В лифте послышались голоса. К ним навстречу, с заплаканными лицами, бежали Кэти и Хлоя, вытянув руки вперёд. Роза Фитцпатрик спешила за ними. Лотти устало улыбнулась матери в знак благодарности.
Её семья, раненная и пострадавшая, но в полном составе.
Шон, наконец, очнулся и чувствовал себя вполне комфортно. Его сёстры сидели по обе стороны от кровати, держа его за руки. И тогда терпение Лотти лопнуло: она открыла конверт и прочитала письмо Джеймса Брауна. Слова на бумаге, написанные шрифтом «Тайм Нью Роман», поглотили её: Лотти почувствовала себя Алисой на безумном чаепитии в Стране чудес, только без Безумного Шляпника, и картина вдруг собралась воедино. Теперь Лотти знала всю историю, и та твёрдо отпечаталась в её памяти.
Нужно снова поговорить с Патриком О’Мэлли, пока не стало слишком поздно.
Глава 110
Лотти следовало быть со своими детьми, но её мать сказала ей сделать то, что она должна сделать, и вернуться после.
Сидя за своим столом, Лотти чувствовала себя совершенно не в ладах с собой, но по крайней мере её сын был в безопасности — его бабушка обосновалась в палате, как обычно взяв ситуацию под свой контроль. Но на этот раз Лотти была рада помощи матери. Как бы она ни разрывалась, она понимала, что должна довести это расследование до конца. А после выкроит время, чтобы провести его со своими детьми. Шон нуждался в ней, Кэти нуждалась в ней, и даже Хлоя, хоть и не показывала этого, нуждалась в ней. А что до Роуз Фитцпатрик, Лотти знала, что её мать боец, с ней или без неё. Впервые Лотти признала горе и травму, которую пережила её мать. Должно быть, ей пришлось нелегко, она прошла через всё в одиночку. Теперь Лотти предстоит сделать то же самое.
Кирби бросил «Хэппи мил» ей на стол.
— Время обеда, — сказал он.
Лотти взглянула на часы, зевнув, — и правда. Она не могла вспомнить, когда последний раз ела или спала. Лотти черпала энергию из остатков своих сил, стараясь не думать об этом.
Она прочитала копии, которые дал ей отец Джо.
— Бойд, кажется, я знаю, каким образом Дерек Харт, любовник Джеймса Брауна, оказался замешанным во всё этом.
Бойд сел на край её стола. Лотти приветствовала его непринуждённость и в то же время надеялась, что он не свалится.
— Хорошо, Шерлок, — ответил Бойд. — Поясни.
— Ему присвоен неверный номер.
— Да уж, тебе виднее.
— Нет, серьёзно, Бойд. Взгляни. — Лотти указала на запись на одной из страниц книги. — Порядковый номер, присвоенный Сьюзен Салливан, АА113. — Она подняла другую копию. — А теперь посмотри на записи о детях и проверь номер АА113.
Просмотрев страницу, Бойд нашёл этот номер.
— Написано «Дерек Харт».
— Но этот номер был изменён.
— Откуда ты знаешь?
— Посмотри внимательнее. Видно, что чернила были стёрты, и цифру «пять» переделали в цифру «три». Думаю, это сделали намеренно. Кто-то не хотел, чтобы раскрылась настоящая личность ребёнка Сьюзен Салливан.
— Значит, Дерек Харт не ребёнок Сьюзен Салливан? — продолжил Бойд её мысль. — Теперь понятно, как отец Ангелотти так ошибся. Но кто тогда её ребёнок?
Лотти указала на верный порядковый номер, и Бойд уставился с открытым ртом.
— Шутишь? — спросил он.
— Если подытожить, что остальные номера не подделаны, то я серьёзно. — Лотти задумчиво покачала головой. — Это так грустно.
— Он знает? — спросил Бойд.
— Не думаю.
Бойд потёр шею в ссадинах и добавил:
— Значит, всех этих людей убили для того, чтобы утаить этот факт?
— Отчасти да.
— А остальное?
Лотти достала из сумки старую папку и вытащила фотографию мальчика с кривой ухмылкой, веснушчатым носом и помятым воротником рубашки.
— Вот и другая причина.
— Пропавший ребёнок? — переспросил Бойд.
— Думаю, да.
— Ждёшь, когда я упаду на колени и стану умолять дать мне все ответы?
Лотти улыбнулась. Она действительно очень скучала по Бойду.
— Его мать сообщила о его пропаже в тысяча девятьсот семьдесят шестом году, несколькими месяцами ранее она отправила его в «Санта-Анджелу». Церковные власти объявили его сбежавшим. Его так никогда и не нашли. — Лотти решила, что этого для Бойда пока достаточно.
— И что в таком случае подтверждает информация Джеймса Брауна?
— Джеймс Браун и остальные были свидетелями убийства в церкви «Санта-Анджелы», совершённого отцом Корнелиусом Моханом при содействии и подстрекательстве Брайана. А когда Сьюзен и Джеймс пригрозили им разоблачением, их убили, чтобы всё скрыть.
— Ладно. Давай по порядку. Отец Кон принудил Майка О’Брайена, настоящее имя которого Брайан, принять участие в каком-то извращённом ритуале, который в итоге закончился смертью мальчика, почти сорок лет назад.
— Да, — подтвердила Лотти.
— Так кто же этот ребёнок на фото?
— Не сейчас, Бойд.
— Лотти, я прочёл дело.
— Тогда к чему эти глупые вопросы? Давай поговорим с Патриком О’Мэлли, — сказала она, закрывая папку и убирая её обратно в сумку.
— Но он знает, что ублюдок О’Брайен был убийцей, — сказал Бойд, снова потирая царапины на шее.
— О’Брайен признался только в убийстве отца Кона.
— Ага, и чуть не убил меня. В этом он не признавался?
— Нет, но я думаю, что кто-то другой убил отца Ангелотти, Сьюзен Салливан и Джеймса Брауна.
— Теперь я совсем запутался, Лотти.
В кабинет ворвалась Линч, её распущенные волосы развевались на ходу.
— Мы искали везде — никаких следов Патрика О’Мэлли.
— Он не мог просто исчезнуть, — сказала Лотти. — Он где-то в городе. — Она повернулась к Бойду. — Думай. Куда мог пойти О’Мэлли? Его прошлое вернулось и снова преследует его. Куда пойдёт измученная душа?
— Вернётся к источнику душевных терзаний? — предположил Бойд.
Вскочив со стула, Лотти обняла Бойда и поцеловала в щёку.
— Ты прав, поехали!
— Как скажешь, — ответил Бойд с гримасой боли на лице. — В следующий раз, когда будешь обнимать меня, вспомни про мои раны.
— В следующий раз? — Лотти подмигнула ему. — Я за руль.
Она созвонилась с матерью и убедилась, что Шон в порядке.
Бросив «Хэппи мил» в мусорную корзину, Лотти последовала за своей командой на улицу.
Глава 111
При свете дня «Санта-Анджела» теряла свою зловещую атмосферу. Это было просто старое здание с дверями и окнами. Но Лотти знала, что за бетонными и каменными стенами скрываются тайны ужасающей жестокости. Она прочитала об этом безумии в потрёпанном дневнике Корнелиуса Мохана и отследила историю по письму Джеймса Брауна. Она обнаружила в римских реестрах сокрытие информации и прошлой ночью стала свидетелем перевоплощения этого наследия. Ради чего? Разрушенные жизни и сломанные души. Мёртвые похоронены, но живые несут своё бремя. Именно так Лотти чувствовала себя на могиле Адама буквально несколько дней назад. Теперь она отчётливо понимала, о чём думала тогда, и в её сердце поселилась сокрушительная печаль.
Тяжело вздохнув, Лотти подошла к человеку, прислонившемуся к покрытому шрамами обнажённому дереву.
— Они проделали хорошую работу, им удалось спасти большую часть здания, — сказал отец Джо, кивая в сторону здания.
Территория вокруг была практически пустынна. Пожарные свернули шланги, подняли лестницы на крыши пожарных машин и уехали. Пара полицейских опечатывали место преступления жёлтой лентой. В воздухе висело зловонье после пожара, но дым исчез, а тлеющие угли остались. Стены часовни были опалены черным нагаром, окна разбиты, крыша прогнулась. Но главное строение «Санта-Анджелы» осталось невредимым.
— Жаль, что всё здесь не сгорело дотла, — добавил отец Джо.
— Что ты здесь делаешь? — Лотти сняла капюшон, чтобы получше на него взглянуть.
— Меня тянуло сюда. После всей этой лжи…
— Джо… — начала было Лотти.
— Не надо, Лотти. Не говори ничего.
Отец Джо оттолкнулся от дерева, Лотти положила руку на его ладонь.
