыгнул с третьего этажа, Артёма неизбежно ждали неприятности. Человек покорил гиперзвук, оставаясь при этом несовершенным мешком с костями. Тройной тулуп с девятиметровой высоты мог иметь самые безотрадные последствия. От торчащих под невероятным углом конечностей до раздробленного на детали пазла позвоночника. От раскроенного черепа до проткнутых ветками кишок. Воображение рисовало перед Артёмом картины одна страшнее другой. Объяснения с полицией загонят его на дно каньона, где влажные тени будут сменяться по кругу с чернильной темнотой. Другими словами, новый стресс надолго выбьет из колеи, и без того неуютной.
Запертая изнутри дверь балкона привела Артёма в замешательство. В стекле с разводами отражался прозрачный, напуганный вызовами этого мира подросток.
Он вышел на балкон, вцепился в перила обеими руками, вдыхая летний зной. Заставил себя посмотреть вниз на разбитый под окнами первого этажа палисадник. В пушистых кустарниках желтели соцветья барбариса. Кому-то из правления ТСЖ показалось хорошей идеей засадить барбарисом узкую полоску земли между дорогой и домом. Ни мёртвого тела, ни кровавых следов, ни намёка на чужака с амнезией. На детской площадке дети играли в вышибалы. Детям свойственно подмечать детали. От их внимания не укрылось бы такое событие, как выпавший с балкона человек.
Артём вернулся в квартиру, приказал себе обойти все помещения. Даже снова выглянул на лестничную площадку, но никого, кроме жужжащих на межэтажном подоконнике мух, не обнаружил. Приходившие в голову объяснения разбивались о простейший факт – незнакомец не мог выйти из квартиры, не столкнувшись с ним. Он просто исчез. Сгинул, пропал, испарился, разыграв перед этим жуткую сцену с нападением невидимых тварей.
Он приложил ко лбу взятый из холодильника грейпфрут. Новых мыслей холод в голове не прибавил. У него не было ответа, который бы закрыл все вопросы. Произошло нечто экстраординарное, недоступное его пониманию. Это пугало и расстраивало. Канцевич пришёл бы в восторг от накала страстей.
– Кис-кис-кис, – позвал Артём, вспомнив о беспомощном подопечном.
Котёнок не отозвался, хотя обычно стремглав прибегал на кухню, заслышав привычный оклик. После недолгих поисков Артём нашёл питомца под ванной. Котёнок забился в угол и на все попытки его вытащить отвечал шипением.
– Что с тобой, Барсик?
Котёнок махал лапой и изгибал спину, давая понять, что не желает вылезать. Артём был вынужден показать, кто в доме хозяин, и силой вытащить котёнка на свет.
– Да что с тобой?! – воскликнул он, когда Барсик оцарапал ему запястье. – Ты тоже их видел? Жаль, что ты не умеешь разговаривать. А то прояснил бы мне, что за чертовщина здесь творится.
Он прижал к груди дрожащего котёнка и прошёл на кухню. Маленький прохвост заслужил кусочек сливочного масла. Ему же не помешает принять несколько капель пустырника. Настойка была неотъемлемой частью рациона Артёма в турбулентные месяцы лета и осени прошлого года. Если он хотел предстоящей ночью проникнуть на станцию, то должен лечь спать после обхода школьных владений. Дополнительные переживания призовут из забытья заклятого врага – бессонницу.
Отодвигать план на следующее дежурство – лишь продлевать конвульсии собственных демонов. Несмотря на парализующий страх, он был полон решимости разобраться с проблемой систематически повторявшегося сна. Всё-таки сон, даже самый кошмарный, остаётся в пределах разума своего носителя. Да и жил он не на улице Вязов.
Глава 4. Дежурство
1
Пламя на другом конце футбольного поля переливалось оранжевым светом, не увеличиваясь в объёмах всё то время, что он наблюдал за ним. Это исключало пожар и вызывало вопрос о том, кому хватило ума разжечь костёр на территории школы. Он ставил на бывших или действующих учеников средней школы, не от большого ума решивших позабавиться в преддверии ночи в не предназначенном для пикников месте. Балансирующий на грани закона и выживания бродяга не стал бы тратить на такую несуразную цель силы. А вот ведомый гормонами подросток легко преодолеет бетонный забор, поставленный вокруг школьного участка как раз с целью защиты от вторжений. Когда эмоции преобладают над разумом, последнее, что можно найти в горячих головах, это осознанность. Жаль, что бунтарство проявлялось в большинстве своём исключительно для создания неудобств другим людям.
Артём пересекал футбольное поле, не обнаруживая себя светом болтавшегося на запястье фонаря. Для бутафорских июньских ночей фонарь и не требовался. Зато яркий луч мог внести смятение в ряды нарушителей. Недолгое, к большому огорчению.
После вычета налогов он получал девятьсот рублей за ночь дежурства. Обед из мясных блюд в ресторане стоил дороже. Он бы бесплатно отправился защищать Родину (и отправится после окончания отсрочки) или спасать людей, но рисковать собой за зарплату ниже прожиточного минимума желания не имел. Поэтому никогда не понимал кураж инкассаторов, с видом деревенских Рэмбо или Коммандо доставляющих чужие ценности из точки А в точку Б за аналогичные деньги.
Должностная инструкция предписывала ему не вступать в конфликт и тем более не провоцировать противостояние. При возникновении опасной ситуации он был обязан оценить степень угрозы, по возможности пресечь порчу имущества, незамедлительно вызвать группу быстрого реагирования. И уж точно не отлавливать нарушителей, гоняясь за ними с резиновой дубинкой. Исход погони мог быть не таким, как он хотел.
Он собирался следовать инструкции, под которой поставил подпись при приёме на работу. Одно нажатие на горячую клавишу телефона, и через пять минут к воротам школы прибудет вооружённая отнюдь не дубинками группа.
Когда опоясывающая поле беговая дорожка осталась позади, а ноги
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 122
