Эндрю Гросс - Голубая зона

Кейт хранила и медальон. В ящичке около кровати. Время от времени она доставала его, открывала и смотрела на прелестное лицо. Внимательные зеленые глаза и светло-русые волосы, заплетенные в косы. Еще Кейт поняла, как сильно человек должен был любить ее, чтобы отказаться от нее. И сколько ее кровь унаследовала от матери.

Она вспоминала об этом каждый день. Дважды в день.

Они были связаны. Этого не изменить никогда.

Кейт подняла голову. В конце прохода стоял Грег. Он обещал прийти, как только сможет освободиться. Он подошел, сел рядом и взял ее за руку. Она улыбнулась. Он подмигнул и одними губами произнес:

– Пух…

Служба подходила к концу. Раввин попросил прихожан подняться. Он прочитал поминальную молитву за тех, кто уже ушел. Грег сжал ее руку.

Затем раввин сказал:

– Мы думаем о тех, кто недавно ушел из жизни, и о тех, кого уже давно нет с нами. Или о тех, кому нужны наши молитвы, о родственниках и любимых, которые так много для нас значат и являются частью наших жизней. – Он поднял голову. – Кто хочет почтить их, назовите их по имени.

Кто-то во втором ряду встал.

– Рут Бернштейн, – сказал он.

Затем встал мужчина в последнем ряду:

– Элан Маркус.

Встала женщина в шали, сидящая сбоку.

– Артур Левин, – тихо произнесла она.

Наступила тишина. Раввин ждал. Оглядел паству, нет ли еще желающих.

Кейт встала. Взяла за руки Эм и Джастина.

Шарон всегда будет ее матерью. Не важно, как все было. Не важно, чья кровь течет в ее жилах.

– Шарон Рааб, – громко проговорила она. – Наша мама.

Потому что это тоже было правдой.

Все ставки проиграны, папа (исп.).

Братство (исп.).

доброго дня (исп.).

пожалуйста (фр.).

дочка (исп.).

Его долг (исп.).